Опасное влечение - Бренда Джойс

Понедельник, 20 января 1902 года, 11 час. 30 мин. утра

Сравните нервную систему лягушки и человека.

Франческа знала ответ на вопрос пятого экзаменационного билета. Она сидела за партой. Бет Брук, ее соседка, отсутствовала, и Франческа надеялась, что та принесет справку от врача, иначе ей грозят серьезные неприятности. Франческа начала писать, но вдруг остановилась и задумалась.

«Первая подсказка — Муравьи, вторая подсказка — Пчелы».

Залитый солнечным светом класс был просторным помещением в кирпичном здании, построенном в прошлом году. Колледж занимал большую территорию и состоял из библиотеки, административного здания и этого зала. Все студенты жили за пределами колледжа, большинство — дома.

Франческа смотрела на танцующие в воздухе пылинки. Выкупа так и не потребовали, и при мысли об этом ее сердце наполнялось ужасом. Она чувствовала себя совершенно разбитой.

Что же происходит? Кто ведет игру с Бартонами? Что, если выкуп не входит в планы похитителей? Но какова же цель похищения?

Брэгг спрашивал, есть ли у Роберта Бартона враги. Франческу начинало трясти, когда она вспоминала свой вчерашний визит в дом Бартонов.

Неужели только вчера стало известно о похищении Джонни? Казалось, это произошло несколько недель назад.

— Мисс Кахилл!

Франческа, вздрогнув, подняла глаза на женщину-профессора, что была немногим старше ее самой.

— У вас сложности с ответом на билет? — спросила профессор Уоллис. Это была невысокая женщина заурядной внешности с суровым лицом, оживлявшимся лишь тогда, когда она читала лекции по своему любимому предмету — биологии.

— Нет, все в порядке. — Франческа улыбнулась, покачав головой, и принялась отвечать на вопрос. Вчера вечером она занималась допоздна и, к счастью, знала материал. Вот только чувствовала она себя очень усталой, утром проспала и едва не опоздала в колледж.

Первая подсказка — Муравьи… Муравьи очень трудолюбивы. Они строят муравейники, живут и ползают в подземных ходах. Их встретишь повсюду: в скалах, в поле и в лесу. Бандит хочет направить их в подземный ход? Или же в поле, в лес? Да и вообще, собирается ли он их куда-нибудь направлять?

Или взять вторую подсказку: «Пчелы». Пчелы тоже заняты делом, они целыми днями трудятся, чтобы отложить мед. А руководит ими пчелиная матка. Франческа отложила карандаш. Ничего путного ей в голову не приходило. Да и есть ли тут логическая связь?

Муравьи и пчелы трудолюбивы и работящи, рассуждала она. Трудолюбивых людей полно в Нью-Йорке, особенно в деловом центре, где были сосредоточены офисы, как на Уоллстрит. Но как отыскать Джонни в деловом центре?

Франческа потерла виски. Горы, поля… Она вдруг замерла и затаила дыхание.

Поля… рабочие пчелы… Она встала.

— Мисс Кахилл, вы закончили?

Но Франческа не слышала профессора Уоллис. Лужайка за домом Бартонов было строительной площадкой. Некий адвокат строил там новый дом, и вплоть до субботнего снегопада бригада рабочих закладывала фундамент и возводила каркас дома.

Муравьи и пчелы живут на цветущих лугах. Прошлым летом лужайку покрывали полевые цветы, а сейчас по ней снуют торопливые рабочие.

— Мисс Кахилл!

Франческа снова села. Что, если она права и похититель посылает их на эту лужайку?

Этот экзамен дался Франческе с большим трудом.

Она не была уверена в своей правоте. В Нью-Йорке полно свободных строительных площадок, и похититель мог выбрать любую. По дороге домой Франческа терзалась сомнениями.

Но вот и конверт, он белел, прибитый гвоздями к деревянной балке, которая поднималась над бетонным фундаментом на лужайке за домом Бартонов.

Франческа стояла по колено в снегу, кутаясь в шубу, и смотрела на конверт широко открытыми глазами. Ей удалось найти разгадку!

Конверт был здесь уже давно и успел даже примерзнуть к дереву.

Франческа рванулась вперед и поскользнулась, ступив на фундамент. Она сбросила муфту, сняла перчатки и очень осторожно отодрала конверт от балки.

Когда конверт оказался у нее в руках, она увидела замерзшую кровь.

К горлу подступила тошнота. Франческа вскрыла конверт негнущимися, замерзшими пальцами и извлекла листок с застывшей на нем кровью.

«Третья подсказка — Домик».

Вбежав в дом, Франческа бросилась в кабинет к телефону. Конверт на глазах оттаивал и становился липким. Дрожащими руками Франческа сняла трубку.

— Комиссара полиции, — лаконично сказала она телефонистке.

Она представила себе, как удивится Брзгг, узнав о третьем письме.

Ожидая, когда к телефону подойдет Брэгг, Франческа не спускала глаз с конверта. На ее пальцах и на письме запеклась кровь. Ей показалось, что весь листок был буквально пропитан кровью. Девушка почувствовала, что ее подташнивает.

— Комиссар завтракает, — сообщили ей на другом конце провода.

— Завтракает! — возмущенно воскликнула Франческа.

— Кто говорит? — сурово спросили ее.

— Франческа Кахилл. Где он? — не отступала она.

— Он в отеле на Пятой авеню, — ответил полицейский. — Вы оставите для него сообщение?

— Когда он вернется? — Франческа уставилась на окровавленный конверт, чувствуя, что к ее глазам подступают слезы. Как может Брэгг сейчас есть? Мыслимо ли это?

Неужели это кровь Джонни?

О Боже! Жив ли он?

— Он только что уехал, — сообщил полицейский.

Франческа повесила трубку.

— Проклятие! — хрипло выругалась она, но уже через минуту разговаривала с портье отеля. — Простите, комиссар Брэгг завтракает у вас. У меня дело чрезвычайной важности, и я должна с ним переговорить.

— Попробуем его найти, — ответил портье. — Как ваше имя, мисс? У вас все в порядке?

— Разумеется, нет! — крикнула Франческа. — Пожалуйста, позовите Брэгга к телефону!

Она не могла оставаться на месте, но короткий телефонный шнур не позволял ей расхаживать по комнате. Ей оставалось лишь тяжело дышать и переминаться с ноги на ногу. Почему последняя записка вся в крови?

Прошло не менее четверти часа, и вдруг она услышала:

— Брэгг у телефона. Кто говорит?

— Это Франческа. Я нашла еще одну записку! — крикнула она в трубку.

После короткого молчания Брэгг спросил:

— Где вы?

— У себя дома.

— Никуда не уходите. Я скоро буду.

Франческа мерила шагами комнату почти полчаса, когда наконец увидела подъезжающий автомобиль Брэгга. Она испытала невероятное облегчение и распахнула дверь еще до того, как комиссар вышел из машины.