Нежнее чем шелк - Эмералд Бакли

– Что… что случилось?

Он повернулся к ней лицом.

– Это ведь не то, чего ты хотела. Ты что, уже забыла? Тебе не нужен старый добрый секс. Тебе нужен мед. – Он произнес это слово как ругательство и прошел в кухню.

Ванесса, часто дыша, приподнялась на локте. К ее возбуждению добавилась паника.

– Что ты собираешься делать?

Генри вернулся с пластиковой бутылкой, на этикетке которой был изображен медведь. Он подошел к кровати и выдавил тягучую струю меда на живот Ванессы и на темный треугольник между ногами.

– Пожалуйста, вот тебе твой чертов мед.

– Прекрати. – Ванесса беспорядочно двигала в воздухе руками, пытаясь защитить тело от густой липкой жидкости. – Ты пугаешь меня. Перестань.

Генри замер, закрыл глаза и сделал несколько глубоких вдохов, чтобы справиться с раздражением. Ванесса увидела, как напряжение начало постепенно отпускать его. Она протянула руку и забрала у Генри бутылку с медом. С чем он так упорно борется? И почему? – спрашивала она себя.

– Генри, ты?..

– Прости, Ванесса. Извини. Мне почему-то это трудно сделать. – Он снова глубоко вздохнул. – Я сожалею, что напугал тебя. Не знаю, что на меня нашло. Я бы никогда не обидел тебя, ты понимаешь?

Она кивнула, немного оправившись от страха и шока. Ванесса не понимала, что сейчас произошло, почему Генри настойчиво сдерживал свои сексуальные желания, – ведь он явно хотел ее, это было очевидно. Но Ванесса не сомневалась, что он действительно не причинил бы ей никакого вреда, ему просто надо было разрядиться на чем-то, спустить пар. И еще она поняла, что злость Генри была направлена не на нее, а на самого себя.

Ну а то, что в процессе его разрядки она чуть не получила инфаркт, в счет не шло.

Генри посмотрел ей в глаза, и взгляд его был озабоченным и виноватым.

– Как ты?

– Понервничала немного. – Ванесса посмотрела на мед и страдальчески поморщилась. – И к тому же я липкая.

Генри собрал рукой мед с ее живота и поднес к своему рту.

– Липкая, но сладкая. Хочешь принять душ? Я подожду.

– Хорошо.

Ванесса осторожно встала и поспешила в ванную, чтобы не испачкать медом восточные коврики Джулии. И чтобы не расплакаться при Генри от рухнувших надежд и разочарования. Какая-то часть Ванессы все еще хотела, чтобы он лежал на ней и делал то, что делают мужчины и женщины со дня сотворения мира. Так что в конце концов очень хорошо, что Генри, снова превратившись в неврастеника, подавил ее желание в зародыше.

По сравнению с другими мужчинами, которых Ванесса знала, он вел себя более напряженно и страстно. Генри или полностью контролировал себя, или вдруг, когда выдержка изменяла ему, становился неуправляемым и возбуждающим. У Ванессы было ощущение, что он редко терял контроль над собой. Что-то, очевидно, подействовало на него и хорошенько встряхнуло. Может быть, он не привык к таким женщинам, как она. Не знал, как вести себя с ней – по-отечески или как равный сексуальный партнер. Возможно, ему больше понятны женщины с пышной грудью и узкими бедрами.

– Ванесса? – услышала она, когда стояла уже на пороге ванной.

Она обернулась. Генри быстро подошел к ней, наклонился и приник к губам в нежном долгом поцелуе.

– Не торопись, – сказал он, отстранившись.

Ванесса кивнула, закрыла дверь и прислонилась к ней спиной, переживая заново этот поцелуй. У нее было ощущение, что она только что пережила какой-то странный ураган. Шторм, затишье, потом опять шторм, закончившийся новой тишиной. Но после поцелуя тишина была наполнена опасной теплотой и неопределенностью, которые заставляли ее нервничать.

Ванесса встала под душ. Быстро ополоснувшись, она закуталась в голубое полотенце Джулии, поставив себе на заметку забрать его вместе с постельным бельем домой и постирать.

Из комнаты донесся какой-то скрип. Ванесса застыла. Что там делает Генри?

Скрип не повторился, однако наступившая тишина не успокоила Ванессу. Она открыла кран, чтобы Генри не догадался, что она подслушивает. Может, у нее началась паранойя? Все эти странные шумы, доносившиеся из комнаты, наверняка имеют простое, разумное объяснение.

Но нельзя исключать и вариант, что Генри сбежал из психушки. Или что он жулик. Интуитивно Ванесса доверяла ему, но что она знала о нем? Всегда хочется думать, что могут обмануть других, но только не тебя. Правда, Ванесса всегда чувствовала, когда человек гнилой изнутри, и до сих пор ни разу не ошибалась. Но, опять же, многие, наверное, могут сказать то же самое о себе.

Ванесса выключила воду и взялась за ручку двери ванной. Это действительно смешно. Генри, видимо, передвинул стул с одного места на другое, и ножки царапнули по паркету. У нее слишком богатое воображение. Она бесшумно открыла дверь, выждала секунду, высунула голову и остолбенела.

Генри стоял перед комодом Джулии и тщательно обследовал содержимое ящиков. Ванесса зажмурилась. Господи, только бы он не искал какое-нибудь кружевное белье, чтобы взять домой и натянуть его на себя! Даже развратная девица из притона имеет свои принципы.

Словно услышав ее мысли, Генри повернул голову, и их глаза встретились. Ванесса вошла в комнату, чувствуя себя на удивление спокойной.

– Что ты делаешь? – спросила она.

Генри озорно улыбнулся и показал ей белье из атласа и кружев.

– Ищу вдохновение. В красном ты выглядела потрясающе, но меня не очень возбуждает стиль современного женского белья. У Джулии, кажется, неплохой вкус, и она обладает богатой коллекцией всевозможных стилей.

– О! – выдохнула Ванесса, чувствуя легкое разочарование.

Очевидно, путешествие в мир эротики, показавшееся ей захватывающим, для Генри не было достаточно таинственным и не потрясло его. В результате у Ванессы разгулялось воображение, обогатившись разного рода опасными, волнующими и абсолютно нелепыми вариантами. Чему в немалой степени способствовали и надуманные предположения Элис.

С чем она останется, если Генри отвергнет все эти варианты, вот в чем проблема. Со странным желанием, которое Ванесса ощутила, когда он рассказывал ей о своей жизни, и с не менее странным чувством, которое у нее возникало, когда он целовал ее, как ей казалось, по-настоящему?

И если предположить хотя бы на мгновение, что такой мужчина, как Генри, может испытывать столь же странные желания и чувства по отношению к такой женщине, как она, Ванесса, то из всех возможных вариантов получится самый опасный.