Заколдованный круг - Рут Валентайн

Внезапно его осенило:

— Ясно! В доме сегодня был слишком большой переполох, и ты не успела приготовить ужин.

Глаза Мирабел снова превратились в льдинки:

— Что ты хочешь этим сказать? Я просто приготовила ужин.

— Да, но… то есть все очень вкусно, однако… — Пол прочистил горло. — Обычно ты готовишь совсем по-другому.

— С сегодняшнего дня я буду стряпать только так, — медовым голосом заверила его Мирабел.

Пол расхохотался ее шутке, сверкнув белоснежными зубами:

— Что?

Однако Мирабел не разделяла его веселья.

— Поскольку специи, которыми я раньше пользовалась, опасные и неамериканские, — ровным голосом пояснила она.

Почуяв грозу, Пол сразу посерьезнел.

— Какая разница — американские они или нет? Что тебя грызет, Мирабел? — резко спросил он.

Мирабел со стуком опустила на стол вилку:

— Как ты смеешь звонить врачу и проверять, что я делаю, словно я несмышленый младенец?

Пол изумленно уставился на нее:

— Откуда ты знаешь?

Мирабел не ответила, лишь наградила его свирепым взглядом.

— Я просто волновался!

«И на сколько же времени хватит твоей заботы?» — захотелось крикнуть Мирабел. Вглядевшись в зеленые глаза под густыми ресницами, потемневшие от волнения, она вдруг разозлилась:

— Волноваться за меня не твое дело! И нечего звонить моему врачу и задавать вопросы! Моя беременность тебя вообще не касается!

Пола это задело, и, как любой человек, застигнутый врасплох, он взбеленился:

— Это ведь и мой ребенок, знаешь ли! — рявкнул он.

Мирабел вскочила на ноги. А что, если в конце концов он захочет заполучить ребенка, а ее — вышвырнуть? Что она тогда станет делать?

— Это не твой ребенок! Он мой и не имеет никакого отношения к тебе, твоему деду, вашему клану и вашей паршивой династии, или как это у вас там называется?! Господи, я так и знала! Мне бы хотелось засудить «Наше завтра» до полного разорения за то, что они со мной сделали!

Пол же был потрясен вырвавшимися у него словами. О чем он только думал, черт побери? Он вдруг сам себе удивился: зачем было вообще звонить доктору Бакклео. Он поднял обе руки вверх, давая понять, что сдается:

— Хорошо, хорошо! Ты права. Это не мой ребенок. — Слегка успокоившись, но все еще не до конца удовлетворённая, Мирабел снова села. — Просто ты живешь здесь, и, наверное, я не могу не волноваться. К тому же не вижу особого греха в том, что я позвонил Марку. Я знаю его всю жизнь.

— Я уже говорила, что не нуждаюсь в твоем присмотре!

— А может, как раз нуждаешься, Мирабел? Ты отскребала стены в кладовке, а это не самая лучшая мысль, согласна?

— Если бы она не была покрыта таким слоем грязи, словно ее не мыли со времён Всемирного потопа, может, мне и не пришлось бы скрести стены! — съязвила Мирабел. — Как, по-твоему, я могла класть туда продукты? Мы бы попросту отравились!

— Сказала бы, чтобы прислали кого-нибудь из Большого дома — они бы вымыли.

— Я бы не стала просить твоего деда ни за что…

— А мне почему не сказала? Я бы привел тебе подмогу.

— Может, если бы я включила свет в кладовой, прежде чем отправиться за продуктами, то я бы тебя и попросила. Но так уж вышло, что мне было проще самой все сделать.

— Но все же не следовало рисковать здоровьем…

— Ради всего святого, Пол, некоторые женщины работают уборщицами — и ничего, как-то детей вынашивают!

— Марк говорит, что во время первой беременности такими вещами заниматься рискованно.

— Доктор Бакклео не акушер и даже не гинеколог. Он просто терапевт. И я ничуть не перетрудилась, когда мыла кладовку. Я, конечно, не Геракл, но теперь кладовая хоть не похожа на авгиевы конюшни.

— Я инженер, Мирабел, а не специалист по мифологии Древней Греции.

— Да у меня дети в шестом классе знают про подвиги Геракла! — отрезала Мирабел, с облегчением ухватившись за возможность поругаться по более отвлеченному поводу. — Для этого не надо писать диссертацию!

— Как бы то ни было, реки здесь поблизости не наблюдается, так что тебе пришлось бы спустить воду из бассейна, — заметил Пол, из чего следовало, что его замечание насчет Древней Греции было простым очковтирательством. — Где бы ты тогда плавала?

Как по мановению волшебной палочки, гнев Мирабел испарился, и она расхохоталась:

— Извини! Но, честное слово, Пол, постарайся не забывать, что, если бы не ошибка в лаборатории, ты бы ничего не знал о моей беременности, и мне пришлось бы справляться одной. — Хорошо бы и мне самой об этом не забывать, тогда все будет в порядке, мелькнула разумная мысль в мозгу Мирабел.

— Да, но тогда с тобой носился бы весь Форт-Кент, — резонно возразил Пол. — Считай, что я просто заменяю твоих друзей и соседей, так что это просто дружеская забота, ладно?

Мирабел улыбнулась. Он всегда умел найти нужные слова. Почему бы ей действительно не считать его участие дружеской заботой и не ждать чего-то большего?

— Хорошо.

— А теперь, да не обидится на меня повар… — робко начал Пол.

— Да?

— Пойдем куда-нибудь поужинаем, согласна?

Поскольку оба были в повседневной одежде, Пол повез их в ближайшую пиццерию. В ресторане не было свободных мест, только столик на четверых под навесом на улице, но официант, который, здороваясь с Полом, назвал его по имени, небрежно снял со стола табличку «Зарезервировано» и, опустив ее в карман, усадил за него молодых людей.

— Господи, неужели тебя весь город знает? — проворчала Мирабел, берясь за меню.

— Мы учились в одной школе, — запротестовал Пол. — Так что оставь свои параноидальные идеи.

— В муниципальной? А я-то думала, твой дед разрешал тебе учиться только в частных школах.

— Только вначале. К тому времени, когда пришла пора переходить в среднюю, я убедил его, что местная школа дает прекрасные знания и представляет не большую угрозу для моего морального облика, чем частная.

Мирабел покачала головой:

— Ну и ну.

Пол широко улыбнулся и вопросительно посмотрел на нее.

— Думаешь, что, прожив с твоим дедом две недели в одном доме, я не поняла, что никто не способен его ни в чем убедить? — спросила Мирабел. — Рассказывай, как тебе удалось попасть в обычную школу.

Пол кивнул:

— Как только мне исполнилось шестнадцать, я сбежал из частной школы, автостопом добрался до дома и заявил Самому, что либо отправляюсь бродяжничать, либо иду в местную школу. Даже столь влиятельной персоне, как мой дед, не так-то просто получить распоряжение суда на то, чтобы заставить шестнадцатилетнего парня ходить в школу.