Уроки плейбоя - Мелани Милберн

— Карантин? Это значит, что мы не можем покидать наши комнаты?

— Да. — Лукка по недавно появившейся привычке провел рукой по волосам. А еще он начал часто хмуриться. — Они хотят удержать вирус под контролем — если это он.

— Боже, неудивительно, что ты выглядел как привидение той ночью. А я-то думала, ты сам виноват.

Лукка оценивающе посмотрел на нее:

— Я осведомлен о своей репутации, но никогда не позволяю себе выйти из-под контроля. Я знаю свои рамки и не перехожу их, в отличие от кое-кого, чье имя мы не будем называть.

— Нет смысла все время говорить об этом. Я не знала, что третья порция так ударит мне в голову. По крайней мере, не произошло ничего плохого, могло быть хуже. Ты мог бы сделать фотографии меня в нижнем белье… — Лотти прищурила глаза. — Ты ведь этого не сделал?

— За кого ты меня принимаешь? — Лукка нахмурился.

Лотти слегка пожала плечами:

— Кто знает, до чего ты мог дойти, пока я была не в себе. Ты снял с меня платье.

Лукка снова провел по волосам и лицу и измученно вздохнул:

— У тебя заклинило молнию. Ты вышла из ванной с платьем вокруг бедер, и я его расстегнул, после чего ты отправилась в постель и тут же отключилась.

— Я ведь не говорила и не делала ничего неприличного? — Лотти закусила губу.

Лукка саркастически изогнул бровь.

— Имеешь в виду ту часть, когда ты рассказывала, как хороша в имитировании оргазма?

— Я не говорила этого!

— Говорила.

Лотти покраснела до корней волос.

— Ты придумываешь, чтобы подразнить меня. — Уж лучше так, слишком ужасна была альтернатива.

— А еще ты отлично притворялась по уши влюбленной в меня. — В его глазах читалось удовольствие.

Лотти попыталась усмехнуться, но не очень-то убедительно.

— Ха-ха. Очень смешно. Как будто такое вообще возможно. Да никто и на секунду бы не поверил.

— Да? А знаешь что? Весь мир считает, что ты в меня влюблена.

Лотти забыла об остальном мире. Ее мир сузился до четырех стен отеля «Чатсфилд» в Монте-Карло, в которых они находились с Луккой, этого тайного мира, где ей удалось увидеть ту часть его личности, которую больше никто не видел, — уязвимую, талантливую, добрую, заботливую, галантную.

— Может быть, но они точно так же считают, что ты в меня влюблен. Я первая, с кем ты провел больше одной ночи, а точнее, уже три. Для плейбоя это все равно что жениться, правда?

Лукка моргнул:

— Буду признателен, если ты воздержишься от этого слова в моем присутствии. Меня сразу начинает тошнить.

Лотти нахмурилась:

— А что ты имеешь против брака? Я знаю, у твоих родителей был не очень успешный брак, но многим людям удается жить счастливо. Почему бы тебе не стать одним из них?

— Нет.

— Почему?

— Мне станет скучно уже через неделю после церемонии.

— Нет, если ты женишься на женщине, которую будешь считать равной себе в интеллектуальном плане. Неудивительно, что тебе скучно с теми, кто вьется вокруг тебя, ведь они тебя не знают. Они просто хотят переспать с тобой, чтобы потом хвастаться направо и налево. Вопрос не в тебе как человеке, для них это просто секс с богатым горячим парнем.

— Спасибо, что подвела итог моей сексуальной жизни.

— Не за что.

Большую часть дня Лотти не видела Лукку, он ушел в номер и, наверное, принимал душ, брился и делал все, что делают мужчины после ночи, проведенной в кресле, наблюдая за тем, как отсыпается пьяная девушка. Но ближе к восьми вечера она почувствовала беспокойство. Ей казалось нечестным, что весь мир читает о ее интрижке с самым знаменитым плейбоем, тогда как вышеупомянутый плейбой избегает ее. Раз уж они вместе застряли в отеле «Чатсфилд» в Монте-Карло, то должны быть… вместе. Хотя бы какое-то время. Решив так, Лотти постучала в дверь:

— Лукка?

— Уходи.

Девушка нахмурилась: