Красавец и скромница - Индия Грэй

Она наклонилась, пропустила между пальцами нежную головку цветка, вдыхая его запах и стараясь не прислушиваться к разговору Лоренцо, доносящемуся из кухни. Сара не понимала ни слова, но любила сам звук его низкого хрипловатого голоса. Когда он говорил по-итальянски, получалось так эротично… Но сейчас избыточная чувственность, скорее всего, объяснялась тем, что он говорит с Тией де Лукой — женщиной, которую по-прежнему любит, как и половина мужского населения планеты. Наконец в потоке речи она узнала слово «Венеция» и подумала, что бывшие супруги обсуждают планы воссоединения, скорую встречу в романтическом городе.

Сердце сжалось от боли. Она повернулась и пошла прочь от дома по траве, не разбирая дороги. Если Тиа де Лука вернется в Кастеллацио, она вряд ли потерпит тут Сару с Лотти. Им придется уехать. Но она с радостью смирится, если это принесет счастье Лоренцо и в его потухших глазах снова загорится огонь. Ему больше не нужно будет работать по четырнадцать часов в сутки, чтобы забыть о своем одиночестве. Сара много знала об одиночестве и не желала его никому, особенно Лоренцо. Как друг, она желала ему только самого лучшего. Любви, которой он заслуживал.

Сара резко остановилась; ноги сами принесли ее в заветное место. В закатных лучах солнца перед ней возник маленький храм. Она вошла внутрь, и воспоминания той волшебной ночи нахлынули снова. Здесь, рядом с сильным, уверенным в себе мужчиной, она впервые почувствовала себя защищенной: он словно снял с ее плеч груз ответственности, который она несла всю жизнь. Он выслушал ее и понял, а потом баюкал в объятиях и гладил по голове, пока она не заснула.

А потом случилось то, что до сих пор ее беспокоило. Он отнес ее в постель и снял с нее платье… Она проснулась в белье. В лифчике. Уродливые утягиваюшие панталоны она сняла раньше, еще в разгар свадебного приема. Мысль, что он мог увидеть ее в старушечьем трико, была неприятной. Зато от мысли, что он видел ее совсем голой, возникало ощущение, что вся итальянская жара сосредоточилась у нее в животе. Спасаясь от стыда и вожделения, Сара обняла холодную колонну…

— Вот вы где. — Через лужайку к ней шел Лоренцо. В одной руке бутылка вина, в другой небрежно зажатые между пальцев два бокала. Сара поспешно отлепилась от колонны и постаралась прочитать выражение его лица: усталое, сосредоточенное. Он не походил на человека, готовящегося к романтическому воссоединению с бывшей женой.

— Мне надо поговорить с вами, — сказал он, поднимаясь по ступенькам.

Сара похолодела. Почему-то в этот момент она пожалела, что не подкрасилась и на ней все та же розовая льняная рубашка. Привезенный с собой комплект одежды, рассчитанный на четыре дня свадебных торжеств, сослужил хорошую службу, но очень надоел. Перед глазами на мгновение возник образ Тии де Луки в шелковом кафтане.

Лоренцо поставил бокалы на скамью в то же место, где они стояли в прошлый раз. Когда он наклонил голову, Сара заметила седые пряди на его висках. У нее защемило в груди.

— Лотти заснула? — спросил он.

— Да, наконец-то. Они с Дино задумали провести ночь в палатке в саду. Альфредо обещал им ужин из жаренных на огне сосисок и мороженого. Лупо, разумеется, возглавляет список приглашенных. Но я сказала, что должна сначала спросить разрешения у вас.

— Думаю, меня можно будет уговорить, — он сухо улыбнулся, — если вы исполните мою просьбу.

«Господи, сейчас попросит меня покинуть его дом до конца недели», — с замиранием сердца подумала Сара.

— Хорошо, — переведя дух, ответила она. — Но давайте вернемся в палаццо. Я не хочу надолго оставлять Лотти спать одну в доме.

