Власть женщины - Кристи Голд

– Тебе также может показаться, будто я эгоистичен. – Он вздохнул: – Может быть, так и есть. Но я узнал – жизнь не выдерживает никаких гарантий. Времени, которое у нас есть, совсем мало. Но в настоящий момент побыть вместе хоть немного – это все, что у нас есть.

Да, времени у них мало. Как только их роман закончится, если вообще начнется всерьез, они вернутся к своим жизням, как было больше десяти лет назад…

Рафик взял ее руки, перевернул их ладонями вверх и нежным поцелуем прижался к одному шраму на запястье, затем к другому:

– Если ты решишь присоединиться ко мне сегодня вечером, обещаю тебе свое безраздельное внимание. И… весь контроль за происходящим передаю тебе.

И Рафик вышел за дверь, оставив Мейзу думать над его словами.

Рафик Мехди был не тем человеком, который отказывается от контроля над обстановкой, причем в любых обстоятельствах. Он все еще являлся тем мужчиной, которого она знала давно. И все-таки под властной наружностью скрывалась нежность. Он продемонстрировал это несколько мгновений назад.

Что, если она снова займется с ним любовью? И сможет ли она уйти, как если бы между ними ничего не существовало? По этой извилистой дорожке судьбы Мейза путешествовала и прежде. В тот раз она выжила. Поэтому определенно выживет и сейчас.

Мейза Барад не позволит ни одному мужчине, даже тому, которого она всегда любила, снова сломить ее.

Рафик всегда был решительным, когда дело доходило до исполнения долга. Но и когда дело доходило до занятий любовью, он вел себя так же. Он всегда был ведущим, а не ведомым. Отказываться от такой власти он не станет ни за что… Но было одно исключение – он отойдет на второй план, если Мейза приедет к нему.

Она позвонила ему полчаса назад, чтобы предупредить, что она выехала.

Рафик мерил шагами пол, пока ждал. Всякие мысли лезли в голову. Может, она передумала?

Согласно его плану, Рафик надел на себя только халат.

Наконец Мейза вошла, неся коричневый бумажный пакет. Как только она увидела Рафика, тут же остановилась. Вцепившись в пакет, она прочистила горло:

– Кажется, у тебя закончилась чистая одежда.

– У меня еще есть. Я решил подождать, чтобы принять душ после твоего приезда.

Выражение растерянности на ее лице свидетельствовало – она поняла, что он предлагал.

– Я принесла тебе ужин из греческого ресторана. Мейза в легком желтом платье, с низким вырезом, подействовала на Рафика возбуждающе:

– Ты будешь ужинать со мной? Она покачала головой:

– Нет, я поздно обедала.

– Я тоже. Так что можешь поставить пакет подальше, я разогрею ужин позже, в микроволновке.

– Ты умеешь пользоваться микроволновкой?

– У меня два диплома. Неужели мне не определить, какую кнопку нажимать?

– Не стану настаивать, – глухо произнесла Мейза. – Я поставлю еду в холодильник.

– А я отправлюсь в душ. – Рафик без предупреждения снял халат и положил его на диван. – Можешь присоединиться ко мне.

Он ожидал, что Мейза запротестует или даже выйдет за дверь. Вместо этого она уставилась на его тело. Рафик отреагировал на это как мужчина, особенно мужчина в присутствии женщины, которую отчаянно желал.

Мейза покраснела, когда опустила глаза ниже.

– Вижу, твое состояние не улучшилось.

– Да, мне по-прежнему нужно лечение. После твоего тяжелого рабочего дня ты готова осмотреть меня?

– Ты к этому готов. – Она подняла взгляд и улыбнулась. На ее щеках появились ямочки – еще одно убийственном средство в ее женском арсенале. – Может быть, позже я и осмотрю тебя. А пока предлагаю принять душ.

– Ты присоединишься ко мне? – Он был удивлен настойчивостью в своем голосе, как и Мейза.

– Может быть, но сначала я должна позвонить пациенту.

Ее профессия, казалось, беззастенчиво крала у них время.

– Тебе нужно будет поехать к нему?

– Я не узнаю, пока не поговорю с ним. Рафик склонил голову и сузил глаза:

– Это действительно пациент или… тайный любовник?

Мейза округлила глаза:

– Это семидесятилетний фермер с простудой. Сомневаюсь, что его пятидесятилетняя жена одобрит, если у него появится любовница. Причем учти, один любовник в одно и то же время – это максимум, на что я способна.

Обещание в ее словах и глазах подняло дух Рафика:

– Тогда я буду в душе – ожидать, когда ты сможешь ко мне присоединиться.

Собрав силы, Рафик повернулся, хотя ему хотелось уложить Мейзу на диван и сорвать с нее одежду. Он пересек просторную спальню и вошел в ванную комнату, которая действительно подошла бы королю. Ванная, отделанная камнем, была очень просторной и хорошо оборудованной.

Включив воду, он встал под струи и попытался восстановить контроль над собой. Оставалось лишь надеяться, что Мейзе никуда не придется ехать.

Прошло несколько минут. Рафик наконец смог успокоиться. Мейза все не приходила, и он уже начал предполагать, что она, возможно, передумала…

– А вот и доктор! – раздался ее голос.

При виде Мейзы, абсолютно обнаженной и выглядевшей расслабленной, его с таким трудом восстановленный контроль разбился на мелкие кусочки. Он никогда не видел Мейзу полностью обнаженной, даже в юности, когда они встречались под покровом темноты. Теперь она стояла под ярким светом, он наконец мог ее разглядеть – полные груди со светло-коричневыми сосками, распущенные густые волосы и треугольник волос внизу живота…

Когда она шагнула в душ, Рафик только сейчас понял, какой нечеловеческой воли ему будет стоить его самоконтроль.

Мейза шагнула под струи воды и закрыла глаза. Рафик смотрел на нее, за тем, как она моет свою грудь и живот. Он хотел коснуться ее, поцеловать, вывести из-под душа, смахнуть влагу с ее тела. Но он обещал держать себя под контролем. Поэтому у него не было другого шанса, как ждать, пока она сама не прильнет к нему.

Мейза смыла гель со своего тела, откинула волосы назад и приблизилась к нему. Но когда Рафик потянулся к ней, она сделала шаг назад:

– Прежде чем мы продолжим, я хочу обрисовать другие правила.

Он не смог скрыть своей досады:

– Другие правила?

– На данный момент, – кивнула она. – Первое, не касаться меня, пока я не дам тебе разрешения.

– Это неприемлемо! – в отчаянии возразил Рафик. Мейза подняла руку, призывая его к молчанию:

– Не забывай, контроль над ситуацией принадлежит мне, как ты сам и предложил.

Рафик не забыл, хотя в данную минуту очень сожалел об этом:

– Продолжай.

– Следующее правило – ты не можешь меня целовать, по крайней мере не сейчас.