Мелодия любви - Изобель Чейс

— Что с тобой? — спросил он.

— Ничего! А что такого? — Либби ощущала на себе взгляд Джонатана и мечтала, чтобы он ушел.

— Кажется, ты плохо спала, — заметил Педро.

— Да, плохо. Я почти совсем не спала, если тебе интересно знать!

Губы Джонатана дрогнули в усмешке.

— Вообще-то лично мне очень интересно знать, отчего именно ты не могла заснуть.

Либби отвернулась.

— Все дело в тебе, — дрожащим голосом прошептала она.

Джонатан поднялся:

— Я польщен. Но, как мы уже говорили, я могу подождать.

Либби заметила, что Педро с интересом смотрит на них, и нахмурилась.

— Где ты собираешься разместить Хуану и Хайме? — вежливо осведомилась она.

— Дом больше, чем ты думаешь.

— Возможно. Но здесь уже живут твоя сестра, Мэри, Педро, Стивен, мы с тобой, а еще Сансури и Чжо Ли…

— Места всем хватит, — вставил Педро.

— Да? А как же Хайме?

— А что Хайме?

— Если его по-прежнему носят на носилках, то ему понадобится много места. Ты не можешь разместить его, где тебе вздумается!

— Конечно, нет, — ухмыльнулся Джонатан. — Они с Хуаной будут жить в своей комнате. Не стоит так переживать, милая.

Переживать! Либби была готова высказать Джонатану все, что думает о его представлениях о гостеприимстве. Он ведь женился на ней, так? И теперь она хозяйка этого дома, нравится ему это или нет!

— Я не переживаю, — спокойно отчеканила Либби. — Просто я хочу сказать, что Хайме потребуется больше удобств, чем другим нашим гостям.

— Он в инвалидном кресле, — ответил Джонатан, — в противном случае его бы не привезли.

Либби сразу забыла свое раздражение.

— Значит, ему лучше? Но это же замечательно! Я так рада за них. Когда мы виделись в последний раз, Хайме был совсем плох.

— Ему еще предстоит долгий путь, — предупредил Джонатан, — но он справится. Даже Хуана теперь в это верит, так что не стоит о нем беспокоиться. А теперь мне пора идти.

Либби пыталась догадаться, где Джонатан мог познакомиться с Хуаной, но так ничего и не придумала. У них не было ничего общего, потому что Хуана, как и ее муж, жила только музыкой, а Джонатан в этом мире был чужаком. Очнувшись от задумчивости, Либби заметила, что Педро озабоченно смотрит на нее.

— В чем дело? — спросила она.

— Тебе нравится Джонатан?

Либби покраснела и опустила глаза.

— Конечно!

— Вы совсем не похожи на другие замужние пары.

— Потому, что Джонатан не похож на других мужчин, — небрежно огрызнулась Либби.

Педро рассмеялся:

— Ерунда! Джонатан целуется со всеми красивыми девушками в округе…

— Тебе не следует этого знать! В твоем возрасте…

— Сразу видно, что ты не мексиканка!

— Нет, иногда мне кажется, что это и к лучшему.

— У всех в нашей семье очень горячая кровь…

— Охотно верю.

— Даже у Джонатана. У моего отца, моей матери, Хуаны. И у меня!

— Хуана?! — Либби почти кричала. — Она тоже член вашей семьи?

— Разве ты не знала? Она моя тетя. Сестра моего отца. Она тоже мексиканка, но вышла замуж за американца, — разочарованно объяснил Педро. — Он родом из Мексики, но совсем не настоящий мексиканец, как мой отец!

— Это уже слишком! Я никогда не прощу ее, никогда не прощу Джонатана!

Педро весело ухмыльнулся:

— Похоже, он здорово зацепил тебя.

— Это еще мягко сказано!

Но Либби сразу же позабыла свою обиду, как только перед домом остановилась машина и оттуда вышла Хуана. Либби кинулась к ней и крепко обняла.

— Хуанита! Я так рада, что Хайме уже лучше.

— Да, посмотри сама! Скоро он опять будет ходить. А как ты?

— Тоже неплохо, — ответил за нее Джонатан.

Либби не обратила на него внимания и принялась помогать усаживать Хайме в кресло.

— Вещи в багажнике. Мы взяли с собой немного. Отнеси их в нашу комнату, — попросила Хуана Чжо Ли и, взяв Либби за руку, увлекла ее за собой.

Джонатан вкатил Хайме во двор и улыбнулся женщинам.

— Берегись! — крикнул он, обращаясь к Хуане. — Сегодня утром она была в ярости.

Хуана промолчала, но, когда они подошли к дверям комнаты, она остановилась и вопросительно посмотрела на Либби.

— Почему ты мне ничего не сказала? — беспомощно спросила девушка.

— Не сказала что?

Либби медлила: ей не хотелось портить настроение Хуане.

— Ты могла бы мне сказать. У меня же было право знать!

Хуана развела руками:

— Возможно, я была не права. Но что мне оставалось делать? Ты никого не знала в Америке, а в Англию возвращаться была не готова, разве не так? И что я должна была делать? Я сразу же подумала о Джонатане. Но если бы я просто сказала, что мой дальний родственник приглашает тебя на свое ранчо, разве ты согласилась бы?

— Скорее всего, нет.

— Вот видишь!

— Я могла бы понять, если бы это был просто визит. Но он женился на мне!

— Что ты сказала?

— Он женился на мне.

Хуана медленно опустилась на кровать, чувствуя, что у нее ослабели колени.

— Когда?

— Как только я приехала. Мы сразу же отправились в дом его знакомого судьи, и он нас поженил.

— И ты не возражала?

Либби покраснела.

— Нет. У меня просто не было времени! Сначала он купил мне содовую, а потом мы сразу поженились. Все были уверены, что я согласна. Судья уже ждал нас!

К смятению Либби, Хуана начала смеяться:

— И что потом?

— А потом ничего.

— Милая моя, мне кажется, это очень романтично!

Либби хмуро молчала.

— Ты рассуждала бы по-другому, окажись в моем положении!

— Возможно. Прости, пожалуйста. Я и подумать не могла, что Джонатан на такое способен.

— Он просто олицетворение всех добродетелей, — согласилась Либби.

Хуана перестала смеяться.

— Он не обижал тебя?

Либби покачала головой:

— Он добрый. Он даже подарил мне лошадь, пианино и все, что нужно…

Хуана пристально взглянула на нее:

— И ты в него влюбилась. Когда это произошло?