Хозяйка замка Эдвенч - Полина Ром

Она перекрестила меня и, тяжело переваливаясь, ушла в свою спальню – работа на кухне требовала очень много сил.

Больше всего меня радовало то, что туалеты здесь были в самом замке даже для слуг. Хоть и имели довольно непривычный вид – без унитаза, просто каменная плита с дырой, куда стекала вода.

Похожие я видела во время единственной поездки в Китай еще там, в своем мире. Разница была в том, что в этом туалете вода текла постоянно, омывая две огромные ступеньки для ног и смывая все, а в Китае приходилось нажимать кнопку.

Но все равно он был довольно грязный и пахучий: его никто и никогда не мыл, а беленые стены были местами совсем уж страшными. Кроме того, там было целых четыре таких дыры в плитах, а дверь не имела засова. Потому женщины ходили в туалет парами.

Руки после помыть было негде. Кухонных женщин Барб приучила быстро. Сама она была достаточно чистоплотной и требовала от женщин того же. За грязь под ногтями могла и обругать.

-- Чай господам готовим, а не свиньям каким! Ты вот мне в кастрюлю сейчас полезешь, а ну как увидит хозяин?! И тебя выгонит, да и меня не помилует!

Я училась всему, чему только возможно. За пару недель узнала значительно больше о кухне, чем за всю жизнь там. Что если руки смазать толстым слоем свиного сала – можно чистить от золы камин и печку, не боясь, что кожу разъест щелоком. Потом моешь руки – а вода получается мыльная.

Фасоль нужно замачивать или на ночь в холодной воде, или крутым кипятком хотя бы за час до начала готовки, а не выкладывать готовую из баночки.

Что, если прокипятить крупу, а потом снять кастрюлю и завернуть в кучу тряпья, примерно за час она дойдет до готовности, но останется горячей еще много часов.

Умом я понимала, что это просто принцип термоса, но сама, скорее всего, до такого и не додумалась бы. Знать и применять знания на практике – очень разные вещи.

Готовить я, разумеется, умела, но здесь не было регуляторов температуры и таймеров, соусов в бутылочках и замороженных продуктов, консервированных овощей, булочек и батонов всех сортов и порционных пакетиков с крупами.

Крупу обязательно нужно было мыть: она была довольно грязная. Некоторые сорта замачивать. Одна из новеньких девиц тратила по паре часов в день на переборку зерен: в некоторых мешках попадался мышиный помет. Барб хмурилась и ворчала:

-- Это вот не от ума этакую покупают! Ну, ничо-ничо, уж эту срасходуем, а далее я и сама закупать буду. Чай, в замок-то и привезут, не перетрудятся! Не один ведь мешок брать будем, а сразу много. Тута и поторговаться не грех.

Из овощей присутствовали только такие, которые могли долго храниться в погребе – лук, морковь и капуста, свекла, картофель и репа. Никаких брокколи, стручковой фасоли и замороженной клубники.

Зато Барб научила меня долго хранить в воске яблоки и груши, несколько корзин которых привезли с местного рынка. Теперь я не только слушала ее рассказ, но и на практике пробовала все это.

-- Обязательно, милая, нужно брать сорта гожие. Вот эти вот зеленые – оченно даже подойдут. А вот такое, – она протянула мне желтое яблоко с темным румянцем, – оно не пойдет. Ты скушай, оно вкусное, только вот в лежку не годится. Быстро станет рыхлое и несладкое.

Здесь были потрясающего качества молоко и сливки – дважды в день скотник доил коров и приносил на кухню почти целое ведерко литров на восемь. А вот сливочное масло было кисловатым: я даже понимала, почему. Масло сбивали вручную, и оставалось слишком много сыворотки. Барб еще и чуть подсаливала его для сохранности. Зато, оказывается, топленое масло хранится очень-очень долго.**

Три раза в день мы собирали большой поднос еды для сестры барона. Саму ее я никогда не видела. Но даже нянька баронессы на кухню никогда не спускалась: они, по словам горничных, жили где-то в башне.

Я научилась делать творог и ряженку, а сама научила Барб делать домашний сыр, типа «Филадельфии». Это ее страшно удивило. Но я отговорилась тем, что прочитала рецепт в старой книге еще дома и всегда хотела попробовать. Я научила ее делать соусы: луковый, сливочный, сырный и бешамель и еще несколько подобных мелочей.

Рецепты эти я собрала еще в той жизни в маленьких кафе Италии, а прелесть их была в том, что они служили отличной добавкой к скучным пресным кашам. А уж если не поленится и приготовить на гарнир немного жареного картофеля, то получалось блюдо, вполне достойное баронского стола.

Еще я первый раз в жизни попробовала брюкву. Конечно, если я буду умирать с голоду, я, пожалуй, ее съем. Но пока лучше уж каши.

Дни мои были наполнены работой, на улицу я выходила редко: только по вечерам глотнуть свежего воздуха. Но постепенно я втягивалась.

Мы стали готовить для самого барона и капитана замковой стражи отдельно. Получше и повкуснее, чем для солдат и прислуги. Да и подача блюд изменилась. Тут я тоже кое-чему смогла научиться у Барб, а кое-что подсказать ей. Она была довольна моими успехами и обещала:

-- Вот как на рынок поеду, да погода гожая будет, возьму тебя с собой. И прогуляешься, и посмотришь, как мясо и рыбу выбирать.

Слава всем богам, мне так и не пришлось щипать кур. Это довольно ловко делала одна из нанятых женщин. Да и в общем-то все на кухне понимали, что у меня несколько привилегированное положение. Я не слишком этим пользовалась, но и поломойкой всю жизнь быть не хотела. Раз уж судьба так причудлива, стану учиться на повариху, а там видно будет.

Иногда к барону приезжали гости, но я никого из них не видела, как и самого барона.