Не смей меня... хотеть - Мария Зайцева

Я этого не помню, но соглашаюсь с готовностью. Конечно, чипсами, чем же еще? Не вискариком же, которого в нас по поллитра на сестру булькало вчера? Заполированным невнятными коктейлями? Не-е-е… Однозначно , чипсы…

— А ты-то чего бодрячком? — завидует Риска.

— Да я сразу угля навернула, — делюсь с ней жизненным опытом, — так что с утра только чуть-чуть голова покружилась и все. У нас сегодня Рашидовна, нельзя пропускать, а то бы я тоже лучше отвалялась. Давай, больше пей. И спи.

— Ага… — вяло соглашается Риска, тут за заднем плане слышится хмурый голос Игоря:

— Я тебе энтеросгель развел, иди жри, пьянь мелкая.

Риска отключается, а я радуюсь, что Игорь, как брат, не настолько жестокий, как мой Мишка, например. Он-то, помнится, только стебался, да маме меня вкладывал с огромным наслаждением.

После занятий я уже вполне нормально себя чувствую.

Голова, конечно, побаливает, но две пары старослава творят чудеса: концентрация на высоте, нервы на пределе, мозги щелкают и лопаются пузырями, как воздух в трясине.

Заношу книги в библиотеку, задерживаюсь там с Виселицей до начала следующей пары.

У меня больше занятий нет, в полном одиночестве иду по пустым коридорам универа, выхожу на крыльцо, жмурясь от яркого осеннего солнца, и наталкиваюсь на молча курящего в стороне Немого…

Глава 17

Пару секунд я рассматриваю широченную спину Немого, невольно вспоминая ту татушку, что так ярко перекатывалась на смуглой гладкой коже.

Образ Немого,  стягивающего небрежно через голову футболку,  неожиданно  застревает в сознании, заставляя губы сохнуть. Странная реакция, конечно…

Но хорошо, что он один, можно без свидетелей ненужных подойти поговорить.

Почему-то накатывает робость.

Он так странно смотрел на меня сегодня… Думает, что мы с Олегом опять встречаемся?

Зная моего придурка-бывшего, можно быть уверенной, что в уши своим приятелям он налил полно всего, замучаешься отфильтровывать.

Но, с другой стороны, какая разница, что обо мне думает Немой?

Я просто поблагодарю его, и все.

Подхожу ближе, Немой, слыша звук шагов за спиной, разворачивается и смотрит на меня. Без удивления вообще, молча, чуть сощурив глаза, ведет взглядом от ног до лица. Медленно и, как мне кажется, издевательски.

Желание благодарить пропадает мгновенно, но тормозить и разворачиваться в другую сторону, учитывая набранный разгон, как-то глупо, а потому я выдыхаю и делаю то, что должна.

— Привет, — вежливо здороваюсь я.

Немой выдыхает дым, кивает.

— Слушай… — ну вот, все слова куда-то подевались! А были ведь! Были! — Я хотела сказать спасибо за помощь… Ну… Вчера…

Немой смотрит, вообще никак не давая понять, что слышит меня, и неожиданно в голову приходит здравая мысль, что он мог быть пьян, как фортепьян, там, в клубе. И просто в отключке махать кулаками…

Вот это был бы номер! Я тут распинаюсь перед ним, в благодарностях рассыпаюсь, а он и не помнит ничего!

— Ты помнишь, что вчера было? — на всякий случай уточняю я.

Немой кивает.

Медленно подносит сигарету ко рту, затягивается, я завороженно смотрю, как смыкаются твердые губы на фильтре, как немного раздуваются ноздри, словно у хищника, идущего по следу за добычей…

А потом Немой выдыхает дым , попадая мне в лицо!

Черт!

Придурок какой все же!

Злоба берет верх над вежливостью, я бормочу что-то типа “ну вот и отлично, пока”, разворачиваюсь и иду прочь от этого хама. Сжимаю кулаки невольно, в голове бушует ураган мыслей, в основном деструктивных.

Мне почему-то хочется развернуться и со всей дури долбануть верзилу по пустой башке чем-нибудь тяжелым. И крикнуть что-то вроде: “Эй, я тебя благодарила, вообще-то, урод! Мог бы и слово сказать в ответ”.

Естественно, это пустые эмоции, Немому явно глубоко пофиг на мои переживания и мою благодарность.

Я делаю пару шагов с крыльца, но затем неожиданно разворачиваюсь и, запрещая себе даже думать о последствиях и о том, как это вообще со стороны выглядит, взлетаю обратно к как ни в чем не бывало продолжающему курить парню.

— Да что с тобой не так? — начинаю говорить я, не пытаясь больше сдерживаться и строить из себя благодарную овечку, — я всего лишь хотела поблагодарить! За твою помощь! Мог бы хоть слово в ответ сказать!

Немой отбрасывает сигарету, смотрит на меня.

Стараясь делать вид, что мне вообще пофиг на ледяное выражение его темных глаз, продолжаю:

— Я же не требую от тебя чего-то сверхъестественного? Простая вежливость! Веж-ли-вость! Ты в курсе вообще, что это такое? Загугли, может, жизнь новыми красками заиграет!

С этими словами я разворачиваюсь, собираясь уходить, но тихий, хрипловатый голос тормозит мои намерения:

— А ты, я смотрю, знаток по краскам жизни, а?

Не веря своим ушам, разворачиваюсь обратно и смотрю изумленно на Немого. Он  что, реально сейчас заговорил со мной? Блин, надо быстрее с крыльца уходить, может обвалиться крыша универа! Немой заговорил!

И не просто заговорил, а съязвил! Поддержал беседу…

— Что ты имеешь в виду? — уточняю я неожиданно дрогнувшим голосом, сама это замечаю и опять злюсь.

— Только то, что сказал, — он стоит, засунув руки в карманы, смотрит на меня насмешливо, — маленькая принцесса любит играть во взрослые игры.

— Не понимаю… — бормочу я, в принципе, прекрасно  все понимая. Это про сегодняшний инцидент возле библиотеки. Он меня стебет? Он подкалывает меня? У Немого — внезапно — есть чувство юмора, путь и такое примитивное?

— Ну да… Легко сделать что-то грязное, а потом вернуться к образу правильной девочки. Это же так удобно.

Боже… Он разговорился, однако. И откуда столько злости по отношению ко мне? Что я ему сделала? И, если так злится, зачем помогал вчера?

— Почему ты меня не любишь? — неожиданно даже для себя задаю я вопрос.

На ответ особо не надеюсь, потому что аттракцион невиданной щедрости может прекратиться в любой момент. Но мне реально интересно, чем же я так успела насолить этому грубияну, что он позволяет себе высказываться обо мне настолько уничижительно.

— Потому что я терпеть не могу лицемерок, — спокойно отвечает Немой.

— Я — лицемерка? — Вот это номер! — и в чем же это проявляется, уточни, пожалуйста!

— Ты со всеми дружелюбная, всегда улыбаешься, строишь из себя принцессу, всю такую правильную и порядочную. А в реале ты просто ставишь себя выше всех остальных.