Летние секреты - Барбара Фритти

— Хотела бы я знать. Если и дальше так пойдет, пожалуй, безопасней вернуться на воду… — пошутила она.

— Знаешь, какие кошмары мне снятся уже несколько недель подряд? — с тоской спросила Эшли.

— Мне не снятся. В открытом море не только акулы были основной нашей заботой.

* * *

Кейт вспомнила про акул несколько часов спустя, когда незадолго до закрытия Тайлер вошел в книжный магазин. Темно-синий свитер, надетый на рубашку поло, в точности повторял цвет его глаз. Внешний вид Тайлера должен был располагать к себе, но его манера двигаться, смотреть на нее заставили Кейт вспомнить об опасных хищниках, круживших время от времени близ лодки. Они сопровождали их в течение всего путешествия: подплывали совсем близко, на время исчезали, потом снова всплывали. Никогда нельзя было утверждать, что они ушли. Никогда нельзя было сказать с полной уверенностью, что эти рыбы и другие обитатели моря не нападут, даже если их не провоцировать.

Кейт научилась уважать акул так же, как уважала море. И хотя она слишком плохо знала Тайлера, чтобы испытывать к нему подобные чувства, но у нее было ощущение, что гораздо опаснее его недооценивать.

— Кейт, добрый вечер. Вот я и вернулся, — заявил Тайлер. Глаза его вызывающе блестели, когда он подходил к прилавку.

— Не сомневалась. — Кейт возилась с бухгалтерскими документами. — Что же вам нужно теперь?

— Удовольствие от вашей компании.

— Да-да, конечно, — недоверчиво усмехнулась она. — Думаю, у вас появились дополнительные вопросы.

— Несколько, — подтвердил Тайлер.

— Может быть, я смогу подсказать вам более интересную тему для статьи, чем моя семья, — предложила Кейт.

— Хорошо, давайте. Что, например?

— Микки Дэвис мне рассказывал, что в прошлом году видел русалку у берегов Флориды.

— После того, как много выпил? — спросил Тайлер с иронией. — Хорошая попытка, но я не пишу ни о чем подобном.

Кейт потерла за ухом карандашом, подумала еще секунду.

— Владелец гоночной яхты «Салли МакГи», которая заняла третье место в нашей гонке, только что женился в шестой раз. И представьте себе, его первую, третью и шестую жену зовут Салли.

Тайлер прыснул смехом, но сдержался.

— Вы только что придумали это.

— Это не выдумки, клянусь! Он сказал, что Салли для него счастливое имя.

— Сомневаюсь, если он женился шесть раз.

— Любопытная точка зрения. Почему бы не развить ее? — улыбнулась Кейт.

— Расскажите мне о шторме, — требовательно сказал Тайлер.

Румянец спал с лица Кейт, отчего лоб и скулы показались ему прозрачными.

— О шторме? Вы имеете в виду прошлую ночь? По прогнозам синоптиков, на нас вылилось около месячной нормы осадков.

— Перестаньте юлить, словно морской конек, вы знаете, что я имею в виду. Самый роковой момент гонки — день, когда разыгрался шторм, который едва не отправил всех участников гонки на дно моря.

— Почему вы хотите об этом знать?

— Потому что мне нужно.

— Хорошо. — Кейт помолчала, погрузившись в воспоминания. А потом сказала: — Это было ужасно. Огромные волны, ветры злющие, как монстры. Я не могу найти подходящих слов, чтобы описать, что творилось вокруг. Казалось, на нас надвигается товарный поезд. Но мы боролись — и выстояли. На самом деле больше мне нечего сказать. — А сама подумала: «Или, по крайней мере, ничего другого тебе из меня выудить не удастся».

— Кто-нибудь пострадал?

— Синяки и шишки, не более того.

— Что бы вы делали посреди океана, если бы кто-то оказался ранен? — продолжал расспросы Тайлер.

— У нас была хорошая аптечка, как положено. Папа знает, как оказать первую помощь, достаточную для того, чтобы добраться до ближайшего порта.

— Ваш отец опытный человек. И вы тоже. Я все еще не могу взять в толк, как три юные девушки смогли справиться с лодкой такого размера. Вы что-то не очень похожи на мускулистых амазонок.

— Мы с сестрами хорошо знали морское ремесло. Вы не поверите, конечно, но мы научились плавать тогда же, когда и ходить. Некоторые дела требуют больших физических сил, но мы старались на совесть и справлялись хорошо. Мой отец настоял на том, чтобы мы упражнялись вязать узлы и складывать снаряжение с самого раннего детства. Некоторым детям читают сказки на ночь, а мы тренировались — приседали, отжимались, качали пресс, делали упражнения с отягощениями.

— Похоже на рабство, — заметил Тайлер.

— Ну, папа подбадривал нас как мог, развлекал, когда мы тренировались.

— Чем же?

— Сказками о море, о парусном спорте. В его рассказах всегда были герои — мужественные, решительные, физически и духовно сильные. Они вдохновляли нас. Отец учил, как следует использовать ум и тело, чтобы совершить, казалось бы, невозможное. Именно это мы делали во время гонки и добились восхитительных результатов.

— Слышу нотку гордости в вашем голосе?

Она вздохнула, ей хотелось бы сказать «нет».

— Я думаю, можно себе позволить немного.

Тайлер задумчиво изучал ее.

— У вас с отцом сложные отношения?

— Мягко сказано.

— И никто из вашей семьи с тех пор не участвовал в гонках. Не могу не спросить почему.

— Те одиннадцать месяцев, кажется, промелькнули слишком быстро, вместив столько впечатлений, что хватило бы на целую вечность, не говоря уже о двух годах жизни под парусом до гонки. Одного раза для хрупких девушек вполне достаточно, Тайлер.

— Вы впервые назвали меня по имени. — Он склонил голову. — Пожалуй, мне это нравится. Дает надежду, что мы идем на сближение.

— Ну, я бы на особую доверительность и откровенность на вашем месте не рассчитывала, пока не начну называть тебя Тай.

— Буду иметь в виду. А теперь как насчет ужина?

Кейт отрицательно покачала головой. За пять минут разговора с ним она так завелась, что и думать о еде противно.

— Нет, спасибо.

— Почему?

— Я не хочу обедать с вами, потому что устала с вами говорить. Не хочу притворяться и прятаться и в то же время абсолютно не горю желанием обнаружить неосторожно раскрытую мной информацию опубликованной в каком-то журнале через несколько месяцев.

— Хм… Так значит, не горите… Ну что ж… Сдаюсь! Предлагаю перемирие и торжественно клянусь исключить всякие записи во время нашей приватной беседы, — подняв смиренно руки, предложил Тайлер.

— Я не дурочка. Ни одному профессиональному журналисту не удавалось избежать такого соблазна и сдержать данное обещание, и уж тем более такому, которому удалось взять интервью у Фиделя Кастро.