Мама для вундеркинда - Разия Оганезова

– Здравствуйте, – к нам подошла молодая женщина, которая с улыбкой наблюдала за детьми, – вы к нам недавно в школу перешли, да? Мирослава о вашем сыне столько всего рассказала!

– Да, Гордей всего лишь несколько дней учится в классе с вашей дочерью, здравствуйте. – Тут Алина меня больно ущипнула за руку. Пришлось улыбаться.

– У вас и собаки есть! Какая прелесть! – защебетала женщина, вздыхая и восхищаясь.

– Не так уж все и плохо, – пробормотала Русанова.

– Свои дети будут, поймешь меня, – не согласился с ней.

– Да ты хуже матери-наседки! – зашипела она на меня.

– Вот уж комплимент! Спасибо!

К моей радости Мирослава с мамой спешили в гости, так что совсем скоро мы остались одни.

– Знаешь что, Игнат Макарович, – протянула задумчиво Алина, – ты не должен так реагировать! Это только первая любовь! А что будет в подростковом возрасте?

Я даже остановился, выразительно посмотрел на девушку, чтобы она не продолжала говорить о таких странных вещах, но Русанова буквально давила на мою больную мозоль.

– Да понял я, понял…

– К психологу бы тебе сходить….

– Думал уже об этом, – что честно, то честно. Везде видится предательство, которое пережил сам, и которое, боюсь, не сможет пережить сын. Слишком он у меня ранимый.

Прогулка все равно прошла чудесно, но через час мы поехали домой к Алине, дождались, пока она заведет питомцев в квартиру, помоет им лапы и накормит. Только после этих нехитрых, но нужных манипуляций, она вернулась в машину. Мы решили не подниматься, чтобы не смущать Алину и не тратить зря время.

– А теперь веселиться! – заявил Гордей, стоило моей помощнице занять своё прежнее место. – Алина, а ты была в батутном парке?

Девушка только отрицательно покачала головой.

– И зря, там очень весело!

Она посмотрела на меня, но лишь улыбнулся.

– Не получится сбежать, Алина Игоревна, прыгать едем все вместе! Да и где вы еще так активно проведете вечер? М?! – добавил я от себя.

* * *

Алина

Да уж, сбежать не получилось – это точно, но я была только рада. Никогда не думала, что в моем солидном возрасте прыгать на батуте интереснее. Нет, Гордей, конечно, был доволен, но мы с Игнатом, по-моему, кричали от восторга больше. Мы и в высоту друг друга старались перепрыгнуть, и в длину! Соревнования устроили нешуточные!

Гордей весь вечер делился эмоциями о собаках, а я сделала себе заметку в голове: поговорить с Игнатом о питомце для сына.

Конечно, это не я сама придумала, пока Игнат ушёл прогревать машину, Гордей подошёл ко мне и зашептал в ухо:

– Алина, а ты поговоришь с папой?

– О чем? – улыбнулась я, наклоняясь к нему.

– Я давно прошу его завести кого-то, а он говорит, что с нашим графиком никто не выживет, – горько вздохнул ребёнок, – но ты же тоже работаешь, но твои питомцы все равно довольные…

– Смотри, у вас с папой очень плотный график, вы заняты до самого вечера, а собак нужно выгуливать и уделять им время, – начала объяснять, гладя ребёнка по вихрастым и непослушным волосам.

– Но ведь так было бы хорошо, когда приходишь в квартиру, а там тебя кто-то встречает, – вздохнул Гордей.

– Понимаю, так что поговорю с твоим папой о питомце, но не о собаке, а, например, о котенке. Коты более самостоятельные, их выгуливать не надо. Но они всегда встречают хозяев. Как думаешь, с котёнком тебе бы было веселее? А собак можешь навещать у меня.

– Котенок? – задумался ребёнок, а потом его глаза загорелись, – котенок, тоже хорошо. Но папа, наверное, не согласится, – печально вздохнул он.

– С чем не соглашусь? – за нами пришёл Игнат и услышал конец разговора, пришлось спасать операцию по заведению питомца. Так что ляпнула первое, что пришло в голову:

– Не согласишься поехать в пиццерию.

– А вот и соглашусь, поехали, карета подана.

– Ура! – закричал Гордей и первым побежал в гардероб за курткой. Я тоже пошла одеваться теплее, потому что на улице стало прохладнее.

Когда уже наступит полноценная весна, а не только по календарю, чтоб, наконец, снять с себя зимнюю одежду? Риторический вопрос, пока это лишь мечты…

После вкусного ужина, мы поехали к дому Игната. Я – забирать свою машинку, по которой успела соскучиться. А мальчик с папой пойдут отдыхать после такого насыщенного вечера…

Гордей уснул на заднем сидении: устал от эмоционального дня. Мы с Игнатом тоже молчали и просто наслаждались вечером и неторопливой музыкой, что лилась из динамиков.

– Спасибо за чудесный вечер, – сказала, выходя из авто.

– До завтра, Алина, и вам спасибо, – тихо ответил шеф, подхватывая на руки уснувшего сына и закрывая машину.

Мой фиат ждал меня и весело моргнул фарами.

Непрерывно зевая, я доползла по пробкам домой. На улице опять пошел снег и на дороге произошел что-то типа Армагеддона местного розлива. Многие водители уже переобули резину и теперь плелись по катку или устраивали аварийные ситуации. В такие моменты хочется пересесть на общественный транспорт. Потом вспоминаю, что дураков везде хватает, и никто от них не застрахован. А здесь я хоть изолирована от их общества и наслаждаюсь музыкой или аудиокнигой.

Дома сон, как рукой сняло, поэтому решила посвятить пару часов работе над книгой. А то и так из-за поездки сбилась с графика. Стараюсь каждый день что-то писать, чтобы не потерять нить связи с героями. А то они те ещё вредины, обидятся и не захотят ничего рассказывать.

Но в этот раз обошлось, в голове сразу замелькали сюжеты и сцены, а пальцы только успевали, что порхать над клавиатурой. Написав главу, я, довольная, встала и потянулась, разминая затекшие мышцы и шею.

Записала себе задания на завтра в планере и после душа уснула со спокойной совестью…

Утро среды выдалось на редкость спокойным. Видимо, еще не все пронюхали, что мы вернулись. Так что я спокойно созвонилась с авторами и художниками, с которыми на сегодня были назначены встречи. Все подтвердили, что придут.

После обеда началась суета, к нам начали приходить с разными вопросами из других отделов. Женская часть с всякими глупостями, как я уже и раньше думала, скорее всего, просто хотели попасть на глаза шефу. Решила, что с этим нужно что-то делать. А то проходной двор какой-то – некогда работать. Так что подумала и решила добавить небольшое новообразование, с которым и пошла к шефу перед окончанием рабочего дня.

– Игнат Макарович, можно? – постучалась к нему, зная, что он один,