Зимняя встреча - Татьяна Герцик

Анастасия Павловна призадумалась. Честно говоря, пойти очень хотелось. «Золушка» ей всегда нравилась. К тому же она была лучшей премьерой сезона, про которую много говорили. Все ее знакомые на ней уже побывали, и только она мило отшучивалась, когда ее спрашивали об этом. А причина была до банальности примитивна. Премьерные спектакли стоили дорого, а денег всегда не хватало.

Соблазн оказался сильнее здравого смысла, и она решилась:

– Спасибо, очень рада! Когда спектакль?

Юрий Андреевич несколько расслабился после напряженного ожидания, во время которого уверился, что в театр с ним она не пойдет, и торопливо произнес:

– В эту субботу. В шесть я заскочу за вами домой. Вы не работаете?

– Нет!

– Вот и договорились! – и положил трубку.

Анастасия Павловна еще раз с сомнением посмотрела на пищавшую противным зуммером трубку, и тоже опустила ее на рычаг, соображая, кто с кем договорился. Ей дали указание, вот это будет гораздо точнее.

В субботу она весь день дергалась, сомневаясь в разумности своего поведения. Почему она так просто соглашается со всем, что ей предлагает этот вояка? Мало ее научил бывший муж? Не верь мужчинам – не будет неприятностей. Но к шести часам была уже готова и стояла в прихожей, убеждая себя, что просто не терпит опозданий.

Ровно в шесть в дверь позвонили. Она открыла, уже зная, что это Юрий Андреевич. Это действительно был он. Поздоровавшись, оглядел ее с ног до головы. Анастасия Павловна порадовалась, что уделила сегодня своему туалету достаточно внимания и выглядит в темно-кофейном шерстяном костюмчике очень даже прилично. И неважно, что он старый, Юрий Андреевич об этом не знает. Главное – он ей идет.

Юрий Андреевич серьезно произнес, закончив изучение ее внешности:

– Как вы сегодня хороши, Анастасия Павловна! – и она внезапно почувствовала, что на сердце стало легко.

Сняла с вешалки зимнее пальто, позволила кавалеру надеть его на нее, и они вышли на улицу. Уже стемнело, но снег, белой простыней лежащий на дороге, светился странным феерическим светом. Они подошли к машине. Юрий Андреевич привычно сел за руль и повел к шоссе.

– Вы мне подсказывайте, куда ехать. Я, если честно, не знаю толком, где этот оперный театр стоит. Я хоть и живу здесь уже десятый год, но город знаю плоховато.

Анастасия Павловна удивилась.

– А что, в театры вы не ходите?

– Да был как-то раз в драматическом. Но не особо понравилось. Кричали артисты чересчур громко. Это всё, что я запомнил.

Она с сомнением посмотрела на его четкий профиль.

– Вы не любите театр?

Он честно ответил, обгоняя ползущую перед ними дряхлую Ниву:

– Не люблю. Не понимаю, особенно оперу.

– А балет?

Он помялся.

– Да я на балете с детских лет не был. С тех пор, как нас в школе на него водили.

Анастасия Павловна обеспокоено сказала, отвернувшись к окну:

– А зачем же тогда билеты купили? Могли бы и в кино.

Он постучал костяшками пальцев по рулю, нетерпеливо дожидаясь зеленого сигнала светофора:

– А вы кино любите?

Она поморщилась.

– Если откровенно, то терпеть не могу.

– Вот поэтому и не купил. Хотел сделать вам приятное. Буду приобщаться к прекрасному. А то проживу жизнь, а что такое балет, и не узнаю.

Устроившись на неудобном сиденье в амфитеатре, откуда, правда, было прекрасно видно всё, что делалось на сцене, он приготовился к моральной пытке. Но, посматривая на завороженное лицо спутницы, обнаружил, что происходящее ему даже нравится.

Стройные изящные балерины кружились на сцене, принц выделывая антраша, а он больше смотрел направо, где сидела Анастасия Павловна и ловил себя на всё более настойчивом желании взять ее за руку.

В антракте Анастасия Павловна хотела пройтись по фойе, но Юрий Андреевич утащил ее в мрачный и маленький театральный музей под предлогом, что никогда здесь не был. Прогуляв по нему до второго звонка, стремительным броском вернулся в зал вместе со спутницей почти перед началом второго действия и затаился до поднятия занавеса.

Анастасия Павловна с удивлением поглядывала на него, но он делал вид, что ничего особенного не происходит. Не будет же он объяснять, что в зале, как на грех, сидит его заместитель полковник Зелин с женой? Если увидит, непременно подойдет поприветствовать, разоблачит его невинную хитрость, и гнев Анастасии Павловны ему обеспечен. Еще откажется с ним встречаться.

После спектакля Юрий Андреевич, как резвый мальчуган, скатился с лестницы, одним из первых получил верхнюю одежду, стремительно накинул пальто на спутницу и увлек на улицу. Лишь усадив ее в машину и выехав на проезжую часть, успокоился и даже стал легкомысленно насвистывать мелодии из «Золушки».

Анастасия Павловна иронично поинтересовалась:

– И от кого это мы с вами весь вечер так энергично улепетывали? Не от настойчивой ли подруги?

Юрий Андреевич несколько зарумянился.

– Ну что вы! Просто там сослуживец был, с которым мне не очень хотелось встречаться.

В голове Анастасии Павловны вихрем пронеслось: он не хочет, чтобы его знакомые знали о ней, и она затихла, машинально поглаживая запястье.

Юрий Андреевич заметил смену ее настроения, но не смог понять, чем это вызвано.

Распрощавшись с ним у дверей квартиры, Анастасия Павловна сняла нарядное платье, смыла макияж и легла спать, разочарованная и обескураженная. Так хорошо начавшийся вечер так неприятно закончился. Решив, что больше никогда не станет питать смешные надежды на мужскую порядочность, закрыла глаза и приказала себе спать.

До Нового года они встречались еще несколько раз, но только после настойчивых усилий с его стороны. И даже убедить ее пойти с ним в ресторан на встречу Нового года стоило Юрию Андреевичу больших трудов.

– Да я себя в подобных местах ужасно скованно чувствую. Да и что там хорошего? Шум, гам. Устану только, не девочка уже.

На все его уговоры она решительно отказывалась. Юрию Андреевичу пришлось прибегнуть к тяжелой артиллерии.

Перед концом рабочего дня матери в библиотеку позвонила дочь.

– Мама, я так надеялась, что ты пойдешь с нами в ресторан на встречу Нового года. Там будет много знакомых Антона, и мне что-то не по себе. Может, всё же передумаешь?

Анастасия Павловна поняла, что дочь чувствует себя неуверенно, и неохотно согласилась.

Для вояжа в ресторан пришлось покупать новое платье. Чтобы не очень мучиться, примерила в ближайшем бутике черное платье из панбархата, на нем и остановилась. Черные выходные туфли классического фасона на среднем каблуке у нее были.