Босс без совести - Марина Весенняя

Просто отлично! Ладони Волка легли на мои плечи. Бррр.

– Раздеваться было обязательно? – Я отстранилась, чтобы посмотреть в лицо нахала.

– Я оставил на себе трусы. Хотя привык спать без одежды, – заметил Ворошилов. – Скажи спасибо!

– Сказала бы, если бы эти трусы хоть что-то прикрывали.

Я принюхалась.

– Вы мылись в моей ванной?

Запах моего геля, еще и свежее дыхание. Кажется, зубную щетку можно выбрасывать.

– Покормишь меня завтраком?

Я закатила глаза и отправилась на кухню. Невообразимая наглость.

Но от слова «завтрак» желудок сам потянул меня в сторону холодильника. Не то чтобы я собиралась кормить Никиту Андреевича. Просто сдается мне, что Волка из квартиры я просто так не выгоню. Так что лучше решить проблему, с которой я в состоянии справиться. Хочу есть. И горячий кофе. И немного холодной воды.

Все это решаемо.

Никита отправился в туалет, а я сначала пошлепала в ванную. Хотела почистить зубы после вчерашнего. Не то чтобы я готовилась к новым поцелуям. Просто: а) было тошно от привкуса во рту и б) хотелось немного морозной свежести, чтобы мозг начал работать. У меня тут внеплановый бой за женскую честь и достоинство намечается. А противник – супертяжеловес по наглости и упорству.

Потом – на кухню, где обнаружила следы паразита, который хозяйничал ночью в моих владениях.

– Так я могу рассчитывать на то, что ты покормишь меня завтраком? – поинтересовался Волк, войдя на кухню. С моей зубной щеткой во рту.

Сдается мне, что Никита Андреевич не просто так остался у меня ночевать. Он очень методично метит территорию. Туалет – ну тут все понятно. Моя зубная щетка – теперь точно новую надо покупать. Завтрак…

Убрала предмет личной гигиены и закинула его в помойку.

– Я смотрю, вы и так уже неплохо приложились к моим запасам, – фыркнула я, сметая хлебные крошки на салфетку.

Еще и батон бросил открытым, так что тот весь пересох. Одарила начальника тяжелым взглядом. И глаза невольно опустились к его паху.

– Вы собираетесь что-то делать с этой штуковиной? – взглядом указала на пах, который Никита прикрыл трусами, прижав своего дружка, свернутого набок. Почему нельзя было застегнуть ширинку – непонятно.

– Это – естественная реакция мужского организма. – Ворошилов пожал плечами и довольный присел на край стола. Он мне еще и мебель решил сломать в квартире?

Вспомнила про разбитый телефон. Новенький гаджет от Волка умер безвозвратно. Так что, заметив аппарат на полке, я извлекла симки и вернула их в свой старый смартфон. Тоже битый, но хоть включается.

– Мне казалось, что у мужчин после тридцати «естественной» бывает импотенция, – буркнула я недовольно. с одним желанием уязвить вторженца.

– Типун тебе на язык, женщина! – наигранно возмутился Никита. – И вообще, если тебе что-то не нравится, сама решай проблему.

Ах. вот как?

Посмотрела на потолок, сделала глубокий вдох. Потом перевела взгляд на подставку с ножами. Нет. Это грубо и уголовно наказуемо.

В голову пришла другая идея, и я, хитро улыбнувшись, сделала шаг в сторону дерзкого босса.

И запустила руку в его трусы. Обхватила покрепче напряженный ствол, который дернулся мне навстречу. И начала поглаживать вверх-вниз, пристально наблюдая за реакцией Ворошилова.

Шок. Не ожидал, Волчара? Не ожидал. Хотел подразнить, а нарвался на сюрприз. У меня приступы дерзости бывают такие, что сама каждый раз удивляюсь.

Однако босс быстро взял себя в руки и, вместо того чтобы цепляться за столешницу, склонился надо мной. Его ладонь коснулась моего лица. Большим пальцем он аккуратно приоткрыл мои губы. И я с готовностью впустила его дальше, языком провела по твердой подушечке, сомкнула губы и стала посасывать палец. Не переставая поглаживать напряженный ствол.

Всего пару секунд. Долгих, даже бесконечных.

После чего с улыбкой отстранилась, пока начальник окончательно не поверил в свою победу, повернулась к нему спиной и начала заниматься завтраком.

– Ты жестокая…

– Максим, кстати, сказал то же самое.

И пусть Ворошилов-старший гадает, при каких обстоятельствах его брат мне подобное заявлял. Пусть побесится. А то, кажется, после вчерашнего он совершенно расслабился. Но сама виновата. Дала слабину. Надо обратно седлать коня, пока он совсем не распоясался.

– В смысле? – чуть не поперхнулся опешивший Волк.

– О, а вот и Максик, – улыбнулась я, как только услышала мелодию, поставленную на младшего Ворошилова. Вовремя – это вообще-то неподходящее слово для этой ситуации. Кинула взгляд на Волка. У него, наверное, сейчас от злости пар из ушей повалит.

Потянулась за телефоном, чтобы ответить. Настроилась поворковать с конкурентом начальника…

И не удержала трубку, которую Ворошилов попросту выхватил из моих рук.

– Макс, привет! – произнес он холодно, приняв звонок. – Угадай, с кем я провожу время?

Я побледнела, челюсть сама собой опустилась.

Никита гаденько улыбнулся, протянул мне трубку, прикрывая микрофон рукой:

– Теперь посмотрим, как ты будешь выкручиваться.