Девушка из торта - Татьяна Кошкина

– Хотел поговорить, – вышло неуверенно и сипло. Отлично, Мэт, теперь ты при виде неё еще и голос теряешь, как мальчишка.

– О чем? – обогнула стол, запуталась ногой в кое-как завязанном эластичном бинте и, раздраженно дернув ногой, сбросила его на пол. Прихрамывая, начала приближаться. Шла босиком по деревянному полу.

– Не говорить твоей невесте о том, какой ты козел? – ледяные нотки в голосе. – Не рассказывать о вашем с Толиком секрете, как вы отдыхающих баб снимаете на спор? Не рассказывать о том, что дважды пытался затащить меня в койку после того, как сделал ей предложение? – замерла напротив. Напряженная, как струна, и умопомрачительно красивая.

Схватил за руку, дернул вперед и обнял, вжимая в себя изо всех сил. Зарылся носом в мокрые волосы с ароматом фруктового шампуня и впервые после Турции смог вдохнуть полной грудью.

Лариса

Замерла и не смогла дышать, вновь окутанная тяжелым ароматом его парфюма. Что он делает? Опешила на несколько секунд. Сердце бешено стучало, как будто я только что повторила свой фламенко-марафон.

Не знаю, сколько времени мы стояли молча. Не знаю, что творилось в голове почти женатого владельца отеля, я же просто чувствовала усталость. Такую безумную, что не нашлось сил двигаться и как-то сопротивляться.

– Прости меня, – теплое дыхание коснулось уха. Осторожный поцелуй-прикосновение к чувствительной точке рядом.

Матвей отпрянул резко, как будто совершил преступление.

Оцепенение спало. Я сделала то, что должна была еще месяц назад: размахнулась и ударила его по щеке ладонью. Он молча смотрел сквозь прозрачные стекла очков. Ожидая продолжения? Размахнулась и ударила по другой щеке.

– Хочешь, чтобы молчала? Расслабься, я ничего не расскажу. Не из-за тебя. Девочку жалко. Узнать такое перед свадьбой, – прошипела сквозь зубы. Хотелось бить раз за разом, но Матвей явно поднял лапки и был к этому готов. Значит, обойдется. – Будем считать, что я была твоей неудачной попыткой найти приключения в последние месяцы свободы, и ты нормальный человек, который не станет после свадьбы волочиться за каждой юбкой. Дальше все на твоей совести, если она есть! Теперь катись отсюда, пока не передумала.

Развернулась, неаккуратно оперлась на ногу и зашипела от боли, быстро похромала к диванчику. Села на жесткое сидение и принялась осматривать ногу. Внизу неприятный кровоподтек. О нет, только не говорите, что умудрилась повредить связки, после такого парой дней не отделаться.

– Все-таки надо сходить ко врачу, – задумчиво произнес голос у двери.

– Ты что делаешь?

Пришлось отвлечься от ноги, потому что мой незванный гость повел себя очень странно. Быстро прошел через весь кабинет, поднял бинт и подошел ко мне.

– Сиди спокойно, – скомандовал тихо и опустился на одно колено. Бесцеремонно схватил меня за лодыжку и чуть дернул на себя. Удобнее устраивая поврежденную ногу на своем колене. Нахмурив брови, пощупал и принялся со знанием дела бинтовать.

Невольно обрадовалась, что вчера сделала педикюр. Боже, о чем я думаю? Надо бы его пнуть как следует и гнать поганой метлой до канадской границы.

– Готово, – прежде чем отпустить, нежно провел ладонью по ноге от лодыжки до кончиков пальцев. – Туфли никуда не годятся.

Взял многострадальную правую и красноречиво продемонстрировал полуоторванный каблук. Видимо, стоптала их еще год назад, а сегодня малейшее напряжение и подвернулся.

День не задался. От заботы неприятно и болезненно сжалось что-то внутри. Нет, Лариса, тебе нужно отвыкать. Сама должна о себе заботиться, перестать доверять надежным мужским рукам, потому что практика показала – не такие уж они надежные.

– Мэт, уйди, – хотела сказать грозно, но получилось устало.

– Я отвезу тебя домой. По дороге можем заехать в травмпункт, врач должен посмотреть ногу. Мне не нравится кровоподтек, – спокойные слова.

Ледяной взгляд за стеклами очков, а у меня внутри снова разгорается пожар. Непонимание, злость и обида стали дровами, а непонятное чувство на секунду промелькнувшее в голубых глазах – искрой.

– Сама справлюсь. Выйди из моего кабинета. Садись в машину и езжай к невесте.

– Не хочу, – полуулыбка на губах.

– Ну, – теряюсь на секунду, – тогда катись к Толику. Он же поддерживает твои идиотские загулы.

– Не хочу, – улыбка стала шире.

Ему нравилась моя растерянность. Под таким пристальным взглядом сложно оставаться спокойной, он будто втягивает меня в себя. Впитывает. Запоминает каждую черту. Прикасается к коже холодным кубиком льда, запуская череду мурашек по телу. Ведет им по губам, скулам и спускается к шее. Горло пересохло.

– Иди куда хочешь! – с трудом скинула с себя глупое оцепенение и встала, опираясь на здоровую ногу.

Матвей

Я хочу с тобой в люкс своего отеля. Я хочу с тобой домой прямо сейчас. Я хочу с тобой в трампункт. Я хочу с тобой. Схожу с ума, пытаясь подобрать ответ. Расколот. Две части одного человека в этой комнате. У одного сердце лупашит о ребра так, что вот-вот выломает грудную клетку и вырвется на свободу. Другой понимает последствия и надевает укрепляющую броню из безразличия.

– Куда хочу? Отлично.

Броня трещит, как будто сделана из стекла. Спокойно подхожу к столу и собираю её вещи в сумку: телефон, кошелек и легкий платок. Подхватываю ботильоны. Открываю шкаф наугад и достаю длинное черное пальто, другой верхней одежды там нет, значит, не ошибаюсь. Вешаю его на руку вместе с сумкой.

– Оставь мои вещи в покое! – возмущенный то ли вскрик, то ли писк. Когда она рядом, будущая свадьба, бизнес и репутация – всё кажется таким незначительным.

Вцепилась руками в пальто и попыталась отнять. Дернула на себя с такой силой, что я оказался очень близко. Обнял свободной рукой за талию и вжал в свое тело.

– Будешь возмущаться, и я сделаю с тобой то, чего хочу на самом деле, – шепчу в её губы.

Лариса

Его самовлюбленная ухмылка и наглая рука на талии, как отрезвляющий душ. Ладно, сыграем, раз ты понимаешь только язык тела. Поговорим на нем.

– Так давай. Сделаем это. То, чего ты хочешь на самом деле, – чуть отстранилась и медленно провела ладонью по широкой мужской груди. – Тогда успокоишься? Перестанешь лезть в мою жизнь? – обвила шею рукой и потянулась к губам.

За мгновение до поцелуя со всей силы врезала ему между ног больной ногой. А что? Колено пока здорово, грех не воспользоваться. Громкий крик, Матвей согнулся пополам, роняя на мол мое пальто и сумку. Я едва успела отпрыгнуть в сторону.

– Ты редкостный козел, Матвей Власов. Самовлюбленный, бесчувственный, отвратительный скот, который не уважает свою невесту и не может удержать сосиску в штанах. Если мы еще раз встретимся, надеюсь. ты сделаешь вид, что мы незнакомы.