Украденные чары - Адель Эшуорт

— Видишь ли, я сомневаюсь в том, что ты действительно хочешь встретиться с Черным рыцарем.

Джонатан заметил, как расширились ее глаза, щеки стали бледными, а на лице появилось выражение недоумения. Все это свидетельствовало о том, что она что-то скрывает, и он глупо сделал, что не прислушался к своей интуиции с самого начала.

Глядя на блестящую водную гладь, он произнес:

— Я обратил внимание, дорогая, что ты оказалась расчетливой. Ты не любишь его, ты даже понятия не имеешь, кто он, и тем не менее рискнула своим будущим и приехала во Францию с абсолютно незнакомым мужчиной, чтобы встретиться со своим избранником. — Он бросил на Натали вопросительный взгляд. — Почему?

— Но вы не незнакомый мужчина.

Ее голос прозвучал хрипло и настороженно, и Джонатан воспринял эти слова как хороший предлог, чтобы уклониться от прямого ответа. Похоже, в них был какой-то тайный смысл. Молодой человек видел, что Натали смотрит на него напряженно-внимательно. Ему вдруг захотелось добраться до самой сути.

Улыбнувшись, он с вызовом проговорил:

— Разумеется, мы знакомы. У нас есть прошлое. — Она слегка замялась, а затем, опустив глаза, сказала:

— У нас нет прошлого.

Ее упорное нежелание обсудить их маленькое рандеву в парке, имевшее место несколько лет назад, всегда раздражало Джонатана. Как-нибудь ей все равно придется поговорить с ним об этом, он заставит ее. Но пока еще немного подождет и задаст ей вопросы, имеющие непосредственное отношение к ситуации.

— Полагаешь, что ты влюблена в Черного рыцаря, Натали? — спросил Джонатан и внутренне весь напрягся в ожидании ответа.

Она теребила в руках платок и молчала. Прошло несколько минут, и Джонатан наконец услышал ее тихий голос:

— Вы когда-нибудь любили, Джонатан?

Он просто потерял дар речи, услышав такой вопрос. Натали подняла голову и пристально посмотрела ему в глаза Она не играла, ее голос звучал совершенно искренне.

— Да, — признался Джонатан и робко улыбнулся. — Ее звали мисс Фэзерстоун, она была моей гувернанткой. Я сходил из-за нее с ума целых семь месяцев, пока она не уехала в Брауншвейг прямо перед моим тринадцатым днем рождения. Она была первой женщиной, которая разбила мое сердце. — Натали улыбнулась.

— Первой?

— И единственной, — поспешил поправить Джонатан. — Полагаю, такого со мной больше не случится.

Она плотно сжала свои губы, но не от злости, а чтобы не засмеяться.

— Потому что вы стали старше и приобрели опыт, Джонатан? Или потому, что полагаете — ни одна женщина не способна затронуть ваше сердце?

— Потому что я понимаю женщин, — ответил Джонатан.

— Вы уверены? — Натали наклонила голову и насмешливо поглядела на своего собеседника. Молодой человек знал, что у нее с губ уже готов слететь вопрос, сколько же он разбил сердец, хотя теперь, думая об этом, Джонатан понимал, что не так уж и много, как приписывает ему людская молва.

— Значит, вы никогда не любили ни одну из ваших многочисленных любовниц?

Он не ожидал такого вопроса и поэтому почувствовал себя несколько неуютно. Джонатан поднес к губам бокал, допил его до конца и начал складывать оставшиеся продукты обратно в корзину.

— Почему тебя это так интересует?

Натали сидела, согнув ноги в коленях и обхватив их руками.

— Ваша жизнь и любовные истории интересуют меня.

Он очень сомневался в этом. Ему казалось, что она воспринимает его как довольно скучного торговца глупыми бесполезными вещами. Похоже, она намеренно изображает интерес к его персоне, но, возможно, Натали искренна; Джонатан затруднялся это сказать.

— У меня было всего несколько любовниц, и никогда больше одной сразу, — наконец попытался защититься он и стал закрывать корзинку.

Девушка скептически посмотрела на него, но, так как предъявить доказательства не представлялось возможным, Джонатан не обратил внимания на ее взгляд и продолжал:

— Мне нравится общество женщин, но я старался быть очень осторожным, чтобы не поддаться их чарам. Поэтому наверное, я действительно не любил ни одну из них. A если я что-то и испытывал, то, вероятно, я любил не так, как мой брат любит свою жену, и не так, как мой отец любит мою мать. Но какое отношение мое прошлое имеет к тебе и Черному рыцарю?

— Если вы не знаете, что такое любовь, — сказала Натали, — то как вы можете понять мое желание встретиться с этим человеком?

— Ты хочешь сказать, что любишь его как-то по особенному и мне не дано понять этого? — уточнил Джонатан.

— Именно, — мило улыбнулась Натали. — Женщины часто любят как-то по-своему, а мужчины не способны их понять.

Это высказывание показалось Джонатану просто смехотворным, и его подозрительность только усилилась. Все эти разговоры о любви являлись лишь способом скрыть истинные намерения. Теперь он не сомневался в этом.

Одной рукой он достал из бокового кармана корзинки маленькую баночку, в которой лежали четыре клубники в шоколаде, и, взяв одну из них, протянул Натали.

Она охнула от удивления и удовольствия. Шоколад всегда доставлял женщине наслаждение в отличие от мужчины, подумал Джонатан. И это был достаточно простой способ манипулировать дамой. Все так сейчас и произошло.

Натали держала ягоду в одной руке, а второй провела по своей щеке, чтобы откинуть назад растрепавшиеся от ветра волосы. Затем она откусила маленький кусочек и вопросительно посмотрела на молодого человека:

— Ты пытаешься соблазнить меня, Джонатан? — Он чуть не рассмеялся, тщетно стараясь представить себе, как выглядел бы этот процесс в глазах девушки.

— Нет. Просто хочу понравиться тебе, Натали, — откровенно ответил Джонатан.

Она вздохнула и принялась за лакомство. Съев его, облизнула пальцы, что особенно понравилось Джонатану, так как выглядело очень чувственно.

— Ты мне очень нравишься, — робко призналась Натали. Эти невинные слова привели Джонатана, неожиданно для него самого, в сильное волнение, и он представил себе, как слизывает шоколад с ее груди. Джонатан сразу сделался похожим на ребенка, получившего новую игрушку.

— Очень?

Натали пожала плечами и отвела свой взгляд.

— Вы были щедры и с уважением отнеслись ко мне. И вы любезно, без всяких возражений согласились привезти меня во Францию к мужчине моей мечты.

Лицо Джонатана стало унылым. Волнующие воображение картинки мгновенно исчезли. Но разочарование принесло надежду и… сомнение. Она сказала это намеренно, ее объяснение — красивая ложь.

— Я дам тебе еще одну клубнику, если ответишь на мой вопрос.

Натали игриво улыбнулась:

— Что ты хотел бы узнать?

— Я хотел бы знать, почему тебя так интересует этот распутный вор. И мне нужна правда. Не нужно больше прикрываться любовью и желанием выйти за него замуж, потому что я не верю этому.