Опасность - Аманда Квик

— Почему-то мне кажется, что я знаю тебя очень давно, — сказал Себастиан. — Как будто мы с тобой старые друзья, а может, даже любовники.

— Как странно. — Голос Прюденс, теплый, ласковый, полный желания, звучал как бы издалека. — Я как раз размышляла об этом перед твоим приходом. Как будто мы близко знаем друг друга уже много лет, хотя на самом деле знакомы так недавно.

— До утра мы узнаем друг друга еще ближе, — пообещал Себастиан.

Он не в силах был больше ждать. Она хотела его, он — ее. Они помолвлены. Вдруг все стало просто.

Себастиан потихоньку снял с кровати ногу, на которой сидела Прюденс, но, прежде чем ноги Прюденс коснулись пола, легонько толкнул ее, и она упала на постель.

При виде ее, возлежащей среди вороха смятых простыней, у него перехватило дыхание. Юбки платья и сорочки взметнулись высоко вверх, открывая взору подвязки, поддерживающие практичные хлопчатобумажные чулки. Ноги безукоризненны — изящные икры плавно переходят в точеные лодыжки. Округлые, соблазнительные бедра…

Себастиан не мог оторвать взора от ног Прюденс, представив, что вот сейчас они обовьются вокруг его бедер. Из груди вырвался хриплый стон.

— Что-то не так? — Прюденс обеспокоенно взглянула на него.

— Нет-нет, все в порядке. Лучше и быть не может. Себастиан рванул ворот ее нижней сорочки. Послышался треск — тонкое льняное полотно порвалось, но он не обратил на это внимания. Только одно имело значение — сейчас он овладеет Прюденс.

Он не стал тратить время на то, чтобы скинуть рубашку: слишком велико было желание ощутить руки Прюденс на своем теле. Присев на край кровати, он принялся стаскивать сапоги.

— Кажется, ты очень спешишь, Себастиан.

— Да.

Он лег рядом с Прюденс и притянул ее к себе.

— Дотронься до меня, — прошептал он и, взяв за руку, потянул ее к своей груди. — Я хочу почувствовать прикосновение твоих рук.

— Да, да… я тоже хочу этого. — Руки Прюденс скользнули по его груди, зарылись в темных кудрявых волосах, и она вскрикнула от наслаждения.

У Себастиана перехватило дыхание.

Прюденс взглянула на него:

— Мне так приятно к тебе прикасаться. Ты такой мужественный и сильный. Когда я пришла к тебе в ту ночь, то в первую же минуту решила, что никогда не видела никого красивее тебя.

В лунном свете глаза Прюденс были полны такого желания, что Себастиан на какое-то время лишился дара речи. Ни капли кокетства, подумал он, никакого притворства.

Наклонившись, он поцеловал ее в шею и только потом взволнованно пробормотал:

— Ты ни о чем не пожалеешь, Денси, клянусь. Губы ее коснулись его плеча.

— Я и не собираюсь жалеть ни о чем, что произойдет между нами. Как можно? Все так чудесно, не передать словами.

— Я хочу любить тебя, Денси.

Себастиан притянул ее к себе и принялся расстегивать маленькие пуговки сзади на ее платье. Казалось, им не будет конца. Сколько же их, этих проклятых пуговиц!

— Черт бы их побрал! — пробормотал Себастиан, пытаясь справиться с последними. Он понимал, что еще чуть-чуть — и больше ему не выдержать…

— С тобой все в порядке, Себастиан?

— Все отлично.

Но это далеко не так, возразил он себе, медленно стягивая с ее плеч лиф платья и извлекая на свет маленькие твердые груди. Чувствовал он себя далеко не отлично. Руки тряслись. Тело пылало. Он весь дрожал от возбуждения. Голова кружилась от нестерпимого желания.

Да, он определенно не в полном порядке. Впрочем, можно ведь сказать и по-другому. Давно он уже не был в таком порядке, как сейчас.

— Себастиан…

Он был не в силах оторвать взгляда от ее безукоризненно округлой груди. Он сейчас сойдет с ума…

— Боже мой, как ты хороша, Денси. — Наклонившись, он взял губами твердый маленький сосок.

— О… — Руки Прюденс вцепились ему в волосы, стройное тело выгнулось, будто от удара электрическим током.

Ее реакция на ласку оказала на Себастиана умопомрачительное воздействие. Рука его скользнула под нижнюю юбку.

И вот он уже ласкает ее бархатистые бедра. Прюденс затрепетала. Рука поднялась выше… Вот он сейчас коснется самого интимного местечка, которое уже ждет его. Только его одного.

Он дотронулся до него.

— Себастиан! — Прюденс вздрогнула и непроизвольно сжала ноги.

Он понял — она сделала это инстинктивно, от естественной стыдливости в ответ на испытанную впервые в жизни столь откровенную мужскую ласку.

— Все хорошо, — порывисто прошептал он. — Я хочу узнать тебя всю и везде. Хочу узнать тебя так, как только мужчина может познать женщину.

— Да… Но это так странно. — Голос Прюденс звучал приглушенно.

— Ты же обожаешь все странное и необычное, — напомнил он ей, вновь нежно, но настойчиво раздвигая ее ноги. Он погладил горячей ладонью мягкие лепестки, спрятанные в шелковистых мягких волосах.

— Да, я знаю. Но… Боже! Себастиан, что ты делаешь? Там она была вся такая горячая и влажная, как он и ожидал. Палец Себастиана осторожно скользнул в гладкий, узкий канал, который судорожно сжался, обхватив палец будто тесной перчаткой. Ощущение было такое острое, что Себастиан едва не достиг высшей степени блаженства.

— Я… никогда… не думала… что это… — задыхаясь, призналась Прюденс, — так хорошо!..

Себастиан заглянул в ее широко раскрытые глаза:

— Я тоже, дорогая.

Внезапно его собственное желание отошло на второй план. Самым важным было дать Прюденс впервые ощутить вкус настоящей страсти. Он хотел, чтобы она познала радость истинного блаженства и была благодарна ему за то, что именно он открыл до того неведомую ей сторону жизни женщины. А сам он подождет. Вся ночь впереди.

Себастиан медленно извлек свой палец — в ответ Прюденс невольно сжала ноги, безотчетно прося его задержаться в ней. Себастиан, улыбнувшись, легонько коснулся ее нежного бутона и затем снова медленно ввел палец.

Прюденс издала невнятный звук — то ли крик, то ли стон. Закрыв ее рот поцелуем, Себастиан продолжил свою ласку.

Вскрикнув еще раз, Прюденс вцепилась в его рубашку. Колени опять сомкнулись, лишив руку свободы действия.

— Милая, расслабься немного. — Себастиан осыпал жгучими поцелуями ее грудь. — Не бойся, раздвинь ноги. Вот так, моя хорошая. Пусти меня в себя. Глубже… еще глубже… — Прюденс на мгновение замерла и медленно раздвинула нежные бедра. — Ты такая теплая, — шептал Себастиан. — Я хочу почувствовать тебя там.

Снова и снова ласкал он ее. Наконец ему показалось, что она сможет впустить уже два его пальца. Он принялся медленно вводить их.

Прюденс ответила мгновенно. Тело выгнулось дугой. Рот раскрылся в беззвучном крике, и она отчаянно задрожала. Себастиан почувствовал, как волны страсти сотрясают ее тело, и ощутил такую признательность, какую не испытывал никогда в жизни.