«А еще я хочу быть уверенной, что, если начну рыдать, мне будет легко найти повод убежать наверх — проведать дочь или взять шаль, например», — подумала Сара. К тому же ей не хотелось выслушивать неприятные новости в этом месте, с которым у нее связаны такие волшебные воспоминания.

Они направились к дому. Шагая рядом с Лоренцо, Сара чувствовала себя почти миниатюрной — не только из-за его высокого роста и широких плеч, но от исходившей от него силы. В лучах заката палаццо напоминало древнюю фреску, видение земного рая, не изменившееся за столетия. От этого Сара еще сильнее переживала боль предстоящей разлуки, но вдруг коротко рассмеялась:

— Лотти была права, когда сказала, что это лучшее место на земле.

— Она была права, когда сказала, что оно слишком велико для одного человека.

Лоренцо поставил бокалы на маленький антикварный столик с облупившейся краской. Сара поднялась наверх, посмотреть, не проснулась ли Лотти. На секунду ей пришла мысль покрасить губы и ресницы. «Зачем? — подумала она. — Как будто что-то можно изменить».

Лоренцо ждал ее на скамейке возле дома.

— Все в порядке? — спросил он.

— Она спит, — ответила Сара.

Лоренцо неожиданно подумал, что они могли быть семейной парой, обсуждающей своего ребенка.

— Хорошо, — задумчиво проговорил он и после паузы продолжил: — Хочу попросить вас об услуге, но я пойму, если вы откажете. — На мгновение его мысли перескочили на другой вопрос, который он давно должен был задать: согласие на экранизацию. Подготовительный этап шел успешно, настолько успешно, что это радовало и пугало Лоренцо. Скоро он заговорит с Сарой об этом, но сначала ему надо все подготовить. — Звонила Тиа. — Он крутил в пальцах бокал с вином. Занятый своими мыслями, он не замечал, с каким несчастным видом Сара слушает его. — Она напомнила о Венеции. Я старался не думать об этом, поскольку, кроме неприятностей, мне эта поездка ничего не сулит.

— Каких неприятностей? — Сара готовилась к худшему.

— Кинофестиваль, на котором состоится премьера фильма «Вокруг Солнца». Она Хотела убедиться, что я приеду, чтобы стать свидетелем ее триумфа.

— Триумфа? — Сара немного расслабилась.

— Шума в прессе. — Он тяжело вздохнул. — Интерес журналистов будет направлен на нее, Рикардо и мою реакцию на их союз. Вряд ли кто-то серьезно будет обсуждать фильм. Один-ноль в пользу Тии.

— Они все еще вместе?

— Да. — Стараясь скрыть жесткие нотки в голосе, он сделал большой глоток вина. — Не думаю, что мое присутствие отвлечет внимание прессы от семейной драмы в пользу фильма, но, безусловно, пикантность ситуации пропадет, если я буду не один. — Он поставил бокал на стол и запустил пальцы в волосы. — Дорогая Сара, вы понимаете, к чему я клоню?

— Вы хотите, чтобы я поехала с вами? — уточнила Сара после паузы.

— Я готов услышать ваше обычное «нет» и вовсе не желаю ставить вас в неловкое положение, но обещаю, что сделаю все возможное…

Облегчение, которое испытала Сара, заставило ее поторопиться с ответом:

— Я поеду с вами.

— Не ожидал, что вы так быстро согласитесь, — суховато заметил Лоренцо.

Сара сделала большой глоток из бокала и чуть не поперхнулась.

— Что ж, вы не единственный, кто хотел бы свести счеты, — заговорила она, отдышавшись. — Пусть Руперт увидит меня на красной дорожке Венецианского кинофестиваля под руку с самым… известным итальянским режиссером. — Сара покраснела сильнее обычного. Она всегда краснела, когда ей приходилось врать, а в данном случае Руперт не имел никакого отношения к ее решению. Но самое главное — она чуть не проговорилась: она собиралась сказать «под руку с самым сексапильным итальянским режиссером». Она заторопилась: — Он, наверное, думает, что я до сих пор сижу в своей маленькой мрачной квартирке в Лондоне с коробкой салфеток и пачкой печенья, оплакивая разлуку с ним.