Земля белых облаков - Сара Ларк

Все семеро на ощупь пробирались по узким темным коридорам, которые располагались в глубине судна и к тому же были забиты взволнованными людьми и их пожитками. Хелен взяла с собой не так уж много вещей, но и от скромной дорожной сумки у девушки постепенно начали затекать руки. Багаж сирот был и того меньшим: в каждом из их узелков лежало лишь нижнее белье и одно сменное платье.

Наконец они нашли каюту, и девочки со вздохом облегчения протиснулись в нее. А вот сама Хелен не очень-то обрадовалась при виде крохотной комнатки, которая должна была на целых три месяца стать их жилищем. Из мебели в низенькой темной каюте был лишь стол, стул и шесть коек, которые, к ужасу Хелен, оказались еще и трехъярусными. А значит, одного спального места не хватало. К счастью, Мэри и Лори привыкли спать вместе. Они сразу же заняли одну из средних коек и крепко прижались друг к другу. Девочки все еще испытывали страх перед морским путешествием, а множество людей и шум на корабле только усилили его.

Хелен же скорее смущал назойливый запах овец, лошадей и других животных, который проникал в каюту с нижней палубы. Именно под ней были расположены временные загоны для овец и свиней, а также стойла для коровы и двух лошадей. Хелен считала такие условия неприемлемыми и собиралась жаловаться. Она приказала девочкам ждать ее в каюте и снова поднялась на палубу. К счастью, на свежий воздух можно было выбраться и более коротким путем, чем тот, по которому они только что пришли: прямо напротив каюты Хелен располагалась лестница, ведущая наверх.

Тем временем матросы успели соорудить широкие сходни, по которым на корабль заводили животных. Однако самих моряков нигде не было видно; в отличие от трапа на другом конце корабля, за этим никто не наблюдал, хотя и здесь на каждом шагу суетились семьи переселенцев, которые втаскивали на борт свои пожитки и со слезами и причитаниями обнимали остающихся в Англии родственников. Давка и шум были невыносимыми.

Но затем толпа отхлынула от сходней, по которым на борт поднимали животных. И вскоре Хелен поняла почему: на корабль заводили двух лошадей, одна из которых была напугана. Невысокий мускулистый мужчина — покрытые синими татуировками руки выдавали в нем моряка — изо всех сил пытался удержать животное на месте. Хелен спросила себя, за какую провинность ему могли поручить такое трудное и чуждое его профессии задание? По тому, как неловко бедняга обращался с сильным вороным жеребцом, было видно, что ему никогда не доводилось иметь дела с лошадьми.

— Ну, иди же, вороной черт! Я не могу ждать здесь вечно! — рычал он на животное, но пользы от этих криков было мало. Жеребец еще сильнее попятился и сердито повел ушами. Похоже, он твердо решил, что его копыто ни за что не ступит на опасно раскачивающиеся доски.

Вторая лошадь, которую вели за первой, показалась Хелен более спокойной. Да и женщина, державшая ее за поводья, казалась куда увереннее моряка. К немалому удивлению Хелен, это была совсем юная хрупкая девушка в элегантном дорожном костюме, которая нетерпеливо переминалась с ноги на ногу возле крепкой гнедой кобылы. Поскольку жеребец, похоже, не собирался продвигаться вперед, девушка решила взять дело в свои руки.

— Так у вас ничего не выйдет, дайте его мне!

Хелен изумленно наблюдала, как незнакомка, недолго думая, передала поводья своей кобылы одному из стоявших за ней пассажиров и сменила матроса. Хелен ждала, что жеребец вырвет поводья из рук юной леди; в конце концов, даже сильный моряк удерживал его с большим трудом. Однако животное тотчас же успокоилось, когда девушка ловким движением укоротила узду и начала ласково с ним разговаривать.

— Ну-ну, Мэдок, всего несколько шагов — и мы уже на борту! Я пойду вперед, а ты — за мной. И даже не пытайся вырываться!

