Алмазная искра для драконов - Людмила Вовченко

— Часть его искры осталась в тебе.

И теперь… ты тоже связана с Тенью.

* * *

А в глубине пещеры, Таэрон сидел, опустив голову.

Его кожа — покрыта тёмной сеткой, как будто в неё вползли чернила.

Перед ним — Безликая.

— Она предала тебя.

Но я дам тебе новое имя.

Ты станешь Огненным Оракулом. И когда она раскроет сердце — ты сожжёшь её изнутри.

И Таэрон…

улыбнулся.

Глава 31

Глава 31

День начался странно. Воздух дрожал.

Фамильяры не подходили к восточному крылу гнезда.

Там, где до сих пор оставалась глухая скала, веками считавшаяся священной и пустой.

Но сегодня… она дышала.

— Что это? — шепнул Саэль, склонившись к земле.

— Сердце, — прошептала Елена. — Оно… просыпается.

* * *

Они собрались у скалы.

Елена шла первой, кристалл в груди светился, излучая тепло и зов.

Магия потянулась вперёд, как будто узнавала.

И скала раскрылась.

Тонкий резной проход, выложенный старинными плитами с символами алмазных, уходил вглубь, где воздух пах древним сном и воспоминаниями магии.

Они вошли.

Где-то глубоко внутри было дыхание.

Глухое, ровное.

Драконье.

* * *

Зал был огромным.

Сводчатый, с арками, оплетёнными самоцветами.

А в центре — он.

Древний алмазный дракон.

Огромный. Чешуя мерцала, будто сложена из кристаллов.

Крылья — полураскрыты, лапы — сведены в кольцо.

Он спал. Но его искра… чувствовала Елену.

Она подошла.

И положила ладонь на его грудь.

— Проснись, Хранитель. Я — из рода твоего. Я — Искра, вернувшаяся.

Дракон вдохнул.

И глаза его открылись.

— … Наконец.

* * *

Мгновение — и тело начало сжиматься.

И перед ними уже стоял мужчина.

Высокий. Широкоплечий. Волосы — как рассыпавшийся алмаз.

Глаза — сверкающие, с вертикальными зрачками.

Кожа — бледная, с кристаллическими вкраплениями на ключицах и плечах.

Он стоял обнажённый, как первозданная мощь.

Но взгляд — спокоен. Мудр. Глубок, как скала.

— Я — Эл’Харас. Последний хранитель Алмазного Пламени.

Ты — искра рода.

И я знал, что однажды ты придёшь.

— Я пришла, чтобы восстановить род, — сказала Елена. — Но нас атакуют изнутри. Один из моих пал.

— Тогда тебе нужна опора. И… истина.

Он протянул руку.

— Спустись со мной в Зал Памяти. Там ты увидишь всё.

* * *

Спуск шёл под гнездом.

Камни сами расступались.

Фамильяры — не решались войти.

А в глубине — зал, как сердце мира.

Стенки из кристаллов, в которых двигались образы.

Прошлое. Забвение. История.

— Смотри, — сказал Эл’Харас.

И образы вспыхнули.

Великая драконица, похожая на Елену, сражалась с Безликими.

Она принесла в мир первую Искру.

Но предатель — её возлюбленный — отдал свою часть искры в обмен на силу.

И тогда она разделила себя на три:

одну — в магии,

вторую — в памяти,

третью — в теле.

И исчезла.

— Я был её Хранителем.

Я любил её, — сказал Эл’Харас. — И поклялся, что когда она вернётся — я снова буду рядом.

Елена стояла, дрожа.

— Это была… я?

— Отголосок. Но ты — цельная. Когда искры сольются, ты вспомнишь всё.

* * *

Они поднялись, и мужчины стояли, потрясённые.

Каэль — молчал.

Иларис — смотрел с настороженностью.

Реймар — с уважением.

Саэль — как воин на пороге капитуляции.

— Ты… будешь с нами? — спросила Елена.

— Если примешь, — кивнул Эл’Харас. — Я не требую. Я только помню.

Она подошла, коснулась его ладони.

И почувствовала: он — тихо любит её уже много жизней.

— Я принимаю.

Не как воин. А как муж.

* * *

В тот же миг гнездо содрогнулось.

А из западной стены донёсся вой.

Фамильяры заскулили.

И вдруг воздух разорвался криком:

— Я иду!

Я — твоя.

Или — никто не будет.

Третья Искра рвалась к слиянию.

Но теперь…

в круге был ещё один.

Глава 32

Глава 32

Ночь пришла мгновенно. Как отрывок забытого сна.

Тучи собрались над гнездом, словно кто-то выдохнул тьму из недр.

Огни потухли сами собой.

Магия вокруг стала вязкой, будто гнездо оказалось в медленном времени.

— Она здесь, — прошептал Эл’Харас. — Третья.

Зеркала затрещали.

И посреди центрального зала выросла она.

Та, что называла себя Еленой — но с искажением.

Та, в чьих зрачках — пустота.

Та, чьё тело двигалось с плавностью кошки и угрозой клинка.

— Ты собрала круг, — сказала она. — Приняла Хранителя. Забыла меня.

— Я тебя не забыла, — ответила Елена. — Я тебя не помнила. Это ты разорвалась.

— Потому что ты выбросила меня! — крикнула Третья. — Ты отказалась от силы, от ярости, от того, что могла сделать тебя богиней среди смертных!

Каэль сделал шаг вперёд.

— Уходи. Ты — не она. Ты — ошибка.

И тогда Третья улыбнулась.

— Хорошо. Если вы хотите остаться с ней… пусть пройдут Испытание.

Пусть каждый из её мужчин войдёт в Огонь Внутреннего Пламени.

— Я сам это предложу, — произнёс Эл’Харас, шагнув в круг. — Ибо так гласит древнее право рода: только тот, кто пройдёт сквозь огонь собственной души, достоин стоять рядом с Искрой.

* * *

Первым пошёл Саэль.

Пламя взвилось, закрывая его.

Он оказался один, в белой зале.

Вокруг — холод, голос отца:

«Ты слаб. Твоя сила не твоя. Ты тень своего брата.»

Саэль дрожал.

Но прошёл вперёд.

Кровью написал на стене:

'Я — тот, кто остался.

Я — опора, а не копия.'

И пламя приняло его. Он вышел — с глазами в слезах, но стоящим твердо.

* * *

Вторым — Каэль.

Его страх — потеря контроля.

Он оказался в пылающем городе, где его руки… сжигают всё, к чему он прикасается.

— Нет! Я не убийца!

Но голос Искры в нём прошептал:

«Если ты боишься себя — ты уже проиграл.»

И он остановился. Раскрыл ладони.

И позволил огню пройти сквозь него.

Вышел — с обожжёнными руками, но сияющим сердцем.

— Я с тобой, — выдохнул он, глядя на Елену.

* * *

Третьим — Иларис.

Он вошёл в пламя — и оказался в пустоте.

Там не было страха.

Там была тишина.

Голос прошептал:

«Ты боишься… что ты ничего не чувствуешь. Что ты пуст.»

Он закрыл глаза.

И