Снегурочка и раздолбай - Лия Чу

— Сработка была по моей вине, и куча свидетелей это подтвердят.

— И что? Ты что думаешь такой благородный принц и всех вдруг спасешь? Я все равно получу от Баринова, если не за сработку, так за то, что я во время тебя не научила правильно снимать с сигнализации. За Диану же тогда получила.

— Что за глупости? Баринов мировой мужик.

— Вот об этом я вчера тебе и говорила. Мы из разных миров. В твоем он розовый пони, а в моем ночной кошмар.

— Не понимаю…

— А я не учительница, чтобы раскладывать кто тут прав, кто виноват. Так вышло. Забыли.

Я направилась к выходу, но у двери он вновь меня перехватил, причем немного странно. Уперевшись руками по обе стороны от меня, он, внимательно вглядываясь в лицо вчерашним серьезным взглядом изрек:

— А как могу хоть что-то понять, если ты не даешь мне даже шанса?

— Шанса на что? Если ты не видел этого последние два года, то как бы я тебе не объясняла. Вряд ли ты это поймешь за час или два. Ты считаешь, что я себя накручиваю? Отлично. Ты считаешь, что я себе надумываю? Да пожалуйста! Каждый из нас в праве испытывать свои эмоции. Только прошу, прекрати меня пытать. Я просто не могу больше, я устала, правда.

Я подняла глаза к потолку. Чертовы слезы! Впрочем, знакомый симптом оказался ложным, и я не заплакала.

Он продолжал меня гипнотизировать своим пронзительным взглядом и повторюсь, наверное, не раз, таким я его видела в последний раз вчера. Беззаботность и легкость всегда были его визитной карточкой. Но именно, таким, как в этот момент, мне кажется, он был лишь со мной. Вот он аккуратно взял меня за лицо. Я попыталась отступить. Но куда? Сквозь дверь? Поэтому только умоляюще глядя на него, я слабо мотнула головой.

— Не… — начла я, когда его губы коснулись моих. Осторожно, мягко, легко. Если бы он попытался напасть, как вчера, получил бы отворот-порот. Но эта нежность настолько выбила меня из колеи, что я просто растерявшись, приоткрыла губы и ответила на этот легкий невесомый жест.

Он целовал мое лице, осторожно касаясь глаз, губ, щек, не позволяя себе ничего лишнего и вот это совершенно сбивало меня с толку.

Глава 15. Разные миры

Игорь.

Влюбленный идиот. Я был зол на нее и ее упрямство. Меня взбесило ее опоздание и команды, которые она властно раздавала направо и налево. Меня раздражала и ее жертвенность, мол «я такая скотина, не смог правильно открыть магазин, а штрафовать будут ее». Меня совершено сбивали с толку ее слова по поводу Баринова. Буду-то речь шла о двух разных людях, ее Баринове и моем.

Но стоило мне посмотреть в ее глаза, я увидел ту девочку, что она так старательно прятала за фасадом офисной стервы и не смог устоять. Я не мог противится ее магии, я не мог уже ни о чем думать. Я ее поцеловал. Сперва действовал осторожно, ненавязчиво, наслаждаясь моментом. По мере развития событий я распалялся все сильней, да и она отвечала мне охотно. И я, теряя голову, становился более настойчивым. Хватая ее за талию и прижимая к двери сильнее, я требовал большего.

В тот момент я не понимал, где мы находимся, только сосредотачивался на ее реакции, на ее податливости. Мне совершенно не хотелось останавливаться ведь стоит нашей странной связи прерваться, и я услышу очередной сумбур из разряда: «Почему нам не стоит этого делать. О мирах, которых она твердила о ее колких взглядах, которые перестали быть для меня оскорбительными, напротив они каждый раз напоминали мне, что у Ледышки нашего офиса есть сердце и мне не безразлично какое место я в нем занимаю.

В дверь робко постучали, Альбина было дернулась, намереваясь снова сбежать. Но я перехватил ее посильней и продолжил целовать с неменьшим напором. Ручку подергали, дверь приоткрылась, образовав щель сантиментов 10, но мы не дали ей распахнуться до конца.

— Что тут, черт возьми, происходит, — услышал я словно издалека яростный такой не похожий на него крик Баринова. В дверь не по-детски забарабанили огромным кулаком, по крайней мере, так громко прозвучал этот грохот. Альбина протестующе замычала и, уперевшись руками мне в плечи, попыталась оттолкнуть меня. Я все еще был во власти ее чар, но начал постепенно приходить в себя под градом новых ударов с той стороны двери. Сделав шаг назад, я инстинктивно потянул Альбину за собой, дверь распахнулась. Одинцова тут же вынырнула из моих объятий, а в кабинет в это время ввалился Баринов, за ним семенила Диана.

— Одинцова, — рявкнул он.

Я невольно вздрогнул, а Альбина отреагировала вполне себе стойко. Хотя первые секунды на ее лице читалась полная растерянность, я ее прекрасно понимал, ведь сам будто в космосе побывал. Хотя мне давно уже не 15 остались в прошлом юношеские увлечения и первые неопытнее робкие поцелуи, от которых кружилась голова, а в крови бурлили гормоны.

— О, Гош и ты здесь, — наконец обратил на меня внимание Баринов.

А я офигел дважды, увидев разительную перемену его голоса от агрессивного «Одинцова» до свойского «Гоша».

Брр, что происходит?

— Дорофеева, что вам? — спросила Одинцова, обращаясь к Диане.

— Диан, что-то случилось? — одновременном с напарницей произнес я. Переглянувшись Альбиной, мы улыбнулись и вернулись к Диане.

— Я просто это… я по поводу сигнализации… Валентин Семенович и я….

— Это правда, что вы сегодня опоздали на работу на полтора часа?! — спросил Баринов глядя на Альбину.

— Да, я тоже опоздал, — встав одним фронтом с ней отреагировал я. — Но откуда вы… — я перевел взгляд на Диану.

— Ой, я, наверное, пойду, — пискнула Дорофеева и была такова.

— Нам вновь вкатили штраф, — игнорируя все вышесказанное продолжал Баринов, тряся бумажкой.

— Да, это я виноват, — потупившись, признался я.

Но Баринов наступал на Альбину, как танк, а меня и мои комментарии словно не слышал.

— И потом эта жалоба, — продолжал начальник.

Альбина стояла, опустив голову.

— Валек, — начал я миролюбиво.

— Подожди, Гоша, — отмахнулся он от меня, как от назойливой мухи. — Одинцова, и что вы на это скажите?

— Я … — пролепетала Альбина.

— Валентин Семенович, — в кабинет вбежала Маргарита Владиславовна.

— Не сейчас Марго, — отмахнулся Баринов, буравя взглядом Одинцову, как врага народа.

— Но Виолетта Леоновна на связи, — взмолилась главбух.

— Одинцова, разговор не окончен, — рявкнул Баринов и вышел вслед за Маргаритой.

— Какая муха его укусила, — задумчиво глядя ему вслед, произнес я, а обернувшись, увидел, что Альбина