Подвал для моего сердца - Архелая Романова

Со стороны мы представляли забавное зрелище – я и Мирон шли по дороге неспешным шагом, а справа от нас, прижимаясь к краю тротуара, ехал Виталик за рулем, бдительно посматривающий на своего работодателя. Судя по его обалдевшему виду, такие прихоти хозяина для Виталика были в новинку.

– И все же, почему библиотека? – задал вопрос Мирон.

– Все просто. Я обожаю читать, – ответила я. – Любые книги. Детективы, дамские романы, приключения, фэнтези… Не особо люблю некоторых классиков, но это скорее исключение.

– Библиотекарь, который не любит Толстого? – усмехнулся он.

– Я уважаю его вклад в литературу, и, разумеется, знакома с его произведениями. Но не могу назвать его любимым писателем, – осторожно сообщила я, помню реакцию моей преподавательницы по русскому языку, которую данное высказывание повергло в шок.

– Почему?

– Он просто не мой, – улыбнулась я, чувствуя, как замерзает рука. Перчатки я забыла в машине Дениса, левую руку засунула в карман, а вот правой держалась за локоть Воронцова, благодаря чему ее хорошенько так обдувал холодный ветер.

– Есть твои книги, а есть не твои. Открываешь – и сразу понятно. Бывает, что книжка с неплохим сюжетом, и язык вроде не подкачал, и задумка интересная… Или вообще – шедевр, расхваленный критиками и тысячами читателей. Но что-то не то. Ты в предвкушении открываешь первую страницу, начинаешь читать, и… На десятой останавливаешься. Извини, я, наверное, путано объясняю…

– Да нет, все понятно. У меня так с людьми, – вдруг разоткровенничался Мирон.

– И что же, ты сразу понимаешь, кто твой человек, а кто нет? – не удержалась я, не забывая посматривать в сторону Виталика.

Заметив мой взгляд, Виталик потупился и принялся увлеченно рассматривать дорогу впереди.

«У, зараза», – мысленно пригрозила я ему кулаком. Недолго тебе осталось, голубчик.

– Практически да. Бывают исключения, – повторил Мирон мой ответ.

Я тут же захотела спросить, являясь ли я «его человеком», но постеснялась. Вдруг скажет «нет»? Тогда будет очень неловко. Конечно, то, что мы сейчас тащимся по заснеженной тропинке, в то время как снег подло залетает Мирону в воротник, говорит о его интересе ко мне, но вот вопрос: какого рода этот интерес? Может, ему не терпится разгадать загадку?

Многие мои знакомые так прямо говорили: Алиса, ты такая странная, что тебя хочется разгадать. Узнать, что внутри, сковырнуть весь верхний пласт в виде старых платьев, любви к потрепанным книжкам и работы в библиотеке. «Не может молодая красивая девушка добровольно похоронить себя среди полок с пылью», – так они говорили. «Наверное, она просто притворяется, строя из себя всю такую загадочную барышню, а на самом деле, как и все, жаждет денег», – добавляли другие. «Помани ее пальцем – и она забудет о своей библиотеке и платьях, стоит только отвести ее бутик Гуччи», – рассказывала всем за спиной моя бывшая подруга.

«Идите все к черту», – так отвечала им я, и утыкалась носом в очередную историю о любви.

– Значит, ты библиотекарь, который обожает дамские романы? – продолжал расспросы Мирон.

– А кто их не любит? – философски пожала плечами я.

– Там же все ненастоящее, – удивился он. – Как-то раз глянул на книжку, которую Тина оставила у Макса в тачке. Называется «Неземная любовь». Сюжет не помню, но написаны одни глупости: он влюбляется с первого взгляда, она его отвергает, но потом попадает в беду, он ее спасает… Черт знает что. И почему женщинам нравится подобная ересь?

– Во-первых, чтение любовных романов помогает нам, девушкам, преодолевать кризисные моменты, потому что во время чтения мы заряжаемся оптимизмом и эмоционально отдыхаем. Во-вторых, хорошая книга – источник вдохновения и способ отвлечься от современных реалий. Если ты спрашиваешь, почему читаю романы я, то ответ еще проще, – засмеялась я. – Потому что я верю в любовь, именно такую, о которой пишут в книгах.

– Настоящая любовь не может быть сладкой и сахарной, – возразил Мирон. – Она базируется на многих вещах. Уважении, доверии, дружбе… Бывают разные моменты: и плохие, и хорошие. И плохих зачастую бывает больше.

– Бесспорно, но настоящая любовь – это всегда про счастье, – мягко ответила я. – Ты хочешь сделать счастливым его, а он – тебя. Знаешь, тот сюжет из книги, о котором ты рассказал, вполне может претвориться в жизнь.

– Кто-то влюбится в первую встречную, а она, конечно же, этого не заметит, а потом он спасет ее из цепких лап бандитов и она поймет, какое счастье чуть не упустила? – с сарказмом спросил Мирон.

– Именно, – кивнула я, и взглянула в сторону своего дома. – Мы пришли. Спасибо, что проводил.

– Пожалуйста, – растерянно пробормотал Мирон, который даже не заметил, как мы приблизились к моему подъезду. Я даже на мгновение залюбовалась выражением его лица – уверена, растерянным его мало кто видел.

И прежде, чем он спросил меня о чашке чая, я торопливо добавила:

– День был тяжелым, и я немного устала. Извини, давай поболтаем в следующий раз?

– Непременно, – решительно кивнул Мирон, видно, вспомнив про нашу договоренность.

Я неловко затопталась на месте, думая с позором сбежать. Господи, а что делать, если он вдруг захочет меня поцеловать? Тут я вспомнила про пропавшего Беликова и приуныла. Мне показалось, что Денис хотел пригласить меня на свидание… А потом пропал. «Целоваться сейчас с другим – настоящее свинство», – подумала я, и, махнув рукой, припустила в сторону подъезда. По пути остановилась, нашарила в сумке ключи от машины Дениса и залезла внутрь – забрать перчатки. Любовь, конечно, греет, но не так, как теплые и качественные бежевые перчатки, подаренные мне мамой.

Пропажа была возвращена на место, машина закрыта, и я благополучно вернулась домой, где сразу же поставила телефон на зарядку. Блин, Тина, наверное, раз сто позвонила…

Ожидая, пока экран вспыхнет ярким светом, я успела сбегать на кухню, обозреть пустой холодильник и огорчиться. Есть хотелось зверски, а продуктов кот наплакал. Может, рискнуть и разделаться с тем бройлером, живущим в морозильнике второй месяц? Не радиоактивный же он, в конце концов.

Звонок в дверь прервал меня, когда я уже достала тушку гигантской курицы и кровожадно ее разглядывала, и, если честно, одновременно меня порадовал. Я была уверена, что Тина не выдержала моего молчания за целый день, и лично приехала ко мне домой, чтобы устроить головомойку и выпытать все подробности встречи с Мироном, поэтому дверь я распахнула, беспечно не посмотрев в глазок.

И ахнула от испуга, увидев на своем пороге двух недружелюбно настроенных мужчин.

Первым моим порывом было захлопнуть дверь, однако этому помешал ботинок, который один из гостей засунул в проем. Второй, нагло оттеснив товарища, вошел в квартиру.

– Вы кто? – пробормотала я, отступая назад.

– Где он? – вместо ответа спросил вошедший. Молодой парень с зачесанными назад волосами, вполне обычный, в легкой куртке и синих джинсах. Таких на улице – десятки; ничем не примечательная внешность, спокойное лицо. Не так я представляла себе людей, переступивших закон.