Королевство теней - Барбара Эрскин

– Я должна с кем-то поделиться. Это так ужасно – и так реально! – Она вдруг закрыла лицо руками.

– Клер? – Эмма испуганно смотрела на нее. – Рассказывай, в чем дело? Это Пол? Что этот чертов братец натворил на этот раз?

Клер молча покачала головой.

– Что тогда? – мягко переспросила Эмма. – Ну, давай, Клер. Ты должна мне рассказать. Причина в тех тестах, которые вы с Полом проходили?

Клер медленно подняла голову. Она опустилась в старинное кресло, стоявшее у камина.

– Да. – Как она могла об этом забыть? – Получены результаты: я не могу иметь детей.

– О, Клер. – Эмма погладила подругу по руке. – Мне так жаль. – Она не знала, что еще можно сказать в данной ситуации.

– Я была так уверена, что все в порядке. – Клер смотрела прямо перед собой на ковер. – Странно, я думала, что почувствую, если дело будет во мне, подсознательно пойму это. Но я ошиблась и пока никак не могу с этим смириться..

– А вы не хотите подумать об усыновлении? – осторожно поинтересовалась Эмма.

Клер пожала плечами.

– Я не знаю, что мы будем делать. Пол в таком ужасном настроении.

– Негодяй! – Эмма села на софу напротив Клер. – Он иногда бывает самым бесчувственным, безжалостным человеком из всех, кого я знаю!

Клер неожиданно засмеялась.

– А где же сестринская любовь?

– Ты же знаешь, что между мной и Полом мало общего. Мы всегда были чужими друг для друга. – Эмма усмехнулась, – Я никогда не могла понять, что ты в нем нашла. Но тебе, конечно, виднее.

Клер ласково улыбнулась.

– О, в нем много хорошего! – Она задумалась, потом продолжила. – Но в последнее время он изменился. Его что-то беспокоит, и дело вовсе не в ребенке. По крайней мне так кажется. Он сейчас словно одержим мыслью о деньгах; даже кажется, что только это и беспокоит его на самом деле... – Она замолчала. – Может быть, у него проблемы в банке? Он никогда не рассказывает, как у него идут дела. – Со вздохом она откинулась на спинку кресла. – Я пыталась найти способ избавиться от неприятных мыслей и, кажется, нашла его. Это не окончательное решение, а скорее временный выход: заставить себя почувствовать чужую боль, чтобы отвлечься от своей. Этим я и занималась, когда ты позвонила в дверь.

Эмма нахмурилась.

– Я правильно понимаю, что это как-то связано с твоими занятиями йогой, о которых я наслышана?

– Кто сказал тебе об этом? – Клер вскочила с места. – Да, связано. Медитация – это просто невероятное состояние, Эм: захватывающее, иногда пугающее. Избавляешься от всех мыслей и концентрируешь воображение, в моем случае – на Данкерне, и через некоторое время эти образы начинают появляться: люди, места и события далекого прошлого. Это чудесный способ убежать от реальности! – Неожиданно она усмехнулась. – Как будто я вызываю души умерших!

Эмма уставилась на нее, широко открыв глаза.

– Ты не шутишь? И что происходит?

– Сначала я делаю несколько упражнений, чтобы настроить свои мысли, потом выполняю определенный ритуал с зажженной свечой, как Зак – тот человек, что занимается со мной – научил меня. Это как бы открывает путь в другое состояние сознания. Я еще собираюсь купить благовония, пока я в Лондоне – они тоже помогают. Это все очень интересно. Потом я начинаю медитацию, и все появляется – сцены прошлого с реальными людьми, которые разговаривают, двигаются и кажутся созданными из плоти и крови, как ты и я, и все это так ярко и живо, будто я живу среди них. Как будто находишься там и видишь все, что происходит с этими людьми.

– Невероятно! Ты – чокнутая, Клер! Ты это знаешь? – весело засмеялась Эмма.

Клер улыбнулась.

– Это очень шокирует, верно? Мне страшно представить себе, что подумал бы Пол, если бы узнал об этом.

Эмма удивленно подняла брови.

– А почему ты думаешь, что он не знает? – усмехнулась она.

– Откуда он мог узнать? Я никогда не говорила с ним на эту тему, и Пол не подозревает о содержании моих медитаций. Ну да, он знает о моих занятиях йогой и считает, что это одно из моих сумасшедших увлечений. Достоинство йоги в том, что она улучшает фигуру и нормализует психику, почему множество людей и занимается ею.

– Даже я занималась йогой, – задумчиво произнесла Эмма.

– Ну, вот видишь. Значит все в порядке. – Клер благодарно посмотрела на подругу. Теперь она почувствовала себя лучше.

– Однако то, что ты делаешь, пугает тебя, не так ли? – Эмму трудно было провести. – Ты была именно в таком состоянии, когда открыла мне дверь.

– Разве? – удивилась Клер. – Меня испугал звонок, вот и все. Хотя... – она помедлила, – это было ужасно.

– Что было ужасно?

– Ничего. – Клер покачала головой.

– Выкладывай. Ты уже хотела рассказать мне, и что бы это ни было, оно никак не связано с тем, что вы с Полом не можете иметь детей. Это как-то связано с медитацией – если можно так сказать. – Эмма встала и подошла к бару, где Пол хранил виски. – Ты же не считаешь, что общаешься с духами как медиум, верно? Или ты все-таки вызываешь привидения? – Ее глаза сверкали. – Может быть, попробуешь? Пока я здесь? – Она притворно задрожала. – Ради Бога, давай выпьем! У меня бегают мурашки по спине!

Клер засмеялась.

– Храни нас Господь от вампиров, привидений и прочих чудовищ! Как я рада, что ты пришла, Эм. Я бы с интересом провела вечер в том другом мире, но с тобой мне гораздо веселее. У Изабель – это девушка, которую я вижу чаще всего – была не такая уж радостная жизнь. По правде сказать, если подумать, то временами она была просто ужасной. – На мгновение ее лицо стало серьезным, когда она вспомнила темную пустую комнату в башне Данкерна, наполненную звуками моря, И она решительно заставила себя забыть об этом: единственным достоинством той сцены, которую она видела, было то, что Пол не мог последовать туда за ней.

– Дай мне десять минут, чтобы переодеться, и пойдем куда-нибудь. Я уверена, что Пол уехал в Бакстерс без меня – ему не хотелось пропустить завтрашнюю вечеринку. – Клер вдруг замолчала. – А вы с Питером идете?

– К Дэвиду и Джиллиан? – Эмма покачала головой. – Не волнуйся: мы идем в театр, Клер, серьезно…

– Нет, Эм. Я не хочу больше говорить об этом. Пойдем куда-нибудь, пожалуйста. – Она взяла два стакана и поставила их на сервант, потом обернулась к Эмме. – Ты ведь ничего не скажешь обо мне Полу, правда?

– Конечно, не скажу. За кого ты меня принимаешь?

Клер улыбнулась.

– За друга – иначе я ничего бы тебе не рассказала.

Эмма ответила ей благодарной улыбкой.

– Я не проболтаюсь. Можешь на меня положиться.

Его преподобие Джеффри Ройленд завтракал, удобно расположившись за столом и раскрыв «Таймс». Рядом сидели жена Хлоя и двое их детей-подростков, Пирс и Рут, увлеченно изучая свежую почту. В большой неопрятной кухне, единственном современном помещении большого дома приходского священника, построенного в начале века, приятно пахло кофе. Когда раздался звонок в дверь, никто не двинулся с места.