Секс-босс по соседству - Любовь Попова

– Ты правда разводишься? – не могу я не спросить снова. – Если ты меня обманываешь, я лично сверну твои яйца узлом и прикушу член.

– Продолжай, я возбудился. Любишь БДСМ?

– Дурак, – бросаю я телефон и тут же получаю СМС-ку с фоткой члена в зеркале какого-то клуба. Господи. В зеленом свете туалета это не возбуждает, а кажется членом инопланетного существа. Сколько же Владимир выпил, чтобы на это решиться.

Я прикусываю губы, рассматривая этот внушительный агрегат, стараясь не засмеяться в голос, и тут же получаю СМС-ку.

«Покажи свою киску».

И мне почему-то становится по-настоящему смешно. Действительно пьян. И я отправлю скаченное из сети фото котенка.

«Сучка».

«Остальное после твоего развода».

Вот теперь я с чистым сердцем могу лечь спать, чтобы поскорее наступил завтрашний день.

Глава 19. Владимир

Я вышел из туалета злой и уставший. Реально хочется доехать до дома, взломать дверь упрямой девчонки, присунуть на полпипеточки. И ей не больно, и мне будет приятнее. Бл***, яйца так и ноют.

А все потому, что пить надо меньше.

И что я ей там наболтал…

– Ты реально собрался разводиться? – о, Давид мысли мои читает.

– Ну так давно пора вроде, – плюхаюсь я на диванчик клуба, где мы всегда отдыхаем.

Здесь всегда легкая музыка, приятные официантки и доступные женщины, жаждущие найти себе папика. Но сегодня на взгляды я не реагирую. Папик занят.

– Пять лет ты чего ждал?

– Ну, я полагаю Полину, – усмехаюсь, и Давид поднимает с улыбкой бокал, салютуя.

– Ясно. Только врать-то нехорошо. Ты только с адвокатом план действий наметил. А Ангелину устроят такие отступные? Она вообще вернуться решила, думаешь, улыбнется напоследок и махнет ручкой? А Тимур?

– Ты чего меня напрягаешь, хорошо же сидели?

– Не я вру девушке, с которой в теории хочу отношений.

– А я не вру. Я разведусь.

– Ну да. Только сроки точные не ставлю. Как компания «ЖилСтрой».

Мы ржем. Эта строительная компания долгое время дышала нам в спину, постоянно намекая, что мы не даем ей развиваться.

Но сдулась несколько месяцев назад, когда суд вынес решение о прекращении всей деятельности и выплаты людям их денег. Он взял их за квартиры, которые собирался построить через десять лет. Идиоты.

Владелец еще и из страны свинтил. Забавная история. Как же его звали?

– А ты не знаешь, где тусит этот жирдяй?

– Стасик Павлов? Да кто ж его теперь знает. Он, говорят, на жену все переписал, а она невменяема, в санатории лежит.

– Умно. Может, и Ангелину в санаторий отправить? Нового мужика себе найдет, меня в покое оставит.

– Ну, самое главное, чтобы она до Полины твоей не добралась. Думаешь, она нормально отреагирует, если увидит вас вместе?

– Да где она увидит? В квартиру ее больше не пущу. А на рабочем месте я трахаться не собираюсь. Узнает, когда разведемся.

– Если…

– Без если.

– Ты за компанию не боишься? Там вроде по закону тридцать пять процентов нужно.

– Нет, бизнес не делится, я уже консультировался. Он остается тому, кто им занимался. Именно поэтому речь идет об отступных. И не будь Ангелина матерью моего сына, вот что она бы получила, – показываю фигу. – И пусть угрожает сколько хочет.

– Тогда я реально не пойму, чего было тянуть пять лет. Ну серьезно?

– Да я сам не знаю. Просто отец с матерью ссорились не раз. Нет, без измен, конечно. Но никогда не собирались разводиться. И потом Артем с Настей. Тоже счастливы. Я там и так лишним вечно себя чувствовал, а после ее измены особенно.

Наверное, мне хотелось верить, что и у нас все наладится. Хотя бы ради Тимура.

– С Полиной все изменилось, я понял. Она верная и сексуальная. На сына можно забить.

– Ну что ты реально меня сегодня бесишь. Никуда я от сына не денусь. Но у того мания прощать матери все, а я ему чужой давно.

– Так ты работаешь всегда.

– Кто бы говорил. Твои дети как часто тебя видят?

– Достаточно, чтобы считать авторитетом. И я постоянно дома. А ты в офисе все время тусил. При чем тебе для этого даже Полина не нужна была. А теперь будет такая же повернутая на голову карьеристка. Будете торчать там круглосуточно.

– Все сказал?

– Да я просто поддерживаю беседу, – усмехается Давид и руки поднимает, мол, сдаюсь. Но сразу же отпускает, чтобы взять вибрирующий телефон. И сразу понятно, что пришло ему что-то весьма неприличное, потому что он сглатывает и выпивает стакан воды до дна. – Мне, кстати, уже домой пора. К детям.

– Ну-ну. Подкаблучник.

– И тебе надо им стать. Знаешь, как приятно?

– Посмотрим, – жму ему руку, но тут мой сотовый снова оживает. – Алло?

– Владимир Прохорович! Простите, что звоню так поздно, – глава отдела по технике безопасности Сергей Анатольевич Жданов в панике. Чуть ли не плачет. – Я совершенно не понимаю, почему так происходит. Я все контролировал. Я готов ответить головой, если нужно.

– Серег, ты можешь толком объяснить?

Давид пиджак-то надел, но остался. Слушает.

– Новый пожар и снова из-за нарушений техники безопасности. Инженер по охране труда уже три дня не появлялся, а строители утверждают, что вообще его не видели. Владимир Прохорович!

– Объект какой? – говорю хладнокровно, медленно, но верно трезвея.

Это уже не шутки. И дело тут не в отце и деньгах. Или в деньгах. Потому что за такую халатность реально объект могут заморозить и наложить санкции на саму строительную компанию. Не говоря уже о сотне исков от строителей, которые пострадают.

– ЖК «Светлый». Пятьдесят первое шоссе.

– Я помню где это, – несколько высоких оранжевых зданий. – Сейчас приеду. Пожарные едут?

– Да все уже здесь, просто я вас известить хотел.

– Все понял, скоро буду. Чего встал? – смотрю на Давида. – Домой иди.

– Ну вот еще. У меня в вашей конторе акции, если что. Будет не очень приятно, если вас закроют. Так что я с тобой.

– Как хочешь, – говорю без эмоций, начиная думать, а что, собственно, происходит. Два случая за неделю… Раз в месяц мелкие ЧП норма. Но чаще…

– Подставой пахнет, – выдает мою мысль Давид, пока мы садимся в мою машину, а я киваю водителю.

– Есть такое. Разберемся. ЖК «Светлый». Срочно.

Машина мчится по пустым трассам, а я оттягиваю ворот рубашки, чувствуя, как жарко становится. Пытаюсь понять, где я просчитался. Какая из ячеек стала гнить.

Глава