Неодолимое влечение - Кристина Кук

Содрогнувшись, он со стоном опустил голову на руки. О чем только думал его отец? Возможно, Люси не единственная его незаконнорожденная дочь. Хотя в высшем обществе это не редкость, но ведь Сара Аббингтон всегда была лучшей подругой его матери. Колин задумался. Все, что он смог вспомнить, это женщину с золотыми волосами и зелеными глазами – такими же, как у Люси.

Колин попытался вспомнить, проявлял ли его отец интерес к дочери Сары, но так и не смог. Через семь лет Сара умерла при родах... А вдруг и Николас... Может, стоит еще покопаться в письмах? Как знать, может, у него есть еще и брат? Подозрительно посмотрев на пачку писем, Колин покачал головой. Нет, больше ему не выдержать. Он и так потерял немалую долю уважения к отцу... Зато взамен приобрел сестру.

Молодой человек в изнеможении прислонился к столу, наугад вытащил одно письмо и положил себе в карман, а затем, собрав остальные письма, остановился на мгновение, чтобы взять себя в руки.

Немного успокоившись, Колин распахнул дверь, поблагодарил адвоката и вышел на залитую ярким светом полуденного солнца улицу.

– Люси, дорогая, ты куда? Тебе следует отдыхать, как это делают дочери Роузморов. – Глядя, как Люси надевает перчатки для езды и соломенную шляпку, Агата покачала головой.

– Тетя, дорогая, не волнуйся, я не задержусь надолго.

Неужели Томас Синклер придет, как и обещал? Ее руки взмокли при одном воспоминании о нем.

– Ну если ты настаиваешь. – Агата вздохнула. – И все же поспеши, дорогая. – Она неодобрительно покачала головой.

– Да, обещаю, обещаю... – Люси стала завязывать шляпку, и в это время Агата, нервно сложив на груди руки и потупив глаза, вновь заговорила:

– Я хотела еще кое-что сказать тебе, дорогая. У меня довольно неприятное предположение, и молчать я больше не могу.

– О чем это ты? – недоуменно спросила Люси.

– Сегодня утром я зашла к тебе в спальню – хотела навестить тебя, и ничего больше... На секретере был такой беспорядок, и я решила немного прибраться... О Господи! – воскликнула она, открывая сумочку. – Вот что я нашла в результате...

Люси с удивлением уставилась на платок лорда Мэндвилла, только сейчас она вспомнила, что в конце вечера засунула его в стопку с бумагами и благополучно забыла.

– Ах да, платок. Ты так испугала меня, тетя...

– Но, дорогая, посмотри на монограмму. – Агата показала на вышитую в уголке букву «М». – Думаю, не ошибусь, если предположу, что этот платок принадлежит лорду Мэндвиллу.

– Разумеется, не ошибешься, – отрицать что-либо было поздно. – Это действительно платок лорда Мэндвилла, он дал мне его вчера вечером.

– Надеюсь, были обстоятельства, которые к тому располагали, – серьезно проговорила Агата.

– Буду с тобой откровенна, – Люси сделала глубокий вдох, – вчера мы с маркизом немного повздорили. Ты же знаешь, у меня катятся слезы из-за каждого пустяка; ну вот лорд Мэндвилл и предложил мне платок. Потом он, конечно, извинился, и мы все уладили...

– Тебе следовало рассказать мне обо всем вчера. Теперь понятно, почему ты исчезла тогда.

– О, тетя, даже не знаю, в чем тут дело. Всегда, когда что-либо касается маркиза, я веду себя как-то странно...

– Люси, дорогая, уж не влюбилась ли ты в него? – сжала руку племянницы.

– Нет, конечно, нет, – растерянно пролепетала девушка, – но все же он волнует меня, не знаю почему.

– Кажется, я начинаю кое-что понимать. Когда мы вместе ужинали в Гленфилде, маркиз был с тобой более чем просто вежлив. Мы много говорили, и он очень заинтересовался твоими способностями, а я рассказала, как ты спасла тех близняшек-жеребят...

– Правда? Так вот почему он пригласил меня помочь с жеребенком Медузы!

– Конечно, мы говорили и о любви, и о женитьбе тоже. Кстати, как ты думаешь, сколько ему лет?

– Не знаю, может быть, тридцать два? Впрочем, какая разница: между нами ничего нет и быть не может. Маркиз мне прямо сказал, что жениться не собирается, а если и соберется, то выберет... не меня.

– Хм. – Агата задумчиво потерла щеку.

– Кроме того, не нужно забывать о Сюзанне...

– Сюзанна? И что же она собирается делать? Люси, если у тебя есть шанс...

– Я же сказала, что уверена в своих чувствах. Я не влюблена в него и не собираюсь становиться его женой.

– Не стоит так спешить: когда мужчина находит девушку своей мечты, он меняет свое мнение, дорогая, не вычеркивай пока его из своего списка. Лето только началось, посмотрим поэтому, куда оно нас приведет.

В ответ Люси только покачала головой:

– Нет уж, буду держаться от него подальше. А теперь мне нужно идти.

– Да-да, иди, – кивнула Агата.

Люси быстро завязала шляпку и вышла за дверь, а затем, остановившись на крыльце Роузмор-Хауса, взглянула на ясное голубое небо. Какой же все-таки чудесный сегодня день, подумала она и улыбнулась.

Генри неслышно выругался. Ну, зачем он отправил цветы мисс Аббингтон? Да, он неподобающе вел себя с ней, но из этого вовсе не следовало, что он обязан подавать ей надежду.

Устроившись напротив камина, маркиз неподвижно уставился на догорающие угли. У него никак не укладывались в голове два абсолютно противоположных образа: девушка в мужской одежде, такая ловкая и умелая, удивительно легкая в общении – и юная леди на балу, одетая в шикарный соблазнительный наряд, улыбающаяся, флиртующая с высокопоставленными мужчинами. Неужели это была одна и та же женщина?

Голова его ужасно болела после вчерашнего вечера. Давно он так много не пил. После бала он направился домой, но расстояние между Роузмор-Хаусом и его жилищем показалось ему недостаточным, чтобы хорошенько проветриться, и ноги сами повели его в Ковент-Гарден, где Генри рассчитывал найти женщину легкого поведения, которая с непринужденностью и наигранной страстью отдалась бы ему. Но неожиданно он вдруг изменил маршрут и, игнорируя настойчивые призывные взгляды красоток, прямиком пошел домой, где весь остаток ночи провел в мыслях о ней.

Внезапно Генри захотелось выйти на свежий воздух. Он подошел к окну и выглянул наружу. День был просто чудесный: ярко светило солнце, а легкий бриз помог освежить его ноющую голову. Может быть, пойти к Элеанор и погулять с детьми? В конце концов, находясь у Роузморов, он не очень-то хорошо поступил с ней – исчез, не сказав ни слова.

Маркиз позвал Филбина и велел принести ему пальто. Теперь ему нужно было как-то извиниться перед сестрой. В конце концов, они могли бы взять еды и пообедать на открытом воздухе. Это наверняка ей понравится. Не дождавшись Филбина, Генри схватил шляпу, кнут и с улыбкой на лице направился в Гросвенор-сквер.