Удачная сделка - Мэри Джо Патни

Салли вынуждена была признать: если бы подобная улыбка была адресована ей, то она, наверное, забыла бы о многочисленных недостатках этой аристократки.

Леди Джослин взглянула на каминные часы:

— Уже довольно поздно. Разрешите мне предложить вам экипаж, чтобы вы могли доехать домой. Или желаете остаться на ночь, мисс Ланкастер?

Вспомнив о своей грубости, Салли отказалась:

— В этом нет нужды. Доктор Кинлок говорит, что Дэвид будет спать всю ночь. И Морган остался, чтобы за ним следить. Я пешком дойду до дома Лонстонов. Это недалеко, и еще не стемнело.

Салли на время забыла о своих воспитанниках, но теперь вдруг поняла: ей необходимо позаботиться о том, чтобы Лонстоны по-прежнему были ею довольны. Леди Джослин наверняка откажется от своих финансовых обязательств, раз она не овдовеет. Впрочем, деньги теперь не имели значения — жизнь Дэвида была дороже любых денег.

Бросив взгляд на Салли, Кинлок сказал:

— Мы будем счастливы воспользоваться вашим любезным предложением, леди Джослин. Я прослежу, чтобы мисс Ланкастер благополучно добралась домой. Если вы прикажете подать карету, то мы сразу поедем.

— Но в этом нет нужды, — пробормотала Салли.

Но леди Джослин уже распорядилась, чтобы подали экипаж.

Хирург негромко засмеялся:

— А мне кажется, есть нужда в экипаже. Как часто вы пьете бренди?

— Почти никогда, — призналась Салли. — Но я совершенно не опьянела!

Сделав столь решительное заявление, она тотчас же икнула.

Весело сверкнув глазами, Кинлок взял ее под руку и вывел к карете. Забравшись в экипаж, Салли с удовольствием откинулась на мягкое бархатное сиденье. У нее почему-то кружилась голова, и к тому же ее одолевал смех. Как странно!

Впоследствии Салли не могла вспомнить, о чем они разговаривали во время этой недолгой поездки, возможно, они просто молчали. Но она прекрасно помнила: неподалеку от дома Лонстонов Кинлок указал кучеру на небольшую таверну и велел остановиться.

Салли в изумлении уставилась на шотландца — ведь им следовало проехать еще два квартала.

— Но мы еще не приехали — воскликнула она. Доктор взял ее за руку, чтобы помочь выбраться из кареты.

— Да, но в этой таверне прекрасно готовят, и я намерен позаботиться о том, чтобы перед возвращением домой вы поели. В противном случае ваши хозяева уволят вас за пьянство, а виноват буду я.

Кинлок, конечно же, шутил, но Салли оскорбилась:

— Я не пьяна! Только… только немного весела. И есть мне не хочется.

Кинлок улыбнулся.

— Возможно, вы действительно не голодны, зато я ужасно проголодался Может быть, вы посидите со мной, чтобы мне не есть в одиночестве?

При такой постановке вопроса Салли отказаться не могла. К тому же в следующее мгновение она вдруг почувствовала, что прямо-таки умирает от голода.

Таверна оказалась чистой и опрятной, и, судя по всему, здесь действительно прекрасно готовили. Хозяин встретил Кинлока как друга и усадил доктора и его спутницу в темном тихом уголке. Несколько минут спустя Салли принялась с жадностью поглощать хлеб с сыром, горячий пирог с мясом и луком и персиковый пудинг. Утолив голод, она выпила крепкого кофе. Наконец, отставив чашку, проговорила:

— Мне очень неприятно, что я оказалась для вас такой обузой, доктор Кинлок. Наверное, я была немного пьяна и только сейчас это поняла.

Шотландец улыбнулся и несколькими точными движениями разрезал яблоко, лежавшее на столе.

— Да, разумеется. Бренди на пустой желудок, как правило, оказывает именно такое действие.

Салли откинулась на высокую спинку дубовой скамьи и с облегчением вздохнула.

— Кажется, я досыта не ела с того дня, как увидела список раненных при Ватерлоо.

Весна казалась бесконечно долгой: Англия ждала битвы с Корсиканцем, каким-то чудом вернувшись с Эльбы, он получил поддержку многих французов. Салли прочитывала все газеты, с жадностью выискивая самые последние новости. Возможно, у нее было предчувствие.. Во всяком случае, в те годы, когда Дэвид воевал на Апеннинском полуострове, она никогда так не тревожилась. Получив же известие о том, что он тяжело ранен при Ватерлоо, Салли не удивилась. Она была потрясена и смертельно испугана — но не удивлена. А потом началось ожидание…

Напомнив себе, что все это теперь в прошлом, Салли сказала:

— Мне очень стыдно из-за того, что вы взяли на себя заботу обо мне, вам придется идти домой пешком. А ведь вы могли уехать в карете леди Джослин. Вы живете неподалеку от больницы?

— Нет. Я живу в нескольких кварталах отсюда, на Харли-стрит. А в этом заведении часто ужинаю. — Кинлок провел пальцем по лужице эля, образовавшейся на столе. — А не могли бы вы подробнее рассказать о венчании вашего брата? Похоже, это довольно необычная сделка…

Салли объяснила, в чем заключался интерес леди Джослин и как именно Дэвид стал ее мужем. На сей раз она рассказала все, что знала сама. Хотя в ее устах эта история звучала довольно странно, хирург не выказал никаких признаков удивления. Видимо, Йен Кинлок был из тех, кого трудно чем-либо удивить.

Выслушав рассказ Салли, шотландец пробормотал:

— Бедняжка… Неудивительно, что вы с ней не поладили. Ведь у вас с леди Джослин совершенно разные интересы.

— И можно ли обвинять меня за то, что я заподозрила ее?..

— Глупости, моя милая. Вы ведь вовсе не считаете, что она может убить вашего брата. — Кинлок усмехнулся. — Неужели вы не заметили, какое у нее было лицо, когда она подумала, что он умер?

— Кажется, она действительно огорчилась, — признала Салли. — Возможно, она боялась, что смерть в доме расстроит прислугу.

— А может, ваш брат ей понравился — пусть даже она не собиралась оставаться его женой? Что ж, очень любопытно… Забавно будет посмотреть, как эта парочка решит свои проблемы.

Салли передернула плечами — шутка доктора пришлась ей не по душе.

— Мне бы очень не хотелось, чтобы леди Джослин осталась женой моего брата. Более высокомерной женщины я в жизни не встречала.

— Леди Джослин не так уж плоха. Хотя она аристократка. — Покончив с первым яблоком, доктор разрезал второе. — Откровенно говоря, она просто очаровательная женщина.

Салли благоразумно воздержалась от комментариев. Было очевидно, что по поводу леди Джослин они вряд ли придут к, единому мнению. Немного подумав, она заговорила о политике:

— Судя по всему, вы радикал, не так ли?

— Если радикал — это тот, кто презирает лентяев, людей, не сделавших для окружающих ничего полезного, то, наверное, я действительно радикал. Ведь есть женщины, которые тратят на один наряд столько денег, сколько многие семьи тратят за год. И есть мужчины, которые считают спортом убийство беззащитных животных и проигрывают в карты целые состояния. — Доктор весело улыбнулся. — Я всегда считал, что охота была бы более справедливой, если бы лисам и фазанам давали оружие, чтобы они могли отстреливаться.