Обещание сердца - Эмма Скотт

В Берлине я спросил у консьержа в отеле, где найти место, чтобы спокойно прогуляться вдали от толпы народа, и он перечислил мне известные достопримечательности.

– Постойте. Повторите еще раз, – проговорил я.

– Дворец Шарлоттенбург?

Я усмехнулся, как идиот.

– Да, точно. Туда я и отправлюсь.

До окончания тура оставалось всего несколько недель, когда у меня на сердце воцарился покой, смывая всю горечь и гнев. Однако я решил подождать и встретиться с Шарлоттой лишь в Вене – мне хотелось убедиться в том, что этот покой никуда не денется. Вдруг я однажды проснусь, обуреваемый злостью, точно как в Риме? Или на грани паники, как в Барселоне? Или с ужасной пустотой внутри, как в Амстердаме?

Подобного больше не случилось.

Жизнь омрачали только мигрени. Они возникали чаще, чем прежде, но я с ними справлялся. Как и со всем остальным. Я перестал сопротивляться неизбежному, чувствовал, что у меня все получится, несмотря на все трудности и напряженные усилия.

В одно прекрасное утро я проснулся в мюнхенском отеле, ощущая, как номер заливают лучи восходящего солнца. Золотисто-оранжевый свет коснулся моей кожи. Наступил новый день. Сегодня оркестр отправится в Зальцбург, а потом в Вену, чтобы завершить тур. Я вдруг понял, что больше не могу ждать. Не хочу. Время пришло. Вечером в Зальцбурге я пойду на концерт Шарлотты, а затем…

Я закрыл глаза и улыбнулся, наслаждаясь согревавшими мне лицо солнечными лучами. Светило поднималось над горизонтом, рассеивая ночь.

Глава 12

Зальцбург

Утром я сел на поезд в Мюнхене, который привез меня в Зальцбург, после чего добрался до отеля, побрился, принял душ и оделся. Потом заказал еду в номер и не спеша позавтракал, потягивая вкуснейший на свете кофе. Я почистил зубы, собрал все необходимое и направился к выходу.

Навигатор на новом телефоне, который Марит купила для меня еще в Амстердаме, подсказал мне, где можно приобрести новый костюм. От прежних двух уже тошнило. Я носил их все лето, а для встречи с Шарлоттой хотел надеть новый и эффектный. Например, светло-серый с жилетом, ведь она обожала видеть эту деталь гардероба на мне. Консультант в бутике помогла подобрать галстук. Сливово-фиолетовый, если верить ее словам. Шарлотте должно понравиться.

Я попросил отправить костюм в отель, а сам отправился на прогулку. Я пообедал в уютном маленьком бистро неподалеку. Деловой район Зальцбурга оказался на удивление небольшим, и я забеспокоился, что могу невзначай столкнуться с Шарлоттой, но потом махнул на это рукой. День, вечер… Какая разница? Сегодня нас все равно ждет встреча.

«Я проведу вечер с Шарлоттой».

Перед концертом я купил в ближайшем магазине цветы. Дюжину красных роз. Когда продавец вложил мне в руку букет, приятное волнение, в котором я пребывал с самого утра, еще больше усилилось. С каждой проходящей минутой я становился к Шарлотте все ближе и ближе. От осознания этого сердце бешено колотилось в груди, а по телу пробегала дрожь предвкушения. Отчаянно стремясь принять желаемое за действительное – или, может быть, из-за излишней предусмотрительности, – я в последнюю минуту сунул в карман пиджака горсть презервативов. Никогда не знаешь, что произойдет.

Ну а что? Всякое может быть.

Я уже ехал на такси в концертный зал, когда позвонил Люсьен:

– Ной, у меня поразительная новость, – взволнованно заявил он. – Я посетил страницу Венского гастрольного оркестра. На сегодняшнем концерте прозвучит Концерт № 5 для скрипки с оркестром Моцарта. И солисткой будет наша девочка.

Я рассмеялся, словно внутри меня лопнул пузырь счастья.

– Передать ей привет? Сегодня вечером я хочу с ней встретиться, Люсьен. Дело сделано.

– О, мой милый мальчик. Я так счастлив за тебя. И за нее тоже. Горжусь вами обоими.

Я прочистил горло.

– Что ж, остается только надеяться, что она не возненавидит меня до глубины души, – произнес я как можно небрежнее.

– Это невозможно. Шарлотта не умеет ненавидеть.

Да, все так. В ней было слишком много любви. Но осталось ли что-нибудь для меня? Или проведенное в разлуке время сильно изменило ее, и наши отношения уже не станут прежними?

Ждала ли она меня?

В «Моцартеуме», где проходил концерт, я занял привычное место в углу верхнего ряда и за десять евро попросил капельдинера отдать букет роз солистке после концерта.

Я до боли в костяшках пальцев вцепился в подлокотники кресла. Начался концерт, и Шарлотта вышла на сцену. Зрители поприветствовали солистку вежливыми аплодисментами. Они не знали ни ее, ни на что она способна.

Потом Шарлотта начала играть.

Я слушал, как из скрипки, купленной специально для нее на деньги от продажи моего «Камаро», рождается мелодия. Неужели я и правда когда-то считал это жертвой? Черт возьми, я бы снова продал машину. Отдал бы ей гораздо больше. Все, что есть у меня. Каждый свой вдох. Каждый удар сердца.

Вот и она отдавала всю себя нам, своей восхищенной аудитории. Я чувствовал, как зрители вокруг меня в благоговении замерли, и понимал, что мы стоим на пороге чего-то поистине удивительного.

Когда концерт закончился, я поднялся с места, намереваясь спуститься к Шарлотте. Однако все зрители тоже подскочили на ноги, наполняя зал громом аплодисментов. Ощутив, как сжалось сердце, я приложил руку к груди.

«Наслаждайся, детка. Это все для тебя».

Я должен был позволить ей пережить этот момент триумфа. Она вполне могла разозлиться на меня или расстроиться, и своим внезапным появлением я только испорчу ей вечер. Поэтому я решил выйти на улицу и немного подышать воздухом, чтобы собраться с силами. А когда толпа поредеет, я вернусь и найду Шарлотту.

Вечер выдался прохладным, но не слишком холодным. Я прислонился к стене, чувствуя, как ветерок приятно овевает разгоряченную кожу. Внезапно раздался голос, который я безумно желал услышать последние полтора месяца.

– Ной!

Прямо передо мной – на расстоянии вытянутой руки – возникла Шарлотта.

– Привет, детка.

Она судорожно вздохнула, и сердце в моей груди замерло в ожидании.

– Я сейчас наброшусь на тебя, – предупредила она.

– Боже, да, – выдохнул я.

Шарлотта врезалась в меня всем телом, и я оторвал ее от земли, подхватив на руки и крепко прижав к себе. Я вдохнул ее аромат. Господи, моя Шарлотта. Я тысячу раз представлял себе этот момент и все равно оказался не готов к нахлынувшим на меня чувствам. Как же сладко обнимать