Женюсь. Срочно! - Татия Суботина

Отчаяние отступило. Прятаться, плакать и страдать больше не хотелось. Недаром же отец выбрал для меня такое имя. Виктория… Я обязана была выйти победительницей даже из тупиковой ситуации.

Бабушка очень вовремя вернулась в мою жизнь, чтобы напомнить: я не Зайцева, я Алексеева, а они никогда не сдаются.

В другой раз я бы не села за руль после горячительного чая, но весь коньяк, что в меня попал, уже выветрился, да и я слишком спешила к другу бабушки, чтобы медлить. Очень любопытно было поглядеть на этого «старого сыча» и понять, оправдает ли он ожидания Агаты на самом деле или просто рисовался перед давней подругой.

Квартира по нужному адресу нашлась быстро. И меня там ждали.

– Виктория Алексеева? – Дверь мне открыл сам хозяин, я пришла к такому выводу, едва на него взглянув.

Абрам был худощавым, среднего роста интеллигентом. Его курчавые волосы поседели, лицо покрылось сеткой глубоких морщин, выдающийся нос украшали прямоугольные очки. В них его выпуклые глаза с нависшими верхними веками казались еще больше, а взгляд подозрительным и тяжелым.

– Пока не Алексеева, но очень хочу свою фамилию обратно.

Мой ответ пришелся мужчине по вкусу, иначе он бы точно не расплылся в широкой улыбке и не пропустил меня внутрь квартиры.

– На минуточку! Таки нет такого дела, чтобы Абрам Фридман его не решил. Пойдите и спросите.

– Бабушка очень хорошо о вас отзывалась, а я действительно остро нуждаюсь в помощи, – робко улыбнулась мужчине, который сразу же отбросил свою подозрительность и хмурость, стоило только убедиться, что я от Агаты.

– Муся, не делай мне нервы. Откатись-ка в сторону, – нахмурился Абрам на собаку, что принялась тыкаться мне в ноги, активно обнюхивая при этом. – Геволт! Это не собака, это мое наказание за все грехи рода.

Мужчина закатил глаза, точно вся скорбь мира обрушилась ему на голову.

Сама Муся была черным псом неизвестной породы, коротколапой и похожей на тумбочку. Или на ту, в которой уместились сразу три-четыре стандартные Муси.

– Ой вей! – К нам присоединилась миниатюрная женщина. Ее черные как смоль волосы были убраны в высокую прическу, длинную шею подчеркивала жемчужная нить, а поверх синего платья оказался надет фартук в крупные ромашки. – Нашел свободные уши и держишь лялечку на пороге? Как тебе не стыдно, Абрам. Ну!

Вот и хозяйка пожаловала, догадалась я, жена Фридмана – Нонна.

– Я дико извиняюсь, – тут же среагировал мужчина. – Держите курс в мой кабинет.

– Наше вам с кисточкой, Виктория. Давайте лапсердак,  – улыбнулась Нонна, помогая мне раздеться и отгоняя Мусю. – Кстати, о птичках. Как эта старая перечница, ваша бабушка? Не хворает?

– Все хорошо, – не стала вдаваться в подробности я.

В окружении этой колоритной семьи Фридманов, признаться, я даже растерялась и забыла, зачем сюда явилась. От них веяло таким гостеприимством и любовью, что все мои проблемы вдруг стали казаться менее значительными, чем еще несколько минут назад.

– О! Надо мне прихватить свою фирменную наливочку и проведать подругу, пока мы обе только одной ногой на том свете, а не двумя, – сказала хозяйка. – Успеть бы перемыть дорогому супругу кости, пока еще есть возможность. А то потом только хорошее придется вспоминать или вообще рот на замке держать.

– Не дождетесь, – выдал Абрам. – Садитесь, лялечка, и расскажите же Абраму Фридману, кто посмел испортить вам жизнь.

– Я хочу развестись с неверным мужем, но он повесил на меня свой кредит, сбежал в Турцию, и теперь меня преследуют коллекторы, – на одном дыхании выпалила я, присаживаясь за стол, напротив мужчины.

– Ой вей! Как вам это нравится? – всплеснула руками Нонна. – Я всегда говорила, что вся головная боль женщин от мужчин.

– Ноня, у нас тут серьезный разговор, не видишь? Там Муся страдает возле двери, воздуха вдохнуть просится, и ужин сам себя мне не подаст.

– Не делай мне беременную голову, Абрам. Сам себя только ты у нас подать можешь, – фыркнула женщина. –  А я тихонечко в уголке посижу, послушаю и не буду делать кому-нибудь весело. Муся не лопнет, если я немного развею собственную скуку.

– Вы мне просто начинаете нравиться! – закатил глаза хозяин квартиры. – А вдруг у Виктории конфиденциальное дело?

– Будь оно так, ты бы принимал дите в офисе, а не пригласил в наш дом, – вздернула подбородок его жена. – Так что не варнякай зря, а приступай к сути.

– Видите, Вика, в каких условиях вашему скромному слуге приходится трудиться? – взмахнул руками Абрам. – Но если эти две шпиёнки вам ответственно не мешают, то, будьте добры, изложите подробности дела.

Нонна, чинно сложив руки на коленях, устроилась на диванчике, а Муся свернулась клубочком в ее ногах и громко посапывала.

– Мне ничего не мешает, Абрам… э-э-э…

– Просто Абрам, лялечка, откинем эти условности, – улыбнулся мужчина, поправив очки. – Мы с вами таки не чужие.

Пришлось откинуть и рассказать свою историю по второму за сегодня кругу, только на этот раз упустить все лишние личные подробности.

– Ну! Теперь понятно, почему внучка Агаты имеет такой бледный вид, – покачала головой Нонна. – Абрам, нужно помочь девочке. Ее муж большой специалист делать нервы, это имеет запах.

– Ловите ушами моих слов, – серьезно выдал Абрам, но был прерван громкой вибрацией моего телефона. Коллекторы не умолкали. – Это они? А таки дайте мне, лялечка, переговорить с этими адиётами.

Я послушно протянула мужчине телефон, завороженно следя за действиями Фридмана. И он меня не разочаровал.

Я заметила, что перед тем, как ответить на звонок, мужчина нажал кнопочку его записи.

– Да-да, уважаемый, – начал Абрам. – Я хочу вас ответственно предупредить, что наш разговор будет записан для приобщения его к материалам дела. А теперь таки представьтесь, будьте любезны. Я жду от вас фамилию, имя, должность, какую компанию вы представляете и по какому поводу нас беспокоите.

Мужчина переменился в лице. Теперь перед нами сидел не добродушный весельчак, а настоящий профессионал своего дела с хваткой хищника, ястребиным взглядом, обостренным нюхом и нужными знаниями, где искать расставленные ловушки.

Я была так поражена произошедшей метаморфозе, что дар речи потеряла. Между тем и голос у Абрама изменился, в нем появились металлические нотки, а манера разговора потеряла шутливые выражения, которыми они еще недавно перекидывались с женой, словно мячиками для пинг-понга.

– На основании чего вы тревожите Зайцеву Викторию Александровну? – был следующий вопрос Абрама. После ответа на который он затребовал: – Предоставьте нам копию этих документов по почте. Куда выслать? Наверняка в договоре имеется адрес моей клиентки, не ждите, что я буду облегчать-таки вам работу. Ответ на ваш запрос мы так же предоставим вам письменно, после того как ознакомимся с копией договора.