Милашка для тиранов - Риша Старлайт

Глава 12

– Кто это?! – весьма бесцеремонно оглядывает меня девица моих примерно лет. Смуглая красавица, одна из сестер Максима Эмирхановича.

– Это – Милана, Милана, это – Мадина. – представляет нас босс друг дружке.

– Милана? – заламывает бровь девица, – И кто она? Очередная с…путница?

– Глупости не говори! – одергивает ее Асланбеков. – Милана – моя секретарша. Ты лучше мне скажи, весь ковен ведьм в сборе, или еще кто подлетит на метле?

И хотя мне обидно за «Милана – моя секретарша», но в то же время смешно наблюдать за диалогом брата и сестры.

– Стелла уже тут, и у нее серьезные планы, братик. Остальные ведьмы подтягиваются потихоньку. Смотри, чтобы Милане твоей волосы не повыдирали эти кошки драные.

– Отобью. – лениво роняет Макс.

Удрученная таким вот знакомством с сестрой босса, я боязливо иду вслед за Максом в просторную гостиную на первом этаже.

Здесь светский прием в полном разгаре. Играет живой оркестр на небольшом постаменте, горит камин. На фуршетных столах изысканные закуски и выпивка. А главное… девушки! Всех мастей и параметров. Накрашенные, с прическами, на метровых шпильках, в изысканных платьях… и я. В джинсах, заправленной в них клетчатой рубашке, кедах и с нелепым пучком на башке. Красота неописуемая, в общем.

Чувствую себя идиоткой. Или золушкой на балу у прекрасного принца. Но идиоткой, все-таки больше.

– О, Макс! Максим! Максик!!! – подлетают к моему боссу прелестницы.

В близи они еще красивее чем издалека. Ресницы, губы, белоснежные улыбки, ухоженные волосы, маникюры на нежных, незнающих тяжелой работы ладонях.

И среди всего это цветника одна девушка отличается особой красотой. Жгучая брюнетка. Яркая восточная внешность. Длинные прямые блестящие локоны. Тонны бриллиантов в колье, диадеме, серьгах, кольцах и много другом. Черное длинное платье потрясающе обтягивает ее высокую фигуру. На шпильках, грациозно покачивая бедрами, она надменно плывет в Максу и бесцеремонно отталкивает меня от него.

– Привет. Как дела? – пытается застрелить его из-под опущенных ресниц.

– Привет, Стелла. – говорит он без особого энтузиазма.

Хватает меня за плечо, и подтягивает к себе, прикрываясь от прелестницы точно щитом.

Стелла… что-то знакомое! Ох, не про это ли Стеллу когда-то говорил мне Василий? Похоже, что именно про эту.

– А я уж думала, что ты сегодня не придешь, – берет бокал с минералкой брюнетка.

– Как видишь, я тут. – буркает Макс, понимая, что моего полутораметрового роста отчаянно не хватает, чтобы отгородить себя от высокой бывшей. – За секретарем своим заезжал. Милан, идем я познакомлю тебя с Эльнарой, это в честь нее шабаш, то есть банкет организовали.

Я хихикаю в душе и от вытянувшейся идеальной рожи Стеллы и от шуточек Макса.

– Макс, нафига персонал с хозяевами знакомить? – делает она последнюю попытку задеть меня. – Отпусти секретаршу к прислуге, а мы с тобой поболтаем…

Ах ты ж змеюка подколодная, а? Как быстро она мне мое место указала. Да еще в какой грубой форме!

– Нет желания, Стелл. Наболтался уже, – тащит меня под локоток Макс. А вообще я настолько ниже его ростом, что он мог бы вполне зажать меня подмышкой. Вместо папки или градусника.

И пока Стелла переваривает его грубость, я тоже не могу не вставить свои пять копеек.

– С секретаршей болтал. Со мной у него это желание было! – с трудом прикусываю свой язык зубами, чтобы не показать его охеревшей от моих слов змеище-брюнетке.

– Милаш, ты чо, бессмертная?! – восхищается мною Макс.

– Максим Эмирханович, я хоть слова неправды сказала?

Макс внезапно останавливается на полпути. Разворачивает меня к себе. Нежно берет мое лицо в свои руки и серьезно смотрит мне в глаза:

– Нет. Мне все чаще хочется разговаривать с тобой. И не только хм… разговаривать!

* * *

Макс

Не знаю как Ромыч, но лично я сходил с ума без нее. Мы взяли себе временных секретарш. Таких, как мы любим, высоких, стройных, сисястых дур, только закончивших престижные вузы и готовых ежедневно и ежечасно сосать нам, лишь бы только заиметь эту должность на постоянной основе.

Но все это было не то! Очень не хватало мелкой взбалмошной блондинки с глазами цвета серого льда. Да, Милахины глаза я помню хорошо, хотя размер груди обычно запоминается мною быстрее и легче.

В ее квартире, хотя квартирой назвать этот клоповник язык не поворачивается, мы затеяли ремонт. Не хочет Милаха существовать в нормальных условиях добровольно – мы заставим ее принудительно. Именно для этого выслали ее в Москву на три недели – чтобы времени на изменения было предостаточно. Кошака ее рыжего прикольного мы с Ромкой кормили по очереди. И по очереди же контролировали строительную бригаду в квартире.

Короче навалилось на нас все: отец мой изъявил желание купить акции конкурирующей корпорации, и слияние для всех происходит нервно, плюсом ремонт и отсутствие личного антидепрессанта – Милахи. Неудивительно, что к концу недели я злой, раздраженный, огнедышащий демон, от которого шарахаются все без исключения сотрудники компании.

А тут еще день рождения Эльнары. У нас в семье принято поддерживать родственные связи даже на расстоянии, значит ехать по любому надо. И только на полпути к Москве до меня наконец доходит, что это – отличная возможность повидать Милаху! И не только повидать.

Как в бреду первым делом еду к месту ее курсов. Жду минут сорок, не меньше. Уже представляю себе, как, сколько и в каких позах буду иметь эту мелкую строптивую блондинку. Друг в штанах просто изнывает от предвкушения, хоть доставай его самоудовлетворяйся, вот как приспичило!

А потом вижу ее на крыльце. Мелкая, худая, блондинистые волосы распущенные, встрепаны ветром и накрапывающим дождем. Выхожу к ней на встречу.

Пожираю взглядом. Какая она милая. И красивая. И невинная, что ли… хотя после того что мы с Ромой вытворяли с ней ночами… да и похер, все равно невинная. Ни грамма косметики. Не готовилась для меня. Да и не могла она знать, что я приеду и подкараулю ее здесь.

Ее запах сводит меня с ума. Не могу медлить ни секунды. Сейчас за меня все думает и решает мой младший друг. Мозги совсем отключаются и я тащу ее на заднее сидение джипа.

М-м-м… тесная, узкая, сладкая. Я готов разорвать ее от чувств, а она извивается подо мной, шипит, словно кошка и коготки свои мне в спину всаживает. Дикая и необузданная. Крыша моя совсем уезжает