В ее сердце акварель - Юлия Климова

* * *

Леся разглядывала Кирилла украдкой – осторожно и по чуть-чуть, хотя душа требовала иного. Это даже хорошо, что он появился неожиданно из ниоткуда, принеся с собой тонкий аромат лимона и терпкость хвои. Существует ли мужская красота? Да, существует. И еще какая…

Прямой нос, темные волосы и глаза, тот самый квадратный подбородок, о котором часто упоминают в книгах, лицо открытое, взгляд… Взгляд взрослого человека, безусловно знающего ответы на многие вопросы.

Леся уловила легкое волнение и замерла, желая удержать его подольше, хорошенько прочувствовать и даже изучить. Оно коснулось души, тягучим теплом разлилось по телу, задрожало и, к сожалению, все же исчезло. Было или не было? Конечно, было!

Положив карандаш на планшет, Леся посмотрела сначала на дом, затем на Кирилла: картинка сложилась, затем рассыпалась в мозаику, которую немедленно захотелось собрать вновь.

– Значит, вы здесь живете? – спросила она, угадывая отрицательный ответ.

– Раньше жил, а теперь приезжаю в гости к матери. У нее день рождения послезавтра. – Кирилл сел удобнее и вспомнил недавний разговор за завтраком. «Пойду прогуляюсь по округе. Может, мне повезет, и я встречу самую достойную из достойных». Интересно, что бы сказала Ева, увидев лесную рыжеволосую фею по имени Олеся? Пожалуй, она бы поджала губы и отвернулась. Эта мысль развеселила Кирилла, слишком живо он представил сестру и ее подчеркнутое осуждение. – Ты надолго в наши края?

– На неделю.

– Раньше бывала в Утятине?

– Нет. В первый раз.

Выдержать подобный взгляд – невероятно трудная задача, но Леся справилась на пять с плюсом. Утренняя встреча с дядей закалила и взбодрила ее, да и теперь разгадка тайны двух домов казалась намного ближе: рядом сидел Кирилл… Жаль, вопросы задавать пока рано, нельзя же сразу превратиться в бесцеремонную, любопытную Варвару. А иногда бывает, что вопросы как-то и не задаются, застревают, теряются, и только стучит в голове: «Потом, потом, потом…»

Еще недавно поездка в Утятино вызывала тяжелый вздох, а теперь?

«Почему он так смотрит на меня?.. Но вообще-то мне нравится, как он смотрит».

– Давай на «ты», не такой уж я и старый, – с улыбкой предложил Кирилл и добавил: – Приглашаю на прогулку, я с удовольствием покажу тебе все местные достопримечательности. А их полно. Например, яблоня, с которой я свалился в одиннадцать лет и заработал сотрясение мозга, колодец, куда мы с братом накидали крапивы, за что получили сполна от отца, скамейка с моими инициалами и многое, многое другое. Как видишь, экскурсия предстоит долгая и серьезная, но, уверен, к вечеру управимся.

Леся рассмеялась и согласно кивнула, хотя перейти на «ты» не было простым делом. Если не считать многочисленную родню, то, пожалуй, ей и не приходилось общаться наедине со взрослым мужчиной, который… Красив, уверен в себе?.. Нет, слова не подбирались, они ловко ускользали, унося с собой определенную долю покоя. Олеся вспомнила Пашку, с которым встречалась в десятом классе почти три месяца, пока не пришлось в очередной раз сменить место жительства. Он ей нравился (и даже очень), и втайне от всего мира перед расставанием они целовались на последнем ряду кинозала, обещая друг другу бесконечную любовь и непременную верность. Однако через три недели звонки от Пашки прекратились, а Леся, нарисовав пятнадцать портретов неверного друга, увлеклась пейзажами и буквально размыла кисточкой и водой остатки трепетных чувств. Талант – это всегда спасение.

Взяв планшет, Леся встала и убрала от лица рыжую прядь. Тетя Саша бы точно не одобрила подобное знакомство, но теперь она далеко и ни сейчас, ни потом на судьбу влиять уже не сможет. Хорошо это или плохо? Леся вдохнула полной грудью и ощутила детскую радость во всем теле.

Кирилл тоже поднялся, подтянул съехавшие вниз рукава свитера и замер, ожидая решения.

– К сожалению, не получится… Скоро обед, и дядя будет волноваться, если я опоздаю.

Да, тетя Саша далеко, но нельзя забывать про Дюкова. Интуиция подсказывает, что впереди еще много битв с Василием Петровичем, не раз и не два придется отстаивать свою точку зрения, спорить, героически терпеть и оттачивать аргументы. Леся пожала плечами, выражая сожаление, и сунула карандаш под зажим планшета. Кирилл был гораздо выше, и пришлось поднять голову, чтобы заглянуть ему в глаза: действительно ли он хочет с ней прогуляться или просто пошутил?

Олесе нравилось на него смотреть.

Кирилл улыбнулся и заложил руки за спину. Надо же, ему только что отказали. Юное прекрасное рыжеволосое создание, практически лесная фея, сказала простое, понятное «нет»…

Ну и как это называется?

Отличная история про дядю, однако в таких случаях девушки придумывают, как обмануть родню, но не лишают себя возможности прогуляться с ним – Кириллом Кравчиком.

«Куда катится мир? – с иронией подумал он, получая особое удовольствие от отказа: давненько не случалось ничего подобного. – Старею, старею… – Кирилл чуть не засмеялся, но в этот момент теплая боль, точно буравчик, прошла сквозь ребра, кольнула сердце, вздрогнула и исчезла. На несколько секунд звуки леса стали громче и четче, ароматы весны настойчивее, а глаза Леси зеленее. Кирилл мог поклясться, что таких глаз он ни разу в жизни не видел, они поражали не только цветом, но и глубиной. – Нет, не улетай, маленькая рыжая птичка… Мы же только познакомились».

– Я провожу тебя.

– Боюсь, дяде не понравится, если он увидит меня с… мужчиной, – честно ответила Леся, переводя взгляд в сторону тропинки. – Но-о, – протянула она, хитро щурясь, – до начала деревни – можно.

– Тогда прогулку переносим на вечер? – быстро спросил Кирилл.

– Да…

– Где встретимся?

– У той сосны. – Леся указала на высоченную старую сосну с особо пышной макушкой и тремя раскидистыми ветками.

– Часов в шесть?

– Хорошо.

– Не забудешь?

– Конечно нет. – Засмеявшись, Леся опустила голову, затем подняла ее и опять встретилась взглядом с Кириллом. Если бы ее попросили нарисовать эти мгновения, то на бумаге появились бы слайды с ровными дырочками по краям, как у старой пленки, а на них штриховкой фон: лицо темноволосого мужчины, угол дома, часть сосны с тремя ветками, глаза и открытый лоб, губы и квадратный подбородок… На каждом маленьком прямоугольнике что-то свое… Впечатления не помещались бы, им было бы тесно в дырчатых рамках, и поэтому слайды выхватывали бы жадно лишь фрагменты, но интересные, важные. И тянулись бы, тянулись, перепрыгивая с листка на листок…

«Учти, если ты не придешь, я отправлюсь в деревню искать дом твоего дядюшки», – мысленно пообещал Кирилл, представляя эту картину в красках и лицах.