Начать заново - Екатерина Котова

Носком сапога небрежно повернул морду горного выродка на бок. Под ухом на шее виднелась клякса-клеймо в виде серпа. Наемники. Невольно сплюнул. Но бросил крамольную мысль прирезать меченых тварей. Проблем потом не оберёшься.

Я подхватил Айрис, безвольно раскинувшую руки, и поспешил в мастерскую, что находилась в десяти минутах ходьбы. Думаю, Каир не обидится, если я опоздаю.

Серые безликие улицы пронеслись перед глазами смазанным пятном, и вот я уже вставляю позвякивающую связку ключей в замок, поддерживая девушку за корпус.

— А ты тяжелее, чем кажешься, красотка. — пробубнил я себе под нос, когда она чуть не завалилась в бок. Держать ее и открывать дверь было не сподручно.

Пройдя первые два помещения, я аккуратно уложил соседку на небольшой потертый диванчик в кабинете мастера. Зажег магический камень в настольной лампе. Тусклый свет тут же показал и запачканное платье, и смятую, раскуроченную ткань на вороте, аппетитные навершия груди и шею, на которой виднелись следы ногтей и красноватый след. Вот вари! Может, зря не прикончил плесень?

Из второго ящика комода, который заедало так, что пришлось шумно поднажать бедром, достал железный ларь с лекарствами. Позвенев баночками, выбрал темную бутыль без опознавательной надписи. Средство спасало от отеков и ссадин мгновенно. Не раз пользовался сам. Ворн хорошо умел делать такие штуки. Правда лекарство запах имело спорный. Я бы даже сказал разящий. Зато облегчало боль и быстро залечивало раны.

Лицо, на котором я ещё не давно видел решимость и страх, выражало безмятежность всего мира морфеевских дрем. Я отвёл темные пряди со лба и шеи. Вспомнил, какая она, когда разговаривает: закрытая, даже напряженная, точно все время на чеку, малиновый рот, лишь делает намёк на улыбку, да и то редко. Она по-своему была красивой: большие тёплые чуть раскосые глаза, как у кошки, аккуратный нос. Я перевёл внимание ниже и обратил внимание на руки. Они были другими, чем когда она только въехала.

Ее вкрадчивые сдержанные манеры, скупые жесты, манера говорить. Платье, в котором она приехала было простое, но только на первый взгляд, если не приглядываться к еле мерцающей золотистой вышивке. Обычный человек бы, может и не обратил внимания, но меня то учили другому.

Обедневшая аристократка — так бы я ее охарактеризовал. Но сейчас наряд был донельзя дешевым, ткань грубой, а ладони выглядели покрасневшими и сухими с короткими ноготками. Потянул завязки, стягивая хоть как-то развороченный лиф. Аппетитные формы стянула ткань. Глухо булькнул откупоренный бутылёк, по комнате разнесся резкий запах тины и болот.

Дверь хлопнула, зазвенев нежной трелью колокольчиков. Странно. Я вроде бы закрывал. Тихо встал и подошёл к двери, медленно открывая створку.

— Марко! — включил свет Каир в мастерской, раздраженно отряхиваясь от мелкого осеннего дождя. — Скользкий морлок перенёс встречу! Пол часа его прождал! Да ещё и воняю… — он понюхал собственную одежду, а затем сморщился и принюхался уже к помещению. — А ты здесь что забыл? Подрался что ли? — смекнул он знакомый запах. Оглядел меня, но не нашел следов побоища.

— У меня возникло срочное дело. — отодвинулся я с прохода, пропуская брата к шкафу.

Каир вошёл внутрь и открыл резким движением створки платяного гиганта, бросив безразличный взгляд на диван. Девушка заставила его задержать взгляд.

— Опять она! — странная интонация в голосе брата удивила.

— Опять? — принялся трясти флаконом, чтобы со дна натекла полужидкая субстанция.

— Эта… — судя по лицу, Каир хотел добавить словцо позабористей, но сдержался, — подавальщица… окатила меня треклятым элем! Чтоб ее! — мужчина ещё раз раздраженно принюхался и стянул одежду, бросив на пол, не стесняясь женщины в комнате. Намочив тряпку из графина, быстро принялся обтирать живот и морщиться. От него разило выпивкой, точно он надрался вщепь. — У меня ещё одна встреча. Важная, к слову. И очень не кстати, чтобы несло дешевым пойлом. Что она тут делает? Напилась? Ты теперь привечаешь местных забулдыг? — брат закончил переодеваться, небрежно кинув одежду в корзину, и подошёл к девушке ближе, следя, как я мажу ей шею. — Нарвалась все-таки. — заключил он, застегивая пряжку ремня.

— Наемники. — бросил я, поморщившись, — Решили поразвлечься за ее счет.

— Дай угадаю, а ты проходил мимо? — с явным скепсисом вопросил брат, намекая, что я часто так навлекаю на свой зад неприятности. — Кто хоть?

— Клан Серпа. Повезло, что успел.

— Понятно. Не повезло ей. Или повезло? — почесал он двухдневную щетину и надел запасную куртку. — Что теперь? Ждёшь, когда очнётся, чтобы получить приз? — криво усмехнулся Каир.

Я улыбнулся его мыслям, но отрицательно помотал головой.

— Она не такая.

— Разве ты умеешь читать женщин по ладони? — вспомнил он старую цыганскую присказку, которая на самом деле была правдой… цыгане действительно обладали особой магией, от которой хотелось многим откреститься. Но если уж перст судьбы выпал — неси и молись перворождённой Кали, чтобы не дала сойти с ума под грузом дара.

— Она моя соседка. Снимает комнату рядом уже месяц.

— Вот как. — поднял он чуть брови и резко потеряв ко всей этой ситуации интерес, повернулся, открывая дверь. — Что ж, братец, ты тут любуйся на спящую красавицу, а я предпочитаю бодрствующих женщин.

— Кто на этот раз? — поинтересовался очередным увлечением Каира.

— Может, помнишь баронессу Лиран.

— С приема? Она вроде ехала в столицу. — припоминал я события минувших дней.

— Волею судеб проезжает через наш славный городок. — поэтично отозвался Каир.

— Эрданэт в другой стороне. — хмыкнул я на очевидный крюк женщины.

Брат оскалился, давая понять, что все продумано и баронесса сделала такой выверт из Чой-Бланса — курорта с горячими источниками, в Хан-Илай ради любовника.

— Что ж, удачи.

— Она мне без надобности. — сделал небрежный жест рукой, прощаясь и закрыл дверь.

Айрис Вайос

Утро началось неприятно и неудобно. Шея затекла и жалилась, точно меня отхлестали сочной летней крапивой. А бедро неприятно заныло болью, когда с кряхтением дряхлой старушки я уселась на потертую жестковатую мебель. Ну точно ящики вчера разгружала в порту.

Я не приятно поморщилась, натужно сглатывая. Но больше всего меня поразило, что потолок и обстановка, кроме парня,