Дамиано Де Лука - Паркер С. Хантингтон

Это было больше, чем сделал бы любой другой. На самом деле это был верный план действий. Вероятно, это был единственный вариант, который не повлек бы за собой кровопролития, и я вступилась за Ариану, совершенно незнакомого человека, потому что знала, что Дамиану не все равно. Но я преуменьшала свои действия и надеялась, что он не станет разбираться в моих мотивах.

Это сработало, потому что его губы сжались в уголках.

— И как ты думаешь, что она выберет?

— Понятия не имею, Дама. — Я налила себе бокал шампанского из мини-холодильника. — Может, ничего. А может, что-то.

Он взял у меня бутылку и отпил прямо из бокала.

— Мне нужен прямой ответ, Рыцарь.

Мой пульс участился, когда он сдвинулся с места и наши бедра соприкоснулись.

— Моя мама ведет учет. В остальном она не вмешивается в семейный бизнес. — Я опустошила бокал с шампанским одним глотком, чтобы было чем заняться, кроме как сосредоточиться на нашей близости. — Так что, скорее всего, она запишет то, что мы узнали, в архив, и если никто не решит поискать, никто больше не узнает.

— А каковы шансы, что никто не решит искать? — Его слова прозвучали с трудом, но он не выглядел иначе, как удобно устроившись рядом со мной.

— Я не знаю, Дама.

— Ты нарочно ведешь себя сложно?

Спор. Это была территория, с которой я могла работать.

Я окинула его взглядом.

— Я уже почти десять лет не работаю в мафиозном мире, Дама. Извини, если я не заинтересована в поддержании связей с Витали.

— Они — твоя семья.

— У меня своя семья. — Я взяла свой бокал, и это было бы круто, если бы он не был пуст.

Он протянул мне бутылку, и я приложила губы прямо к тому месту, откуда он пил. Я почувствовала его вкус. По моим предплечьям побежали мурашки, и мне стало противно от отсутствия контроля над собственным телом. Врожденное спокойствие, которое было у меня до встречи с Дамиано все эти годы, осталось лишь далеким воспоминанием.

— Каковы шансы, что никто не решит посмотреть?

— Я уже сказала, что не знаю. Неужели за последние десять лет ты стал глухим?

— Рыцарь… — От этого рычащего предупреждения по всему телу пробежали искры, прямо в сердцевину.

Я заставила себя сосредоточиться на своем раздражении, позволив себе редкий момент сбросить свой спокойный фасад и наброситься на него.

— Послушай, я чертова учительница начальной школы! Ясно? Я больше ничего не знаю о Витали. Я могу догадаться, если ты этого хочешь.

Я откинулась на спинку кресла и уставилась в потолок.

— Я должна рассказать маме. Так будет лучше и мы обе будем защищены. Моя мама не только хороший человек, но и надежный. Если я попрошу ее быть осторожной, она будет осторожна. Пока в эти выходные не произойдет ничего особенного, никто не попросит показать записи. Черт, да всем плевать на похороны. Именно поэтому я здесь, а не мой папа или моя мама.

Это и эмоциональный роман Маман.

Несколько минут он молчал.

— Учительница начальной школы?

На моих губах заиграла улыбка.

— Заткнись.

Он рассмеялся, и это было так неожиданно и беззаботно. Ничего не сдерживало. Я не представляла, как я могла рассчитывать на то, что у меня будут шансы против него. Моя решимость ослабла, когда машина остановилась перед библиотекой.

Дамиан выскользнул первым и протянул мне руку.

— Нью-Йоркская публичная библиотека? Она даже не открыта.

Я проигнорировала его руку, зная, что он почувствует пот на моих ладонях, если я возьму ее.

— Я знаю людей. — На самом деле главный библиотекарь был моим другом, с которым я познакомилась на конференции. Я шагнула к входу и повернулась к нему лицом. — Ты идешь?

— Зачем?

Потому что я хочу убедиться, что с тобой все в порядке.

— Нам нужно обсудить детали.

Ложь. Мы можем обсудить их за минуту и разойтись. Мне нужно было определиться. Либо я хотела Дамиана, либо нет. Нечестно было затягивать наше общение.

Дамиан на мгновение замешкался, прежде чем повернуть к своей машине. Поражение пронеслось по моему телу. Он что-то сказал своему водителю, который через несколько секунд уехал. Я вдавила кабЛука в землю, чтобы побороть свое предвкушение.

Он подошел ко мне и нахмурил брови.

— Ну как?

Я решила не задаваться вопросом, почему он меня развлекает. Вместо этого я повернулась, поднялась по ступеням известнякового строения и улыбнулась ночному охраннику, когда он открыл дверь для меня и Дамиана.

— Это наверху.

Это была плохая идея. Я знала это, но не останавливалась. Пытаться остановить это было бы все равно, что пытаться остановить молнию, ударившую в землю. Я была всего лишь человеком, и любые попытки сделать это только навредят мне.

Мы миновали главный читальный зал, похожий на столовую из "Гарри Поттера", и я повела его вверх по лестнице, мимо десятков комнат, заваленных книгами, и в свой маленький уголок. В начале-середине 1900-х годов в нью-йоркских библиотеках появились потайные квартиры, в которых жили смотрители. Эта квартира стала моим убежищем, когда я оставалась в городе, но я не задумывалась о последствиях того, что делю ее с Дамиано.

Он прислонился к одному из стеллажей, окружавших мою полноразмерную кровать, пока я раздевалась до нижнего белья и накидывала на себя безразмерную рубашку. Она упала до самых бедер, и я подумала о том, чтобы надеть треники, но в этом не было смысла. Он не видел ничего такого, чего бы он еще не видел.

Когда я повернулась к нему лицом, его глаза не были устремлены на мое тело, как я предполагала. Они не отрывались от бриллианта на моем безымянном пальце, пока я не скользнула под одеяло, спрятав камень под пуховым одеялом.

Наступившая тишина заставила меня насторожиться.

— Когда я проснусь, я встречусь с Бастиано и расскажу о дальнейших действиях. — Глаза Дамиана просканировали полку рядом с кроватью, и он провел пальцем по потертым корешкам книг. Он пролистал стопку книг, которые я отложила для себя. Маленькая улыбка дрогнула в уголках его губ, когда он увидел Достоевского, первую книгу, которую мы читали вместе.

Я прочистила горло, пока он не прекратил свое разглядывание.

— Он будет гадать, что тебя интересует. Может, ты скажешь ему, что она твоя сестра?

— Нет. Я использую ситуацию, чтобы выторговать у него пару услуг.

— Дым и зеркала.