Невеста кромешника - Лана Ежова

– Богиня, нет…

Чувство нереальности окутало с головой.

Сейчас крышка рассыплется, Эйликс очнется, заявит, что жаждет мою душу, и мы дружно рухнем в пропасть… Не хочу!

Я почти не дышала, но от щели по крышке саркофага все равно побежали разветвления.

Два удара всполошенного сердца – и прозрачное стекло покрылось трещинками, как старец морщинами, а затем и вовсе рассыпалось сверкающей пылью.

Я зажмурилась, ожидая падения на полуобнаженного эмиссара.

Секунда бежала за секундой – и ничего не происходило.

Выровняв дыхание, я открыла глаза.

Мужчина в саркофаге – тоже. Какой страшный контраст: бледная кожа и черные, заполненные мраком глаза… И не понять, кто очнулся. Разумный эмиссар Тьмы или проклятый монстр?

– Вам удобно, леди? – спросил мужчина хрипло.

Кровь стучала в висках. Я висела вниз головой. Он смотрел вверх, лежа на явно мягком ложе, не напрягая шеи. Вместо страха меня накрыло раздражением.

– Какая разница, удобно или нет, если мы вскоре погибнем!

– Погибнем? – эхом отозвался Эйликс.

В сердце шевельнулась глупая надежда. Он спросонья и не злится, что внезапно разбудили. Может, безумие отступило? Как говорится, лег, поспал – и все прошло? Может, он не захочет уничтожать мир?

– У меня было видение: я свалилась на саркофаг – и вы проснулись, – затараторила я быстро. – Затем лианы оборвались – и мы упали в пропасть. Я старалась изменить будущее, очень старалась! Но не вышло!

– Вы провидица, леди? – Эйликс изогнул темную бровь.

Разве это сейчас важно? Раздражение вернулось, заглушив собой надежду.

– Нет, я некромантка с дополнительными дарами, – все же ответила я и уточнила: – Очень слабенькими, но все мои немногочисленные видения сбылись.

Эйликс сел.

В животе у меня похолодело – слишком быстро и плавно он двигался!

После ста лет сна – или сколько он провалялся в саркофаге? – Эйликс в возмутительно прекрасной физической форме, да и душевной тоже. У меня после обычного сна нет настолько ясного взгляда, а здесь не одно десятилетие принудительной отключки. Возникают вопросы, на которые сложно найти ответы не посвященной в дела ордена. Не расспрашивать же самого эмиссара!

А если взглянуть на его внешность? Коротко остриженные, до основания шеи, волосы, а главное, гладковыбритое лицо. Безумцы, одержимые манией убивать, не следят за своим внешним видом. По крайней мере, я таких не встречала. Душевная болезнь обычно сказывалась на всем облике преступника. А может, здесь нет никакой интриги, просто Тьма заботится даже о своих ущербных сыновьях? Поэтому они остаются в прежней форме?

– Вы в порядке, леди? Если не желаете отвечать, пойму, слишком интимная тема.

Интимная?! С трудом сдержала возглас.

– Повторите, пожалуйста, – попросила я. Размышляя о сохранности тела в саркофаге, я прослушала вопрос.

– Какие еще дары у вас, леди?

Обыкновенное слово «леди» кромешник произносил мягко-певуче, будя странные ощущения, словно по моей коже нежно-нежно проводили шелковистым мехом.

– Кайра Кери, – представилась я, нарушая правила этикета.

– Блай Эйликс, – отозвался мужчина.

И подался вперед. Немного. Но я почувствовала теплое дыхание на своих губах.

Щеки запылали, и я вмиг осознала, как неприлично вишу. Пускай на мне брюки и туника прижата кожаной курткой, а все же ситуация смущающая. Если качнусь немного вперед, то смогу коснуться губами подбородка кромешника. Он у него шикарный: красиво очерченный, волевой, с небольшой ямочкой. Тянуло потрогать ее пальцем, чтобы поверить в реальность.

Но я держалась и даже сумела спокойно уточнить:

– Всего два дополнительных слабеньких дара. Если бы не позднее пробуждение некромантии, я стала бы посредственной магичкой земли, специализирующейся на флоре.

Привычная ложь, разбавленная правдой, я и сама в нее в итоге поверила.

А Эйликс – нет.

– Вы не похожи на некромантку, леди Кери.

Неожиданное заявление, пугающее. И я возразила без раздумий:

– Вы просто не видели, как быстро я умею упокоить умертвия! Мой результат лучший среди выпускников за последние десять лет.

Кромешник хмыкнул:

– Обычно некроманты хвалятся тем, как быстро поднимают трупы, а не упокаивают их.

– Обычно, – подчеркнула я слово. – А я необычная некромантка.

– Это точно, леди Кери, вы особенная, – согласился он, и уголок его губ приподнялся.

Не улыбка, лишь ее тень, но и она заставила мое сердце биться быстрее.

Не в силах отвести взгляд я утонула во тьме мужских глаз. Тьма теплая, завораживающая. Она звала, манила, прося довериться.

Я засмотрелась и не сразу ощутила давление на запястье.

Наваждение схлынуло.

Я уставилась на петлю из лианы, затянутую вокруг правого запястья. Дохлый квакус! Что он творит?!

– Что… что вы делаете? – возмутилась, не веря своим глазам.

Невозмутимый Эйликс и на левой моей руке затянул путы из фиолетовой лианы.

Быстрое прикосновение теплых губ к биению пульса на моем запястье – и мужчина отстранился.

– Я рад, что вы существуете, леди, – мягко произнес он.

– В каком смысле существую?..

Вместо ответа костяшками пальцев Эйликс нежно провел по моей щеке.

Раздался шелест осыпающихся камней – и саркофаг сорвался в пропасть. Кромешник вместе с ним!

Ужас сдавил горло, глуша рвущийся крик.

Он упал! Эйликс упал!..

Новый шорох вывел из состояния шока: зацепившиеся за мои ноги растения наконец порвались, но я не упала вслед за кромешником. Я повисла на лианах, которые он обмотал вокруг моих рук…

В привычном положении в голове прояснилось. Затолкав свой ужас подальше – не время анализировать случившееся, – я качнулась вправо, чтобы схватить ближайший пучок стеблей.

Путы на левой руке треснули – и меня швырнуло на стену колодца.

Свой шанс я не упустила: кошкой вцепилась в лианы, схватив их столько, сколько смогла. И повисла… Все, зацепилась!

Чуть отдышавшись, начала подъем по густому переплетению лиан.

Вскоре пришлось развязать лианы на правой руке: я добралась до того места, откуда росла одна из них. В процессе освобождения едва не свалилась, потеряв равновесие и опору.

Стены не были гладкими. Ямки, расщелины, небольшие выступы… И как только во время падения не разбила себе голову о последние? Видимо, хранили боги.

По ощущениям, падение в колодец длилось недолго, а вот подъем – кажется, уже целую вечность. Я начала уставать и все чаще делать остановки. Висеть, вцепившись в лианы, еще тот опасный отдых, но без подобных передышек никак.

Я лезла и лезла… Лезла и лезла… Захватить побольше стеблей, переставить одну ногу в петлю из растений, затем вторую. И так до бесконечности. Монотонность действий вгоняла в бездумье. Нехорошее состояние.

Необходимо отдохнуть по-настоящему, тем более что попалось узкое, но вполне удобное углубление в стене колодца. Вытянув ноги и прислонившись к боковой стенке ниши, я принялась рассматривать лианы. Интересно, что повлияло на окрас и