Снова мечтай - Мона Кастен

– Смотрите, как он классно справляется! – закричала Эверли, когда они приблизились к нам, и выдвинула Блейку свободный стул в конце стола.

Блейк стрельнул в меня взглядом, но тут же поспешно его отвел.

– Я каждый раз чувствую себя стариком, когда ты так делаешь, Пенн, – вместо этого ответил он и тем не менее, негромко охнув, опустился на стул.

– Ладно, дедуля. – Эверли села на мягкое сиденье возле меня, и я подвинулась ближе к Кэму, чтобы ей хватило места. Плечи у меня напряглись.

– А мы как раз гадали, как ты его сюда приволокла, – подал голос Кэм, перегнувшись через меня.

Эверли беззаботно улыбнулась:

– У меня особая техника.

Блейк издал стон.

Я насторожилась и переводила глаза с одного на другую, хотя собственное тело казалось мне каким-то скованным.

– Она называет это «МоДляБле».

– Что значит «МоДляБле»? – полюбопытствовал Отис.

– Не спрашивай, – пробормотал Блейк.

– «Мотивация для Блейка», – невозмутимо расшифровала Эверли и жутко серьезно взглянула на Кэма.

Ребята захохотали, и мне тоже пришлось прятать улыбку.

– А что включает в себя «МоДляБле»? – спросила я.

– Эверли. – В голосе Блейка послышались предостерегающие нотки.

– Мы включаем Happy Фаррелла Уильямса и танцуем под нее.

– Сейчас я при всем желании не могу вспомнить, почему вообще посчитал хорошей идеей, чтобы ты работала с чирлидерами, – прокомментировал Блейк. – Вся эта энергия – это не твое.

– Ты фактически уговаривал меня подать заявку. Называл меня своей кроличьей лапкой.

– Потому что думал, что ты будешь моим живым талисманом. И смотри, что ты сотворила. – Он демонстративно указал на свое колено в огромном ортезе.

С каким-то неприятным ощущением в груди я осознала, что в присутствии Эверли он даже готов отпускать шуточки по поводу травмы. И я не понимала, как к этому относиться.

Эверли стукнула его по руке, но при этом широко улыбалась. Потом встала:

– Пойду возьму себе что-нибудь выпить.

– Я буду пиво, – заявил Блейк.

Она облокотилась сзади на спинку его стула и склонилась над ним:

– Ты идешь со мной.

– Сначала ты притаскиваешь меня сюда, а потом требуешь, чтобы я стоял у бара?

– Врач сказал, что тебе надо двигаться и что ногу нужно снова по возможности нормально нагружать. Кроме того, у тебя же сейчас обе руки свободны, а значит, ты сам в состоянии донести собственный стакан. Разве это не классно? А теперь пошли.

У Блейка был такой вид, словно он метался между желанием засмеяться и придушить Эверли. В итоге он обеими руками оперся на стол, медленно поднялся и последовал за ней в сторону бара. К счастью, люди, похоже, заметили, что ему тяжело ходить: при виде его ортеза и неуклюжей походки его быстро пропускали.

Пока я смотрела на этих двоих, в груди что-то болезненно сжалось. Тем не менее я не могла отвести взгляд, когда они присоединились к очереди перед барной стойкой, причем Блейк встал позади Эверли, огородив ее от толпящегося вокруг народа. Какая-то девушка похлопала его по плечу, и он оглянулся на нее. Ему пришлось нагнуться к ней почти вплотную, чтобы услышать, что она говорила.

– Она мне нравится.

Фраза Эзры оторвала меня от наблюдений, и я повернулась к нему.

– А мне до сих пор кажется странным, что она встречается с тем типом с хвостиком на голове, – заметил Кэм.

– Ты так говоришь, потому что сам ею заинтересовался?

Кэм хмыкнул:

– Я так говорю, потому что как-то она целовалась с Блейком в саду, а потом ни с того ни с сего начала встречаться с хвостатым.

– Срочно прекращай называть его хвостатым.

Следующий ответ Кэма потонул в шуме у меня в ушах. О том, что у Эверли есть парень, мне известно. Но что она и Блейк в прошлом, судя по всему, как минимум один раз целовались, стало для меня новой информацией. Это при том, что близость Эверли к Блейку и так всякий раз уязвляла меня, когда я видела их вместе. Потому что я до сих пор прекрасно помнила время, когда сама была той, кто его мотивировал и с кем у него было столько шуточек, понятных только нам, что мы раздражали всех вокруг.

Я вновь оглянулась на бар, где Эверли как раз забирала заказ. Когда она повернулась к Блейку, тот оказался увлечен разговором с другой девчонкой, поэтому Эверли, недолго думая, сунула бокал с пивом ему в руку, после чего подвинула к нему барный стул, на что он улыбнулся одним уголком рта. Потом сел и опять заговорил с девушкой, которая просияла, потому что он остался с ней.

Я сглотнула. Блейку я больше не нужна. Теперь у него есть Эверли. Есть Эзра, Кэм и Отис, которые его поддерживают. А еще у него есть девушки вроде той, у бара, которые явно горят желанием завоевать толику его внимания. Когда он дотронулся до ее руки, я постаралась проигнорировать ноющую боль в животе. Получилось лишь отчасти. Теперь я уже могла представить, как они целуются и в недалеком будущем занимаются совсем другими вещами, о которых мне совершенно не хотелось задумываться. Безалкогольный мохито грозил вот-вот вернуться обратно из желудка.

– Уверен, что не считаешь ее горячей штучкой? – уточнил Отис.

– Она горячая штучка. Вот только вкус на парней у нее оставляет желать лучшего. В смысле, можешь представить себе хвостато… – Эзра так сильно пнул Кэма под столом, что тот громко выругался.

Именно в этот момент Эверли вернулась за наш столик и снова села на свое место.

– А где ты забыла Блейка? – спросил Отис, вытягивая шею.

Она лишь кивнула в направлении бара, и все тут же проследили взглядами за ее движением.

Между тем девчонка придвинулась еще ближе к Блейку. Она стояла между его ног и собственническим жестом положила одну ладонь ему на бедро. Когда в следующий раз она что-то ему сказала, то так приблизилась ртом к его уху, что казалось, будто она прикоснулась к нему губами. В животе у меня все неприятно перевернулось, потому что ухмылка Блейка стала еще шире.

– По крайней мере, он больше не прячется в своей комнате, – дипломатично прокомментировала Эверли.

Я не знала, как относиться к тому факту, что в своей комнате Блейк, видимо, принимает с распростертыми объятиями всех девушек Вудсхилла. Помимо прочего, мне казалось странным сидеть за одним столом с его лучшими друзьями. Я уже успела их полюбить и была рада, что Блейка окружают такие прекрасные