В омуте запретных чувств - Дэни Вейд

Он бросил через плечо:

— Запомни, дорогая Айви, моя семья была бы более чем счастлива, если бы твоя семья снова сбежала из города.

— Я не знаю, Тейт, — сказала Айви, уставившись на современный сказочный фасад дома Пакстона. — Я не хочу, чтобы это выглядело так, будто я пользуюсь новыми связями своей семьи.

Она ни разу не видела Пакстона таким злым, даже когда он узнал о ребенке.

Он буквально выскочил из дома ее Тетушки вчера вечером. Сестры утешали Айви шоколадом и имбирным элем, так как пить вино ей не разрешалось. Но сегодня она решила поговорить с Пакстоном — надо сделать это до того, как он свяжется с адвокатом по семейным делам по поводу опеки.

Пакстон не обрадовался, открыв ей дверь.

— Ты приехала за своими вещами? — спросил он. — Или чтобы снова лгать?

Тейт молчаливо встал рядом с Айви.

Пакстон посмотрел на них:

— Это твой защитник?

Тейт пожал плечами:

— Называй как хочешь. Но давай сначала поговорим как цивилизованные люди, а потом примем решение.

Айви вдруг подумала, что Пакстон откажется. Но он наконец шагнул назад и впустил их в дом.

Она пошла за ним в гостиную, пристально глядя на его напряженную спину. Наконец Пакстон повернулся, скрестил руки на груди и злобно посмотрел на Айви.

Она с трудом откашлялась:

— Пакстон, это Тейт Кингстон, жених Уиллоу.

Пакстон выгнул бровь, а потом выражение его лица снова стало напряженным.

— Говори, зачем ты пришла, — сказал он.

Тейт заворчал, но Айви подняла руку.

— Я не собираюсь извиняться за то, что не рассказала тебе обо всем, — произнесла она, стараясь оставаться спокойной. — Это было не важно, когда я устроилась к тебе на работу. Гораздо важнее, что я хорошо справляюсь со своей работой, а тебе нужна помощь в офисе. Кроме того, я не планировала сближаться с тобой. — Она глубоко вздохнула. — Потом ты ушел. У меня просто не было времени, чтобы во всем признаться.

— Тебе нет оправдания, Айви.

— Неужели? — Она шагнула к нему ближе; ее сердце колотилось так сильно, что ее затошнило. — Зная, как твоя семья относится к моей, ты в самом деле поставил бы под удар нашего ребенка?

Ее вопрос задел Пакстона за живое, но он быстро отмахнулся от него:

— Твоя семья по-прежнему виновата.

— Вероятно, не виновата. — Тейт вышел вперед. — Посмотри вот это.

Пакстон мельком взглянул на Айви, потом уставился на старую бухгалтерскую книгу в руке Тейта.

— Твоя семья и семья Кейн были не единственными успешными судовладельцами в то время. Моя семья тоже занималась судоходством. Семья Кингстон устроила безжалостную конкуренцию, пытаясь захватить большую часть бизнеса в портах Саванны, — сказал Тейт. — Я не знаю, почему твоя семья решила, что Кейны виноваты, особенно после того, как полиция объявила об их невиновности. Но я думаю, мои данные убедительнее.

Тейт положил книгу на журнальный столик и открыл ее:

— Ты узнаешь эту дату?

Пакстон быстро взглянул на страницу, а потом внимательно пригляделся в тому, что на ней написано.

— Да, — протянул он.

— В этой книге мой прапрадедушка писал обо всех своих сделках, которые были… незаконными. Мягко говоря.

Пакстон выгнул бровь:

— Удивительно, что ты сохранил эту книгу.

— Почему бы и нет? — Тейт пожал плечами. — Кингстоны всегда считали себя непобедимыми. Все семейные записи хранятся на третьем этаже Сабатини-Хаус, к радости Уиллоу.

Пакстон вопросительно наклонил голову набок:

— Она настоящий фанат истории.

Спокойная манера Тейта, казалось, немного успокоила Пакстона. К большому облегчению Айви.

Пакстон расслабился, внимательно слушая остальную часть истории Тейта.

— Меня не удивило, что мои предки были не очень хорошими людьми. Я знал об этом из личного опыта. Я не преувеличиваю, говоря, что они были безжалостными дельцами. Уверяю тебя, они и в личной жизни были ничуть не лучше.

— Неужели ты гордишься этими преступниками? — Пакстон недоверчиво покачал головой.

— Нет. Я считаю их мерзавцами. Но их судьбы — отличный материал для книг.

Айви улыбнулась бы, если бы ситуация не была такой напряженной. Только Тейт — известный автор в стиле хоррор — смотрел на эту ситуацию так оптимистично.

Пакстон выглядел немного ошеломленным.

— В любом случае Уиллоу нашла эту книгу на чердаке, и дата действительно совпадает с датой затопления корабля Маклеморов.

Пакстон снова скрестил руки на груди:

— Ну, ей повезло.

Айви испугалась. А вдруг план Тейта не сработает?

Тейт продолжал:

— Расследование этого дела шло только из-за обычного интереса, пока у Айви не возникло трудностей. Мы знали: важно выяснить, что произошло на самом деле. Хотя бы ради ребенка.

— Это не объясняет, почему от меня скрывали правду.

Айви подошла к Пакстону, от эмоций у нее сдавило горло.

— И мне удастся тебе это объяснить. Прости, Пакстон. Мне надо было самостоятельно принять много трудных решений. Ты мог бы сделать другой выбор. И помни, легко судить, пока ты не окажешься на моем месте.

Пакстон напрягся.

— Кроме того, — сказал Тейт, — мы думали, что к настоящему времени у нас будет больше доказательств невиновности ее семьи. Я связался с семьей человека, который подписал контракт с моим предком, но мне не сообщили ничего нового. Только подтвердили, что их родственник занимался сомнительными делишками.

— И никаких подробностей о корабле?

— Нет. Мало того, о затоплении корабля нарочно не упоминали. Это стало семейной легендой, — продолжал Тейт. — Говорили, что на смертном одре мой предок пытался что-то рассказать. Но единственное слово, которое он мог произнести, было «Маклемор». Выжившие члены его семьи подозревали, что он каким-то образом причастен к затоплению корабля, и помнили его странное поведение. Но они так и не получили от него доказательств.

Пакстон отвернулся, но Айви заметила, как у него слегка задрожали руки. Она затаила дыхание.

После нескольких безмолвных мгновений Пакстон повернулся к ним лицом:

— Тебе есть что терять, Тейт. Ты в это веришь? — Он махнул рукой в бухгалтерскую книгу.

— Конечно. Но мне нечего терять. Мне все равно, что люди думают обо мне или моей семье. Моя будущая жена и невестки — это другое дело.

Айви хотела обнять своего будущего зятя, но слишком старалась понять, достаточно ли у Пакстона доказательств, чтобы он простил ее.