Сюрприз на 8 марта! - Марина Андреева

Домой мы так и приехали вместе, пусть и на двух машинах.

Лика тут же засуетилась:

— Присядь, тебе нельзя перенапрягаться. И пылька беременяшкам противопоказана… Попей чайку зелёненького. Сейчас я всё тут пропылисосю… — бурлила энергией подруга, не давая мне и слова вставить.

Пришлось смириться и усевшись на диванчик, потягивать специально для меня заваренный слабенький чаёк, пока подруга самозабвенно хозяйничала в квартире. Она тем временем запустила стирку, и уже вовсю жужжала пылесосом. Неожиданно доносящийся из комнаты звук затих, и на пороге кухни появилась растерянно сжимающая в руке какой-то листок бумаги, Лика.

— Рин, мы это…

— Что? — непонимающе уставилась я на неё.

— Зря панику развели, — наконец-то завершила свою "пламенную" речь подруга и подойдя ближе протянула мне лист бумаги.

"Малышка, больше так не пропадай, я очень волновался. У меня в ближайшие дни запланировано много дел. Надо будет кое куда ездить после работы. Не переживай. И можешь уже поторапливать Татьяну с организацией свадьбы, а заодно выбирай ресторан, где будем кое-что отмечать. Спросишь, что именно? Не скажу! Сюрприз! Поводов у нас много. Целую. Твой я!"

— Эээ… — подвела итог прочитанному я, и помахала бумажкой в воздухе.

— Я под кроватью это нашла, видимо он оставлял записку на тумбочке или на постели, а она упала…

— Жесть… — с несказанным облегчением выдохнула я, мысль о том, что Антон от меня не ушел, неимоверно порадовала, хотя и не объяснила наличие дома и ребенка.

— Ну вот и чудненько, — закивала подруга. — Ты сиди, сиди, я там уже почти закончила.

Вскоре Лика и вправду оказалась рядом. Как-то незаметно мы окунулись в сеть интернет, выбирая модели колясок и кроваток для гипотетического малыша. Занятие оказалось неимоверно увлекательным, и разошлись мы довольно поздно.

На утро, я первым делом отправилась в платную лабораторию, где сдала все необходимые анализы. На работе появилась с небольшим опозданием, и кто бы сомневался, что там меня ожидали очередные исполненные сочувствия взгляды коллег. Конечно же, слухи о моей предполагаемой беременности вмиг облетели весь офис. А я же по мнению общественности несчастная брошенка! Горе мне несчастной!

Хотя, что скрывать? Всё это не более чем бравада. Ведь как бы оно ни было, я действительно почти ничего не знаю об Антоне. Даже если предположить, что тот дом он готовит для нас, то что там делает ребенок? Допустим девочка могла быть кем-то для той женщины, но почему её забирал из города именно Антон? Причем она его прекрасно знала, судя по доверчивому поведению. Почему он не рассказывал о своем прошлом, семье, положении в обществе? Боялся, что деньги затмят мне глаза? Бред! Он ведь в курсе, что изначально я далеко не из бедной семьи, да и алчность это совсем не моё.

Все эти почему, словно незримая стена вставали между нами. Смогу ли я и впредь безоговорочно ему верить? И как вести себя при встрече? Стоит ли давать понять о том, что мне известно? А если я действительно беременна, как он отнесётся к этой новости? Мы планировали брак, но о детях речи пока не шло. Из-за того покушения наши отношения как-то резко перешли в разряд гражданского брака, который мы приняли с учётом ситуации как должное. Не решит ли он, что я это специально подстроила, что-то выяснив о его социальном статусе?

Эти мысли омрачали радость от осознания того, что мы по-прежнему вместе, и возможно у нас вскоре появится лялька. Ну и, конечно же, я едва ли не через каждые пару минут обновляла почту, проверяя не пришли ли результаты анализов.

Они пришли! Словно издеваясь сначала не те, которых я ждала больше всего, а потом… Потом, я не веря своему счастью невольно расплылась в улыбке, чем немало озадачила коллег.

Теперь все мои мысли занимал лишь один вопрос: обрадуется ли этой новости Антон? А если нет, значит, не судьба. От ребенка не откажусь. Ещё позавчера утром и думать ни о чем таком не думала, а теперь именно зарождающаяся во мне жизнь стала самым важным.

К вечеру эйфория немного улеглась. Поспособствовал этому и судя по всему рано проснувшийся токсикоз. Посвященный восьмому марта корпоратив превратился для меня в пытку. Проводился он в форме фуршета, на фоне которого выступали приглашенные певцы, руководство толкало поздравительные речи, проводились какие-то конкурсы, и просто включалась музыка для танцев. Каждый второй норовил предложить мне выпить, а потом с наигранным пониманием разводил руками, мол, прости, забыл о твоём особом положении. А учитывая витающие по залу ароматы еды, положение моё было отнюдь не завидным. Я с завидной регулярностью зеленела и неслась прочь, спеша в объятия белого фаянсового друга.