Хелен с затаенным дыханием смотрела, как жеребец ступает за юной леди — с неохотой, но очень грациозно. Девушка хвалила животное и одобрительно похлопывала его по спине, пока они вместе не оказались на твердом полу палубы. Жеребец фыркнул, забрызгав слюной темно-синий бархатный костюм девушки, но она этого, кажется, даже не заметила.

— Ну, где вы там застряли с моей кобылой?! — немного грубовато, как для дамы, крикнула она стоявшему внизу матросу. — Игрэн вам ничего не сделает! Просто ведите ее за собой!

Гнедая кобыла действительно оказалась спокойнее юного жеребца, хотя и она немного приплясывала на ходу. Матрос держал ее поводья за самые концы. При этом у него было лицо человека, поджигающего фитиль динамитного заряда. И все же мужчине удалось завести лошадь на корабль, и теперь Хелен могла обратиться к нему с жалобой, что она и сделала, когда матрос и девушка проводили животных мимо ее каюты.

— Вероятно, здесь нет вашей вины, но кто-то же должен с этим разобраться. Мы не можем жить рядом со стойлами. Запах животных просто невыносим! А что, если они выберутся из трюма? Я не хочу постоянно бояться за наши жизни!

Матрос лишь пожал плечами.

— Ничего не поделаешь, мадам. Таков приказ капитана. Животных нужно перевозить в трюме. А распределение кают всегда происходит одинаково: мужчин селят ближе к носу, семьи — посередине, а женщин — на корме. А поскольку вы здесь единственные женщины, которые путешествуют без сопровождения, поменяться каютами вам не с кем. Придется довольствоваться тем, что есть.

Тяжело дыша, мужчина бросился за кобылой, которая теперь, по всей видимости, спешила догнать свою хозяйку и жеребца. Девушка по очереди завела лошадей в соседние стойла и надежно привязала их там. Когда она снова показалась перед Хелен, ее синий бархатный костюм был весь в сухих травинках и соломинках.

— Ужасно непрактичный материал! — посетовала девушка, пытаясь отряхнуть юбку и рукава костюма, но вскоре бросила эту бесполезную затею и повернулась к Хелен.

— Мне жаль, что животные доставляют вам неудобства. Но подняться наверх они не смогут, сходни сейчас уберут... хотя для самих животных это опаснее. Если корабль начнет тонуть, я не смогу вывести Игрэн из трюма! Но так распорядился капитан. По крайней мере стойла будут каждый день очищать от навоза. А овцы не так уж сильно пахнут, когда у них сухая шерсть. Кроме того, к их запаху постепенно привыкаешь...

— Я никогда не привыкну жить в хлеву! — вздернув подбородок, заявила Хелен.

Девушка в синем костюме рассмеялась.

— А где же ваш пионерский дух? Вы ведь сами решили переехать в колонию, не так ли? Знаете, я бы с радостью поменялась с вами каютой. Но я сплю на самом верху. Мистер Уорден забронировал места в каюте класса люкс. Это все ваши дети?

Она взглянула на девочек, которые благоразумно сидели в каюте, но затем, услышав голос Хелен, осторожно приоткрыли дверь и теперь с любопытством выглядывали в коридор. Смелее всех была Дафна. Она с интересом рассматривала лошадей и элегантную одежду юной леди.

— Нет, конечно, — ответила Хелен. — Я лишь буду присматривать за ними в течение поездки. Они сироты... А это все ваши животные?

Девушка снова засмеялась.

— Нет, только лошади... вернее сказать, одна из лошадей. Жеребец принадлежит мистеру Уордену. Овцы тоже его. Кому принадлежат остальные животные, я не знаю, но стоит выяснить: возможно, коровы доятся, тогда мы будем каждый день поить детей свежим молоком. Мне кажется, это пошло бы им на пользу.