У Ромео нет сердца - Лена Петсон

* * *

— Блин, ты всегда так будешь заканчивать наши разговоры? — он хохочет.

— Блин, а ты всегда так с девушками общаешься, через блин! — я тоже решаю повеселиться, он впервые перезванивает мне сразу после моей истерики, и это забавляет.

— Извини, моя прекрасная неженка.

— Откуда ты знаешь, что я прекрасная? — я хочу попытаться понять по ответу или по его интонации, знакомы ли мы…

Но он хитрит:

— Звезды не так близки друг к другу, как кажется.

— Что?

— Ну, ты же хотела узнать, знакомы ли мы… вот я и даю тебе подсказку…

— Ааа… так это какая-то цитата, да?

— Типа того. Ты домой-то собираешься?

— Уже иду…

— Тогда возьми меня с собой.

Ночь стоит тихая. Звезды словно спустились с неба и украсили дома. Водитель такси выбрал красивый маршрут. Мы едем по набережным. Огни города отражаются в воде, мерцают и не дают мне сосредоточиться на грустных мыслях. Я уже протрезвела. Смотрю в окно, говорю, слушаю — и чувствую, как новый, свежий ветер врывается в мою жизнь. Мы говорим долго: о том, что в нашем понимании — зло, а что — добро; о планах на жизнь, даже о том, о чем я еще ни разу не думала. Я делаю это без всякой цели и получаю от этого удовольствие. Иногда он пытается спорить со мной, и я возражаю. Так мы развлекаемся… и мне это очень-очень нравится…

— Цыц, детка!

— О да! Молчу, молчу…

Он говорит то шепотом — и мне приходится вслушиваться в каждый звук его глубокого, бархатистого голоса, то очень громко, чтобы перекричать уличный шум, — и я зажмуриваюсь от нашей близости. Мысленно я чувствую его рядом — и это пробуждает во мне странное ощущение. Мне кажется, что этот разговор перевернет всю мою жизнь.

— Интересно, а как ты выглядишь?

— А мне это неинтересно, — смеется он, а потом добавляет: — Как я выгляжу…

— Изверг! Ты изверг и садист! — хохочу я. — Не издевайся над бедной девочкой. Опиши себя.

— У меня синие-синие глаза, изогнутые брови, такой же изогнутый нос, длинные белые волосы и борода до подбородка…

— Хорош издеваться! — я растягиваю слова, чтобы продемонстрировать свою девичью обиду.

— Ну, я злобный страшный карлик. Запомни это. Когда ты встретишь меня, то точно узнаешь! А если серьезно — разве так уж важно, как парень выглядит?

— Красота привлекает, но она же и отталкивает, — говорю я.

— Интересная мысль. Это как?

— Забудь. Я часто все усложняю. Не бери в голову.

— И все же?

— Ну, я как девочка рассуждаю… у вас, мальчиков, наверное, по-другому. Допустим, красивый мальчик привлекает внимание девочек, но ведь не каждая девочка готова хотя бы заговорить с ним, понимаешь? А если не говорить друг с другом, как друг друга узнать, как понять, действительно ли этот мальчик хорош? Или он просто — картинка и ничего более… как-то так.

— Теперь понятно. А если я страшный и отпугиваю всех, то мне остается только девчонкам названивать и раскрывать свою душу инкогнито, да? — он смеется.

— Слушай, ты так часто говоришь слово «страшный», что я уже боюсь.

— Не бойся. Я мысленно с тобой и защищу тебя даже от самого себя.

Подходя к подъезду, я жалею о том, что так быстро добралась до дома. Мне хочется обмануть и его, и себя — и наматывать круги вокруг дома до утра, чтобы наш разговор длился и длился…. Однако я не делаю этого, потому что форсирование событий обычно приводит к скорому и печальному финалу. Я же хочу, чтобы наш телефонный роман продолжался бесконечно…

— Ну, что… я пришла. Пока-пока?

— Ага, пока-пока. То есть на сегодня пока, а завтра, надеюсь, что-нибудь придумаем.

Уже половина первого: и мама, и Димка давно спят. Я тихо пробираюсь в свою комнату и падаю на кровать. Распластавшись в постели, я еще долго не могу уснуть, наслаждаясь своими новыми чувствами и с удивлением думая о том, как мало, оказывается, мне надо, чтобы забыть о Марке… Я строю новые планы, избегая даже мимолетного воспоминания о нем. И все же допускаю мысль, что все эти звонки могут быть лишь банальным розыгрышем. Я встаю, подхожу к окну, смотрю на сверкающее звездами небо и придумываю план, который позволит это проверить…

* * *

Меня будит свет. За окном уже давно рассвело, но вдобавок прямо в лицо навязчиво светит раскаленная лампа. Забыв ее выключить, я проспала больше десяти часов. В голове монотонно шумит. Это вчерашние слезы все еще напоминают о себе. Волнение, как и спиртное, на следующий день всегда трансформируется в головную боль. Мне нужно научиться меньше думать, хоть на какое-то время.

Минут через десять звонит телефон. Сначала я просто смотрю на него, слушая его неприятное повизгивание. Не хочу, очень не хочу отвечать на звонок, но почему-то делаю это…

— Ну, привет, красавица!

Что бы это значило? Голос Ирины звучит слишком игриво. Да и не в ее правилах звонить таким, как я, к тому же еще и по утрам. Марк?

— Здравствуйте, — отвечаю я.

— Как ты? Слышала, что вчера все неплохо повеселились…

«Все — это мы с Марком?» — спрашиваю я себя, а вслух произношу:

— Спасибо, все хорошо.

— Ты сейчас одна? Никуда не спешишь? Есть время?

— Есть, — отвечаю я, и мне становится страшно.

— Хочу рассказать тебе сказку про одного моего знакомого. Скажем, про Брэда Питта. Назовем его так, — начинает она. — История эта о том, как одна женщина соблазнила мужчину, этого самого Брэда Питта, только молодого.

Она делает небольшую паузу, а потом продолжает:

— История, которую я хочу тебе рассказать, произошла в конце августа, когда уже не изнываешь от жары, а просто наслаждаешься летом. Именно в это время очень популярны вечеринки под открытым небом. Ты бывала на таких? Если нет, то скоро побываешь. Смысл всех этих мероприятий сложно уловить, да и неважно это, на них просто напиваются… Итак, он молод, красив, даже зверски красив… Она — яркая, сексуальная и бесшабашная.

Мне кажется, я уже понимаю, к чему она клонит, но у меня нет выбора, кроме как слушать и молчать. А она продолжает:

— И вот среди пьяных лиц, веселых глаз и белозубых улыбок он встретил ее. Зрелую, стильную, состоятельную. Женщину, с которой был знаком больше десятка лет. Но если раньше она была для него лишь взрослой тетенькой, то теперь он посмотрел на нее другими глазами. На ней было узкое черное платье с вырезом, которое едва скрывало ее новую грудь. В ее длинных пальцах дымилась сигарета, она посмотрела на него так, что он сразу понял, как и что она хочет с ним сделать…

— Как у вас все складно получается, — успеваю сказать я, но она меня не слышит и продолжает: