Любовь как чудо - Энн Вулф

– Что с вами, Пит? Вы как-то побледнели…

– Да нет, все в порядке, – пробормотал Пит. – Наверное, пересидел за работой. Пожалуй, мне не мешает прогуляться…

– Боюсь, я вряд ли составлю вам компанию, – помрачнел Джонатан. – Мне как-то уютнее в стенах замка…

– Да-да, – бросил Пит, закрыл ноутбук и хотел было выйти из комнаты, но подумал, что будет невежливо вот так оставить гостя, к тому же родственника Триш. – Надеюсь, увидимся за ужином? – спросил он Джонатана.

– Увы, молодой человек, – вздохнул мистер Мэлвик. – Это так же невозможно, как заново родиться.

– То есть? – не понял Пит.

– Я уже много-много лет не ужинаю, не обедаю и не завтракаю…

– Надеюсь, вы шутите? – измученно улыбнулся Пит.

– Боюсь, вы кое-что не поняли, мой друг.

– Что именно?

– Я – Джонатан Мэлвик, муж миссис Лукреции Мэлвик…

– Но разве она замужем? После смерти первого мужа она так и не… – Пит похолодел и запнулся, во все глаза глядя на Джонатана Мэлвика. Теперь-то он вспомнил, где видел эти усы и левую щеку, перечеркнутую шрамом.

– Жаль вас разочаровывать, Пит. Но я – ее первый муж.

Может, не очень прилично было приходить в замок с едва знакомым человеком, но сегодня Триш решила плюнуть на правила приличия. К тому же, соблюди она эти идиотские правила, ей ничего не стоило свернуть впотьмах не на ту дорогу, заблудиться и попасть к черту на рога. Да о чем она! Замок ее тетушек и есть – чертовы рога! Недаром все таксисты наотрез отказались везти ее к замку О’Шей.

– Хотела бы я знать, что запоют эти кретины, когда тетки привлекут в это богом забытое местечко толпу туристов, – возмущенно сказала она Джеку. – Уверена, они подожмут хвосты и будут возить туда всех, как миленькие. Вряд ли администрация города из-за какой-то глупости станет терять такие деньги. Вот увидите, Джек.

– А я и не сомневаюсь. Держитесь за меня, Триш, иначе споткнетесь о камень. Какой же я все-таки идиот, что не взял своего водителя. Тогда не пришлось бы заставлять красивую девушку идти по ужасной дороге. Да еще в такое время!

Время, действительно, было недетским. Триш не сомневалась, что Пит сломал себе голову, думая, что с ней. С одной стороны, ей было стыдно, с другой – она испытывала злорадство. Если бы не его белокурый ангел, она была бы в замке уже давным-давно. И уж точно не стала бы знакомиться с Джеком Конноли…

– Вы любите лошадей, Триш? – поинтересовался Джек, когда они поднялись на холм.

– Честно говоря, не знаю. Мне не часто приходилось сталкиваться с ними. А почему вы спрашиваете?

– Потому что держу лошадей. В моем поместье – оно, кстати, находится в двух часах ходьбы от замка, – конюшня. Если бы вы заинтересовались, я мог бы показать вам ее. И научить вас ездить верхом…

Триш кисло улыбнулась. Она была бы не против. Но как посмотрит на это Пит? О господи, ведь она даже не сказала Джеку, что замужем! Как-то он теперь отнесется к этому известию.

– Видите ли, Джек… – смущенно произнесла она. – Я кое-чего о себе вам не рассказала… Не потому, что скрывала, просто к слову не пришлось. Понимаете, Джек, я замужем…

В темноте Триш не увидела выражения лица Джека, но предположила, что он разочарован. Неудивительно: женщина, которая ведет себя так свободно, будучи замужем, не вызывает у мужчины ничего, кроме презрения. С другой стороны, Триш не сделала и не сказала ничего такого, за что могла бы себя упрекнуть. Если Джек Конноли что-то себе возомнил, это его проблемы.

– А что это меняет? – спросил Джек без тени укора в голосе. – Я не думаю, что катание на лошадях – повод беспокоиться для вашего супруга. В конце концов, вы же не будете сидеть безвылазно в замке О’Шей. Для того чтобы написать статью, вам нужны всесторонние знания о графстве Голуэй, которые я вам с удовольствием предоставлю.

– Будет день, будет пища, Джек, – ответила Триш. И действительно, что такого в конных прогулках? Ей импонировало то, что Джек не испугался того, что она замужем. – Я обещаю, что подумаю над вашим любезным приглашением.

– Вот и славно, – улыбнулся Джек. – А все-таки, что ни говори, замок мрачноватый. Неудивительно, что люди обходят его стороной.

– Вы так и не сказали, что в Блэклейке говорят о моих тетях?

– Ну… Вообще-то я не собираю сплетни, но иногда ко мне заходят гости, которые любят перемыть косточки своим соседям. Ваши тетушки привыкли держаться особняком, вот им и досталось. К тому же они… весьма эксцентричные особы.

– О, этого у них хоть отбавляй. Правда, эксцентричность – еще не признак причастности к темным силам.

– Согласен. Однако в Блэклейке и его окрестностях почему-то считают по-другому. Ходят слухи, что ваши тети всегда наказывают тех, кто с ними скверно обошелся. Вот, например, один молочник, у которого служанка ваших тетушек покупала молоко, якобы окривел на один глаз, потому что однажды продал ей несвежий продукт. А владелец винного погребка, скряга Том Фицпатрик, сломал себе ногу в тот же день, как поругался со слугой ваших тетушек. Слухи часто растут из случайного стечения обстоятельств, как сорняки из необработанной почвы. Слава богу, я – скептик, а потому не верю сплетням местных обывателей. Но, увы, и образумить их тоже не могу.

Возле кустов боярышника, обильно растущих рядом с замком, Триш и Джек наткнулись на Гингему и Циклопа, которые ссорились на совершенно непонятном Триш языке. Увидев племянницу хозяек и ее спутника, слуги смолкли.

– Добрый вечер, Патрик. Добрый вечер, миссис Перкинс, – спокойно поздоровалась Триш, хотя у нее дрожали поджилки всякий раз, когда она видела эту парочку.

– Добрый вечер, мэм, – ответил за двоих Циклоп. – Вас уже хватились. Мистер Макаути собрался на ваши поиски.

– Ну вот, кажется, у вас неприятности, – сочувственно улыбнулся Джек, когда они обогнули кусты боярышника. – Странная парочка эти ваши слуги. Недаром говорят, муж и жена – одна сатана.

– С чего вы взяли, что они – муж и жена? – удивилась Триш.

– Ухватил кусочек их разговора. Я ведь тоже говорю на гэлике.

– Простите?

– Гэлик – это язык, на котором когда-то разговаривали ирландцы. Собственно, они и сейчас на нем разговаривают, но таких меньшинство. Вы встретите людей, говорящих на гэлике, только в отдаленных деревнях. Основной язык ирландцев теперь – английский.

– Вот оно что… – пробормотала Триш. – А я-то думала, на какой тарабарщине они говорят… Теперь все ясно. А парочка действительно странная. Я прозвала их Циклопом и Гингемой.

– Удивительная точность, – восхитился Джек.

– Пит говорит то же самое, – улыбнулась Триш.

– Пит?

– Мой муж. Он писатель. Пишет в модном нынче жанре «фэнтези». Только не для взрослых, а для детей.