Сердце и душа - Мейв Бинчи

— Тогда вам скоро придется бросить работу, Хилари, — тихо сказал Деклан.

— Нет-нет. Нас спасает мой сын, Ник. Он проводит много времени дома. Он пишет музыку — и присматривает за бабушкой.

Деклан подумал, что не слишком-то хорошо Ник за ней присматривает, если пожилая дама оказалась в саду в ночной рубашке. Но, как обычно готовый помочь, он согласился посидеть за столом Хилари во время обеденного перерыва, отвечая на звонки.

Фиона собиралась вечером на девичник, так что Деклан ужинал дома с родителями. Его мама старательно изобразила изумление, увидев его. Он терпеливо выслушал, как Молли рада, что сегодня он удостоил их своим вниманием. В конце концов, она выставила на стол румяный мясной пирог с почками.

— Твоя юная леди способна испечь такой пирог? — спросила Молли.

— Ты прекрасно знаешь, что нет, мама.

— Ты собираешься когда-нибудь показать ее нам?

Вот он, долгожданный шанс.

— Я с удовольствием приглашу ее на ужин, мама. Может, ты испечешь такой пирог.

— Пирог я печь не буду. Если в этот дом придут гости, я приготовлю настоящее жаркое, — сказала Молли.

— Может, сразу договоримся когда? — попросил Деклан.

— Когда твой отец покрасит стены, — сказала Молли.

— Какое совпадение. Я как раз собирался заняться этим в выходные, — сказал Пэдди Кэрролл. Он смотрел на Молли с такой же любовью, как в тот первый вечер на танцах, когда впервые увидел на девушку в белой блузке и красной бархатной юбке.

Два дня они расчищали комнату и три часа выбирали краску. Пэдди подумывал о белой магнолии, Молли заинтересовал зеленый лайм, а Деклану очень понравилось персиковая “золотая осень”.

Наконец была назначена дата, и Деклан пригласил Фиону.

— Конечно, — ответила она, словно он не сказал ничего необычного. — С удовольствием, Деклан. Спасибо тебе — и твоей маме.

— Она придет от тебя в восторг, — сказал он неуверенно.

— То есть я лучше, чем твоя бывшая?

— У меня не было бывшей. Во всяком случае, никаких бывших я не знакомил с родителями, — взволнованно уточнил он.

— Уверена, у тебя девушки по всему дому, — весело сказала Фиона. — Что же мне ей подарить? Моей маме так понравилась орхидея.

— Может, коробку печенья? — Деклан глубоко задумался. Есть ли на свете такой подарок, который Фиона может принести и который мама не раскритикует? Маловероятно.

Во время дежурного обхода Джуди Мерфи удивила Деклана, рассказав, что подрабатывает бухгалтером в “Квентинз”. Раз в неделю она считает для них НДС. Так вот, ей рассказали, что приятный молодой доктор, как две капли воды похожий на врача, гулявшего с ее собаками, ужинал там со светловолосой красавицей.

— Это наша общая знакомая? — Джуди кивнула головой в сторону Фионы.

— Да, она. Но откуда вы знаете?

— Да все уже знают.

— Боже! — встревожился Деклан.

— Ей повезло, — искренне сказала Джуди.

Барбара собиралась поехать на свадьбу в Килкенни и там заночевать. Она дважды напомнила об этом Деклану, на случай, если он не понял с первого раза. Фиона разговаривала с Ларом.

— У тебя есть минутка? — спросил Деклан.

— Конечно, — сказала она энергично.

Они вышли из кабинета.

— Спасибо, — поблагодарила его Фиона. — Предполагается, что я должна знать четыре главных города штата Теннесси. А я ни одного не могу вспомнить. Нет ли там совершенно случайно какого-нибудь Теннесси Сити?

— Не думаю, но там есть Мемфис, Чаттануга и Нашвилл, — перечислил он.

— Еще один, Деклан, пожалуйста.

— А Ноксвилл не там?

— Я тебя люблю, — сказала Фиона в ответ и чмокнула его в нос.

— Подожди! — Он поймал ее за руку. — Минутку! Я хотел спросить, Фиона, раз Барбары не будет всю ночь, может, я… ну… может, я останусь у тебя?

— Я уж думала, ты никогда не спросишь, — сказала она и отправилась отчитываться Лару о городах штата Теннесси. Она измерила ему давление и заверила, что он вполне может прожить достаточно, чтобы увидеть все четыре города собственными глазами — если будет меньше тратить на лошадей и больше откладывать на поездки.

Деклан отправился звонить родителям. Им он сказал, что сегодня ночью дежурит. Вот так все и произошло…

Сначала оба нервно перешучивались, как бы откладывая момент икс. В конце концов Фиона сделала первый шаг.

— Можем взять вино и бокалы в спальню, — предложила она.

Ночь прошла прекрасно. Фиона заснула у него на груди. Деклан лежал и думал, что счастье, испытанное им в поезде из Голуэя, было лишь слабым предвестником настоящего.

Они проснулись поздно и с трудом втиснулись в автобус. Казалось, все в клинике знают, что произошло этой ночью. Конечно, это было невозможно, но даже если бы и так, Деклан не чувствовал ни малейшего смущения, скорее даже гордость. А через два дня он познакомит Фиону с родителями, приведет ее на улицу Сент-Иарлат. Разве могло теперь хоть что-то пойти не так?

Молли сделала новую завивку по поводу торжественного события и сто раз напомнила Пэдди, что ему придется ужинать в костюме и при галстуке. Она погладила столовые салфетки, подаренные им еще на свадьбу и с тех пор, кажется, ни разу не извлекавшиеся из сундука.

Охранник Тим предложил Деклану одолжить на несколько дней машину.

— Она застрахована? — спросил Деклан и тут же устыдился своей вечной осторожности.

— Конечно. Будешь ездить по моей страховке — я выпишу доверенность. И честно сказать, не думаю, что ты такой уж лихач! — рассмеялся Тим.

Деклан отрепетировал поездку, чтобы не выглядеть полным новичком. Фиона в торжественный день сделала прическу и принесла на работу нарядную одежду. Кремовое шелковое платье и жакет — ее лучший костюм. Возможно, она будет выглядеть чересчур элегантно. Это маме тоже не понравится.

Дома вымыли и причесали Димплза — и запретили ему сидеть на любимом стуле. Другу отца, Матти Скарлету, велели не заходить и не приглашать Пэдди выпить. Мама Деклана накрасила губы уже к завтраку. Она сказала, что решила попрактиковаться заранее, так как обычно не позволяет себе подобного. Деклан хотел прижать ее к себе, погладить по новой завивке и рассказать, что она чудесная, что он любит ее, что никогда не бросит их с отцом, но, конечно, ничего подобного не сделал, только расплылся в глуповатой улыбке и сказал, что вечер будет просто чудесным.

Казалось, рабочий день никогда не кончится. У Бобби Уолша болело в груди, но его жена сказала, что он не ляжет в одну палату с людьми со всей страны и бог знает какими еще иностранцами. Что бы ни тревожило мистера Уолша сейчас, выпишут его с чем-нибудь гораздо, гораздо более ужасным.