Козырной туз - Барбара Мецгер

Когда он пришел в себя во второй раз, то увидел знакомую фигуру. Его камердинер Стивз сидел на стуле возле его кровати.

– Стивз! – радостно воскликнул Кард и не узнал собственный голос, таким он стал хриплым. – Я знал, что ты приедешь, старина.

Стивз тут же вскочил и поднес к пересохшим губам Алекса стакан воды. Он давно ждал, когда его дорогой хозяин очнется. Вот уже четыре часа он не отходил от кровати больного. Пока граф пил, его верный и старый слуга откашлялся, чтобы не выдать переполнявших его чувств, и сказал:

– Конечно, я приехал. Где же мне быть, как не рядом с вашим сиятельством? Разумеется, если бы вы подождали экипаж, как я вам советовал, и не срывались с места…

Выпив полстакана воды, Алекс сказал:

– Да, старина, ты, как всегда, прав. Как мои дела?

– Ну что? Ваши ботинки в ужасном состоянии. Сюртук выбросили, но он у вас не последний.

– Не мели чепухи! Что у меня сломано?

– Ребра. Сомневаюсь, что местные доктора умеют считать. Откуда им знать, сколько ребер у вас сломано? Возможно, с головой тоже не все ладно, но я уже всем сказал, что вы никогда не отличались здравомыслием.

Кард застонал.

Стивз снова поднес к его губам стакан с водой. Сделав глоток, Алекс спросил:

– Что еще?

– Ноги-то двигаются?

Алекс пошевелил пальцами ног, затем согнул колени. Здоровой рукой ощупал ноги под одеялом.

– Все на месте и превосходно функционирует.

– Прекрасно. Если у вас не случится лихорадки, внутреннего кровотечения, хандры и сердечной недостаточности, вы скоро поправитесь. Хотя полностью здорового человека днем с огнем не сыщешь!

Алекс пропустил колкости слуги мимо ушей.

– Если со мной все хорошо, тогда почему мне так больно?

– Потому что мне дано приказание не давать вам настойку опия, пока не выяснится, что у вас нет сотрясения мозга. А теперь скажите мне, сколько пальцев я сейчас поднял? Только быстро!

– Разрази тебя гром, да я и тебя-то с трудом могу разглядеть, не то что твои чертовы пальцы!

Стивз надел на графа очки.

– Ну что, так лучше?

– Намного. И ты не поднял ни одного пальца, жалкий очковтиратель. Как насчет стаканчика бренди?

– Бренди врач не прописывал. – Стивз подмешал несколько капель настойки опия в стакан с лимонадом. Он ни на минуту не умолкал, излагая свои обиды и жалобы, а также собственное мнение по всевозможным вопросам, зная, что у него не будет такой возможности ни когда лорд Кард заснет, ни когда снова будет на ногах. – Ничего этого вам не потребовалось бы, если бы вы не сорвались с места словно ошпаренный. Если бы дали вашим людям хотя бы день на сборы, к вашим услугам были бы ваши собственные лошади. Ваш секретарь заранее известил бы о вашем приезде жителей этого дома, которые сами пришли бы к вам в гостиницу, и вам не пришлось бы ехать на первой попавшейся лошади.

– Черт побери, лошадь тут ни при чем. Это гусь во всем виноват!

– Хотите сказать, что вы приехали сюда верхом на гусе? – Услышав про гуся, Стивз насторожился и отставил в сторону стакан с лимонадом и настойкой опия. – Может быть, стоит подождать денек, прежде чем давать вам настойку?..

– Да не ехал я верхом на проклятом гусе! Просто он испугал мою лошадь.

– И милорд упал? – Стивз размешал напиток. – Когда с вами был я, вы не падали вниз головой.

Разумеется, Алекс падал. И не раз. Просто не считал нужным говорить об этом своему камердинеру, чтобы не выслушивать его нравоучений. Стивз был добрым малым, верным и преданным другом, но слишком заботливым и чопорным до мозга костей. Если слуга начинал разговор со слова «милорд», Алекс знал, что ему предстоит выслушать длинную нудную проповедь, и всячески старался улизнуть, прежде чем Стивз разразится тирадой. Тем не менее камердинер всегда оказывался прав. Кард поступил опрометчиво и теперь расплачивается за свое легкомыслие.

– Я не падал с лошади, Стивз. Я стоял на земле и защищал женщин.

– От гуся?

– Нет, от лошади.

Стивз укоризненно покачал головой:

– Так я и знал, что тут не обошлось без женщин. Как только плечо заживет, милорд сбежит и отсюда. – Он снова покачал головой. – Может быть, в следующий раз, когда вздумаете спасаться бегством, поедете в экипаже?

– Все совсем не так, как было в прошлый раз и как случалось до этого. Кроме того, я никуда не убегал. Просто предпринял стратегически важное отступление.

Стивз презрительно фыркнул.

– Вы бежали, как заяц в первый день охотничьего гона.

– Мисс Слоун не похожа на других женщин: она не хищница.

– Да, девица очень милая и приятная в обращении. Но не забывайте, милорд: мисс Слоун не юная барышня и непонятно на какие средства живет. В вашем положении это очень опасно.

– В каком таком моем положении? Намекаете на то, что я прикован к постели?

– На то, что вы не женаты и вам требуется наследник.

– Готов поручиться, что малышку Нелли не интересует мой кошелек или мой титул. Ты еще скажи, что, желая заманить меня в ловушку, она выдрессировала своего гуся, чтобы он напал на лошадь!

В глазах Стивза промелькнуло недоверие.

– Этого не было, старина. Она даже не знала, что я должен приехать. Не имела представления, кто я такой.

Не знать, что Алекс – лорд Кард, когда вся деревня только и говорила о его приезде? Стивз скептически усмехнулся:

– Может, вы еще скажете, что пожилая леди общается с духами умерших, как говорили о ней в гостинице?

– О да, она в самом деле с ними разговаривает. Я слышал собственными ушами. Вопрос заключается в том, отвечают ли они ей. А малышка Нелли – застенчивая и очень милая девушка. – Возможно, у Алекса и впрямь не все в порядке с головой, потому что образ истошно вопящей мегеры выветрился у него из памяти. – Она не такая хваткая и жадная, как другие женщины.

Стивз вспомнил, как эта застенчивая дамочка, словно генерал, раздавала направо и налево приказания.

– Сколько времени прошло с тех пор, как вы видели «малышку Нелли» в последний раз, милорд? Полагаю, вы обнаружите…

Но Алекс уже ничего не слышал и блаженно улыбался, погружаясь в сладкий сон.

Стивз всерьез задумался, стоит ли распаковывать вещи.

Когда Алекс очнулся в третий раз, боль превратилась в мучительную агонию. Он застонал. Кто-то пытался влить ему в рот отвратительное варево. Вероятно, Стивз.

– Проснитесь и выпейте это, милорд. Это снадобье от лихорадки.

Проснуться и страдать? Нет, уж лучше он будет лежать здесь и ждать смерти. Алекс отвернулся и не стал пить.