Дорогая сестра - Френсин Паскаль

– Очень жаль, потому что я этого делать не собираюсь, – решительно сказала Джессика. – У меня свои планы на этот день, и в них совсем не входит поездка с вами на какое-то глупое прослушивание.

Увидев, что близнецы продолжают стоять и смотреть на нее, Джессика отказалась от мысли поспать еще немного.

– И не смотрите на меня так. Я уже сказала вам, что у меня свои планы. Дэнни Стоффер пригласил меня сегодня на пляж. Я надеюсь, что он все-таки простил меня за тот ужасный вечер в кино. Вы ведь помните, какой вечер? Теперь вы хотите, чтобы у меня пропало еще одно свидание с ним из-за того, что вас нужно куда-то везти? Не выйдет!

– Твоя мама сказала…

– Значит, моя мама передумает, – прервала Джессика. Она встала и направилась к двери. – Сейчас я с ней поговорю.

Но прежде, чем она вышла из комнаты, Джоан выпалила:

– Твоя мама уехала несколько минут назад. Она должна была куда-то подвезти твоего папу. Она оставила тебе эту записку.

Джессика взяла записку, прочитала и поняла, что ее день будет безнадежно испорчен:

«Дорогая Джес!

Вчера вечером ты уже спала, когда выяснилось, что у нас с папой назначены неотложные дела на сегодняшнее утро. У Джин и Джоан этим утром должно быть прослушивание. Пожалуйста, отвези их. Мы с папой будем тебе очень благодарны.

Люблю и целую тебя, мама».

– И в этом выражается ее любовь? – спросила Джессика, не ожидая, впрочем, ответа от сестер Перси.

Она тяжело вздохнула. Придется выполнить мамино поручение. Ничего другого не остается.

– Ну, хорошо. Где находится это место и сколько времени длится это дурацкое мероприятие? – спросила она со злостью.

Когда близнецы рассказали ей, где проводятся прослушивания и что каждое из них продолжается только пять или десять минут, Джессика повеселела. Она могла выполнить свои шоферские обязанности и вполне успеть на свидание к Дэнни, думала она. Это будет не так уж сложно – если не обращать слишком много внимания на запрет на превышение скорости.

– Вот это место, Джессика! Видишь вывеску? – закричала Джин. – Посмотри, сколько тут машин!

Джессика взглянула на тесно заставленную машинами стоянку у здания начальной школы и застонала. Поездка сюда заняла почти час из-за пробок на дорогах. Куда все они едут ни свет, ни заря, да еще в субботу?

– Послушайте, вы обе, я сейчас высажу вас, идите в школу, делайте там, что вам нужно, потом приходите на стоянку. Я буду вас ждать.

Она взглянула на часы на приборной доске и впервые в жизни пожалела, что у нее нет наручных часов. Никогда раньше время не казалось ей таким важным.

– На это уйдет двадцать, ну, может, тридцать минут, так?

На нее смотрели четыре очень испуганных черных глаза.

– В чем дело? – спросила она нетерпеливо.

Джин и Джоан переглянулись, затем снова посмотрели на Джессику.

– Разве ты не пойдешь с нами? – спросила Джин.

– Мама всегда ходит с нами вместе, – добавила Джоан.

– Я вам не мама!

– Но ты нам вроде старшей сестры, ведь правда же, Джессика? Пожалуйста. Мы боимся идти туда одни.

Джессика перевела взгляд с одного умоляющего лица на другое. Как она позволила втянуть себя во всю эту канитель? Ответ она нашла быстро. Элизабет. Она знала, что прежняя Элизабет в такой ситуации была бы доброй, сочувствующей и ободряющей. Джессика не могла поручиться, что сумеет быть именно такой, но она втянута в эту историю, и тут уж ничего нельзя поделать.

– Ладно, мышата, выходите! Я припаркую машину и найду вас в вестибюле, – сказала она, смирясь с неизбежным.

Близнецы выкарабкались из машины, держа под мышками черные футляры с флейтами, и присоединились к потоку юных музыкантов, входящих в школьное здание.

Джессика долго колесила в поисках свободного места на стоянке. Наконец ей удалось припарковать машину.

Она была поражена, увидев, сколько народа собралось в вестибюле школы.

«С ума сойти!» – сказала она себе.

Толпа настойчивых родителей и миллион испуганных крольчат. Джессике Уэйкфилд еще не приходилось бывать в таких ситуациях.

Не успела она войти внутрь, как Джин и Джоан тут же подошли к ней.

– Ну, детки, – сказала она, – давайте начнем.

– Ты не можешь подойти к столу и сказать той женщине, кто мы такие? – робко спросила Джин.

– Пошли. Чем скорее этот ужас кончится, тем лучше, – сказала Джессика, таща их к длинному регистрационному столу.

– Могу я вам чем-то помочь? – спросила женщина.

– Сомневаюсь в этом, но можно попробовать, – пробормотала Джессика.

– Прошу прощения, мисс?

– Эти две девочки пришли на прослушивание. – Джессика подтолкнула близнецов ближе к столу.

– Еще двое флейтистов, как я вижу, – сказала женщина, взглянув на их кожаные футляры.

– Да. Пожалуйста, пусть их пропустят прямо сейчас. Нам далеко ехать домой, и у нас назначена на полдень важная встреча. – Джессика изобразила на лице предельно искреннюю улыбку, которая всегда помогала ей добиться от взрослых всего, что нужно.

Женщина улыбнулась в ответ. Сработало!

– Давайте посмотрим, что можно сделать, дорогая. Сегодня уже зарегистрировалось много флейтистов, так что вашим сестрам придется ждать своей очереди. – Она взглянула на лежащий перед ней список.

Джессика не стала объяснять женщине, что близнецы ей не сестры, но подумала, что у той, должно быть, что-то со зрением: надо умудриться увидеть какое-то сходство между двумя этими темноволосыми замухрышками и такой красивой блондинкой, как она.

– Хорошо, девочки, напишите ваши фамилии в конце этого списка. Ваши номера – семьдесят два и семьдесят три.

– Семьдесят два и семьдесят три! – выдохнула Джессика в ужасе. – Этого не может быть!

Джессике казалось, что никогда в жизни она не была так раздражена. Но она ошиблась. Настоящее раздражение пришло позже, когда она в течение пяти часов бесцельно слонялась по пыльным школьным коридорам, слушая незамолкающие звуки флейт, труб, тромбонов и бог знает чего еще. Наконец были объявлены номера близнецов. Они исчезли в комнате и немного погодя вышли.

– Думаю, я сдала, – сияя, сказала Джин.

– Я сыграла, – сказала Джоан.

– Как называется эта жуткая пьеса, которую вы играли? – спросила Джессика.

– Жуткая?! Это была соната Баха!

– Ну, а теперь, вы обе, вы все закончили? Мы можем ехать?

– Конечно, – ответила Джоан. – Мы тебе очень признательны за то, что ты нас привезла.