Все равно тебя люблю - Кейт Ринка

– Будто ты сама не догадываешься.

– Возможно, догадываюсь. Но я бы хотела об этом поговорить. Разве между нами не все еще решено?

– А что может быть решено, если ты сбежала?

– Я не сбежала, а просто уехала.

– Смысл один.

– Я не собиралась терпеть твои похождения, Андрей.

– Угу, ты не собиралась, а теперь должен терпеть их я. Отлично. Откуда этот тип? Из столицы?

– Да, он из Москвы.

И снова их прервала официантка, занеся в комнату бокал пива, и вышла, задернув шторку.

– Собственно, мне все равно, откуда он, но я не собираюсь спокойно смотреть, как ты с ним обжимаешься. И передай этому парню, что ему лучше уехать, и сегодня же.

Вика даже растерялась от таких слов, а возмущение набирало обороты:

– Андрей, мне показалась, что тебе больше не нужна такая неверная девушка, как я. А раз так, то ты не имеешь право решать, кому теперь быть со мной. Лучше следи за своими нынешними подругами, которые лезут на тебя со всех сторон.

У Андрея даже хватило наглости улыбнуться, мило, волнительно, сексуально.

– Ты ревнуешь? – спросил он.

– Нет, мне все равно.

– Да? А то, что ты вылила мартини на… Как ты сказала? Мою «нынешнюю подругу» – это как можно расценить?

– Никак. Ей просто не повезло.

– Так вот и твоему «другу» «просто не повезло» и еще раз не повезет, если я увижу его рядом с тобой.

– Андрей, ты не можешь всю жизнь бить всех, кто ко мне приближается. У меня теперь своя личная жизнь, у тебя своя. Разве не так? И я стараюсь не попадаться тебе на глаза, как ты просил, хоть вижу, и не очень-то это получается, но я стараюсь. Так чего еще ты хочешь?

Андрей опустил глаза, взял в руки кружку, но пить так и не стал, уставившись на ее содержимое. А Вика уже и не знала, что сказать. Вроде, и много было слов, да только говорить им хотелось не в такой ситуации. И вообще не хотелось уже разговаривать, слишком погано было на душе, слишком неуютно было сидеть рядом с Андреем просто так, желая прикоснуться, обнять, прижаться к нему всем телом. И жутко хотелось намного большего, чем обычные прикосновения, так хотелось, что рядом с ним, в этой тесной и уединенной комнатке, внутри все трепетало и ныло от этого неудовлетворенного желания, особенно сейчас, в повисшем между ними молчании.

– Андрей, не трогай моих друзей. Я тебя очень прошу, и надеюсь, ты выполнишь мою просьбу, – сказала она, подрываясь с места.

Но только она встала, как Андрей дернулся за ней, поймав за руку. Вика вздрогнула и бросила на него хмурый взгляд, не понимая его поступка. А кожа под его рукой почти пела от восторга, заставляя завидовать ей остальные участки ее тела. А потом Андрей встал и подошел к ней, совсем близко, заглядывая в глаза, смотря на губы, касаясь носом ее щеки, и лишь сжимая рукой ее руку. И снова у Вики участился пульс, отбивая сердцем в груди чечетку. И снова нос защекотал его приятный запах. А когда его щека потерлась о ее щеку, Вика не удержалась от тихого стона, так явно выдававшего все ее желание…

В один миг Андрей подхватил Вику и посадил на стол, устраиваясь между ее ногами и теснее прижимая к себе, упираясь при этом в промежность уже твердой частью своего тела. А губы быстро накрыли губы Вики, скользя по ним напористыми движениями. Под его руками джинсовая юбка поползла вверх, обнажая намного больше приличного. И обняв его за шею, Вика с жадностью отвечала на поцелуй, сцепив ножки за его спиной. Сейчас уже не было никаких мыслей, никаких разговоров или решений, а были только они, изнывающие друг по другу телами. И Вика точно знала, что обратного пути нет, нет между ними красного сигнала «стоп», как никогда не было и раньше.

– Я тебя хочу, – прошептал Андрей ей в губы, делая для этого секундную передышку, и Вика не сразу поняла, что это был запоздалый ответ на ее последний вопрос.

Его рука зажала в кулаке тонкие лямки стрингов на ее бедре и потянула на себя, заставляя их врезаться в тело. А руки Вики заползли под его футболку, задирая вверх и упиваясь ощущениями теплой кожи и твердых мышц спины под ладонями. Ведь поцелуя было так невыносимо мало… А потом его руки оставили ее тело, чтобы только расстегнуть ремень и молнию на джинсах. И даже не снимая с нее белье, а лишь отодвинув его в сторону, Андрей без труда скользнул в ее мокрое лоно, сделав немного больно таким резким вторжением и в то же время неимоверно приятно. Но это все было далеко не самым важным ощущением, ведь главное было чувствовать такую близость, о котором она уже и не мечтала. Андрей был рядом, с ней, внутри нее, и Вике казалось, что она сейчас сойдет с ума от распирающих душу чувств.

– Боже мой, я сейчас с ума сойду… – прошептал ей на ухо Андрей, будто прочитав ее мысли.

Тесно прижимая к себе Вику, он вошел до упора и остановился, опаляя щеку неровным дыханием. Вика лишь сильнее вцепилась пальцами в его широкую спину, трясясь, как осиновый лист и чувствуя, как колотит его самого от всей этой бури ощущений. А потом он начал медленно двигаться, так, как она любила. И накрыв рукой ее затылок, Андрей сжал в кулак короткие волосы и осторожно потянул голову в сторону, припадая к шее, проводя языком по коже, поднимаясь к подбородку и заглядывая в глаза – томно, вызывающе… И с каждым толчком ускоряя темп… Вика уже едва могла дышать, стараясь не шуметь, но совершенно не беспокоясь о том, что их кто-то может увидеть, если вздумает зайти в эту комнату…

И постепенно Вика начала замечать, что в его глазах просыпается злость, которую он стал доказывать резкими и быстрыми толчками. И уже не было нежности, была лишь чистая грубость и ярость во всем его виде, в каждом движении. Но если Вике и было больно, то только на душе, когда тело терялось в массе приятных, накатывающих волной ощущений. Она попыталась спрятаться от его взгляда и закрыть глаза, опуская голову на плечо, но Андрей, оттолкнул ее от себя, и сразу же резко вошел, снова обхватывая рукой затылок.

– Смотри на меня, – прохрипел он.

И Вика смотрела, готовая зарыдать от его злости и ненависти, стоявших в серых глазах, но не готовая