Бухта радости - Инга Деккер

Во-вторых, она знала, что при всем своем благополучии Лоренс не избавился от старых шрамов, оставленных людьми, которые бросали его. Мать. Жена. Ведь он чувствует себя неуютно, слишком близко подпуская к себе людей, но все-таки приехал сюда ради доброго дела. Так как же Берти могла пренебречь этим?

Она должна была остаться.

Алберта с силой толкнула от себя пылесос и, как бы подытоживая собственные мысли, выключила его. Сдув упавшие на лоб пряди волос, она обхватила себя руками.

— Берти?

Глубокий голос Лоренса выдал его испуг.

Алберта повернулась и увидела его в дверях. Он пялился на пылесос так, словно тот отрастил три головы и извергал пламя.

— На такие штуки следует вешать предостерегающие надписи. Вам он ничем не навредил?

Навредил не пылесос, а ты, подумала она. Не поэтому ли ощущение в губах такое, будто они раздулись и лопнули? Интересно, почувствовала бы я себя лучше, если бы он еще раз поцеловал меня? Вслух она произнесла:

— Не навредил. Я просто… Даже не знаю… Пылесос похож на большого зверя, который пожирает грязь и которого приходится тянутьт и толкать. Но я наслаждаюсь своей победой над пылью на всех фронтах. — Алберта попыталась улыбнуться и отделаться от непристойных мыслей.

— Большой зверь?

— И свирепый.

— И тяжелый, — заключил Лоренс, внимательно оглядывая «зверя».

— Не делайте этого, — предостерегла его Алберта.

— Чего? — Лоренс сложил руки на груди и уставился на нее, растянув губы в своей лени-вой улыбке.

— Вы снова беретесь не за свое дело. Что-то там замышляете. Вот так вы обходитесь со своими клиентами? Когда они говорят, что хотят украсить стены своих ванных комнат золотыми морскими коньками, а вы уже решили, что на самом деле им нужны выполненные со вкусом миниатюрные гравюры.

— Увы, моя тайна раскрыта, — прошептал Лоренс, изогнув брови дугой.

— Да я вас насквозь вижу!

— В самом деле?

Алберта схватилась за ручку пылесоса в отчаянном желании найти хоть какую-то опору, поскольку заподозрила, что вопрос содержал определенный подтекст.

— Так о чем я, по-вашему, думаю? — Его низкий голос звучал необыкновенно сексуально.

Алберта гордо выпятила подбородок. Мне не привыкать иметь дело с высокомерными богачами, накачивала она себя. Не только ты, Лоренс, навязываешь клиентам вещи, которые те и не собираются приобретать.

— Вы думаете, что нам необходимо поехать в город и справиться, готовы ли фотопортреты Монтегю и позаботился ли мистер Маклин о сцене, микрофоне и динамиках.

Лоренс чуть склонил голову набок и произнес не без иронии:

— Нечего сказать, умненькая леди. Я и правда думал, что мне необходимо поехать в город. Может быть, не только в Бухту Радости. Скажем, в Трентон. Нужно провернуть кое-что там.

— Бизнес?

— Можно сказать и так. А как относится ваш врач к тому, что вы выполняете тяжелую работу? — Его взгляд снова задержался на пылесосе.

Алберта невольно рассмеялась.

— Он не советовал мне копать канавы, но все, что обычно делают женщины, не возбраняется и мне. Я вполне здорова, Лоренс.

— Но ведь вам скоро рожать?

— Я вас не подведу. У меня еще есть недели три.

— Вы не устали?

Еще как устала, думала Алберта. Сколько сил нужно иметь, чтобы устоять перед твоим мужским обаянием. Вслух же она заявила:

— Я могу пропылесосить без устали еще три дома.

Лоренс сморщил лоб.

— Но вы ведь не собираетесь делать это? Я хочу сказать: у вас же нет работы на стороне, о которой я не знаю? Надеюсь, вы не собирае тесь передвигать мебель или залезать на стремянку, чтобы помыть окна?

Алберта не смогла удержаться от улыбки.

— Хотите, я попрошу доктора Моралеса позвонить вам и подтвердить, что такая работа невредна для моего здоровья? Со мной все будет в полном порядке. Я вас не подведу.

— Думаю, вы никогда и никого не подводили, разве только себя саму.

— Я не великомученица, Лоренс, и не стану рисковать жизнью и здоровьем ребенка.

Он кивнул и вышел с хитрой улыбкой.

Немного позже Алберта поняла, чему он улыбался. Она вышла из кухни, развязывая на ходу тесемки фартука, в тот момент, когда Симеон Прат вкатывал в гостиную самодвижущуюся мусороуборочную машину с удобным сиденьем.

— Эй, Берти, посмотри-ка, что приобрел мистер Стоун. Шикарная штука, а?

— Потрясающая, — согласилась она, прикрыв рот ладошкой. О Господи, что еще придумал этот неугомонный! И зачем? Мне ведь осталось проработать на него всего полторы недели. И что он будет делать потом с этой штуковиной?

— Он взял меня с собой, — возбужденно рассказывал тем временем Сим. — Смотри, мистер Стоун выбрал машину с откидывающейся рулевой колонкой, чтобы ты не стукнулась о нее животом. И убедился, что она не раскатывает слишком быстро и снабжена всеми устройствами, обеспечивающими максимальную безопасность. Я еще не встречал покупателя, который обрушивал бы на продавца столько вопросов. Мистер Стоун определенно знает, как заполучить то, что желает.

Когда в дверях появился Лоренс с немым вопросом во взгляде, Алберта, в свою очередь, задалась вполне естественным вопросом: а чего, собственно, он в действительности желает?

Лежа той ночью в постели, она старалась не думать о Лоренсе. В действительности он, наверное, желает, чтобы все было сделано, как полагается. И чтобы я оставалась в состоянии завершить начатую работу еще до родов. А потом он уедет, как только его миссия будет выполнена.

А чего хочу я?

Чтобы все кончилось прежде, чем я увязну еще глубже. Но и кое-чего еще. Хочу, чтобы Лоренс убедился, как не права была его жена. Никто не смеет считать его холодным и бесчувственным человеком.

Он испытывает глубокие чувства. Просто таит их в себе, полагая, что они принадлежат только ему. Но они же становятся очевидными, стоит лишь пообщаться с ним.

Каким должен быть человек, чтобы позаботиться о беременной женщине, купив для нее самоходный пылесос, который ему самому никогда не понадобится?

— Добрым, — шепчет Аяберта, смежая веки. — И щедрым. Настоящим мужчиной, но лучше бы он мне не снился сегодня.

Она заснула, и снился ей Лоренс.

— Что еще за секрет, Берти? — спрашивал ее Лоренс на следующий день пополудни. — Что-нибудь связанное с памятью о Монтегю?

Она покачала головой и улыбнулась, поворачивая машину.

— Близко, но не совсем. Спасибо, что позволили мне вести машину.

— Ваш врач заверил меня, что вам это не возбраняется.