Репетиция конца света - Елена Арсеньева

– Ну, пошел, что ли? – не тоспросил, не то приказал Поляков, и Зернов выбрался из машины, скинув форменнуюкуртку и оставив на сиденье фуражку. Набросил простенький плащик и побрел костановке, как будто не было у него в жизни других забот, как только дожидатьсяздесь скрипящего, одышливо пыхтящего, вонючего автобуса номер восемнадцатьсообщением Доскино—Нижний.

Он поднял воротник плаща, упрятал голову вплечи, а сам так и зыркал глазами в сторону цыганского дома и «Опеля».Побаивался, что джинсовый парень вдруг оглянется, просечет неладное или заметитмилицейскую «волжанку», притулившуюся за кустами.

Но парень, судя по всему, и не помышлял обопасности: завернул за угол дома, побыл там, а потом появился, поправляя что-тов кармане куртки. Заспешил к «Опелю».

– Ага! – отчетливо произнес голосПолякова в кармане плаща, где лежал радиотелефон, и Зернов ринулся через дорогук джинсовому парню.

Тот какое-то время растерянно смотрел набегущего к нему мужчину в длинном плаще, явно не видя в нем опасности, однако вэто мгновение белая с синей полосой «Волга» вывернулась из-за кустов, да ещеПоляков включил мигалку и сирену, так что даже недоумок догадался бы, что влип.

Парень какое-то мгновение перебирал на местеногами, потом наконец-то сорвался в бег, однако, как это частенько бывало, самвид милицейской машины, а главное – звук сирены, похоже, вышибли из него всякоесоображение, так что ринулся он не к машине, а прочь, куда-то в чисто поле, вбуераки-реки-раки, ломанул, словом, куда глаза глядят, но очень скороспоткнулся на кочках, среди которых возвышалась цыганская обитель, и уткнулсяносом в землю.

Тут-то Зернов и насел на него. Навалилсясверху, споро заломил за спину руку, в которой было что-то стиснуто. Не успелпарень выбросить покупку, вот повезло! Зернов с силой надавил на его запястье –незадачливый нарк взвизгнул от боли и разжал пальцы. Зернов не удержался отсмешка: это был презерватив, набитый беленьким порошочком. Презерватив... Нашлив чем добро продавать. Вот уж правда что – голь на выдумку хитра!

Сзади запыхтел толстяк Поляков:

– Взял? Ты его взял?

– А то, – сказал Зернов, поднимаясьи вздергивая с земли безвольную добычу. Просто удивительно, что делает страх слюдьми. Довольно высокий парень, крепкий такой, спортивный, кулаки нормальные,а болтается, как тряпичная кукла, будто вовсе костей и мышц в нем не осталось,одна обвисшая джинса.

Он не сделал ни малейшей попыткисопротивляться, когда Зернов, где пинками, где волоком, пригнал его к «Волге»,затолкал на заднее сиденье и надел наручники.

Глаза у парня – кстати, не такого уж дитятималого, на вид ему дашь за тридцать! – были совершенно бессмысленные,залитые страхом. Два темных пятна на бледном лице. Он затравленно глядел то нахмурого, узколицего Зернова, у которого по жизни был злобный, всем недовольныйвид, то на приземистого, широкогрудого Полякова, напоминающегопрофессионального тестомеса с простодушной физиономией недоразвитого ребенка.

– Гони в отделение, – самым суровымголосом приказал Зернов, сбрасывая плащ, сослуживший такую хорошую службу, инадевая форменную куртку. – Поздновато уже, конечно, но допроситьмальчонку успеем.

– Пожалуйста, не... не надо вотделение, – выдохнул «мальчонка» таким трясущимся голосом, что, и неглядя на него, было понятно: добыча едва сдерживает слезы. – Пожалуйста...может, договоримся, а? Я... я вас умоляю!

Зернов и бровью не повел, ну а откровенный и,чего греха таить, глуповатый Поляков громко, с явным облегчением перевел дух.

Итак, не зря они сегодня приехали в Ольгино!Рыбка заглотила наживку и сейчас начнет метать икру!

***

Всем известно: женщины – существа весьмастранные, и какая-либо логика им чужда. Любой нормальный человек с этомсогласится сразу. Вот возьмем, к примеру, Алену Ярушкину, которую бросил муж.Бросил, по его собственному признанию, в том числе и потому, что она чрезмерномного времени уделяла заботам о своей фигуре. Шейпингу и танцам. И он ревновалжену ко всем мужчинам, ради которых она старается выглядеть молодой и красивой.

Нет сомнений в том, что Алена страстно мечталао возвращении мужа, готова была ради этого на все. Что делает в таком случаенормальная жена? Конечно же, устраняет из своей жизни то, что вызывалоконкретное неудовольствие обожаемого супруга. В первую очередь – бросаетшейпинг и танцевалку. Однако эта странная особа, три дня назад предававшаясяжуткому, самоубийственному отчаянию, то есть хладнокровно перебиравшая способы,с помощью которых она сведет счеты с жизнью, мало того, что изменила мужу сослучайным мужиком, – она, лишь только кончились праздничные выходные,кинулась на этот дурацкий шейпинг! А вечером собирается пойти в клуб Домасвязи, где у нее назначен урок танцев...

И если приключение в СВ мужчина еще может как-топонять, ибо секс, конечно, самое сильное средство для разрядки в критическойситуации, то поход в шейпинг-зал будет носить для него несомненно маниакальныйхарактер. Или эта дамочка решила еще немножко позаниматься, а расплеваться сувлечением потом, когда вернется муж? И далее предаваться шейпингу как тайномупороку? Украдкой?

Так далеко – за десятое января – Алена незаглядывала. К тому же десятого Михаил всего лишь вернется в Москву. А когдасоизволит появиться в Нижнем... если вообще соизволит!..

И что должна в это время делать Алена? Сидетьу компьютера, лихорадочно строча романчик (сроки поджимают, деньги кончаются, ажить – пока ведь она решила еще немножко пожить, чтобы дождаться мужа! –на что-то надо). К тому же за эти невероятно тяжелые дни и мучительные ночи вней вызрело, вернее, выплавилось некое новое сознание: она должна была себе –себе, никому другому! – доказать, что может . Что именно? Да все! Кпримеру, писать весело, иронично, с юмором, когда глаза беспрестанно набухаютслезами и приходится надевать очки-хамелеоны, чтобы скрыть набрякшие веки. Онане станет метаться «меж чахи и ляхи», не ведая, куда себя девать, она неопустится, не растолстеет, подобно бесчисленному множеству своих сверстниц, неподсядет на «естественные транквилизаторы» типа сладкого, алкоголя или курева.Она не перестанет бегать на шейп, на танцевалку и в косметический салон. Онапродержится до возвращения мужа и встретит его во всеоружии своей женской силы.Она...