Ловушка для плейбоя - Кейси Майклз

— Молодец. Вы оба молодцы. Почему ты не сказал мне? — Сэм прошел в комнату и присел на стол, за которым, удобно откинувшись в кресле, расположился дядя.

— Не знаю, Сэм, о чем ты?

Молодой мужчина потер лоб: предстоял нелегкий разговор, и голова начинала болеть очень некстати.

— Я прочитал ее досье.

— Да, что ты говоришь?! — Дядя Нед закрыл альбом. — Давно пора. Но уж лучше поздно, чем никогда. И что, хочешь со мной обсудить ее биографию? В целом или какой-то конкретный факт?

— Дядя, с виду ты сама невинность, а на деле, оказывается, не так прост. Ведь ты специально включил ее в число призеров, да?

— Что значит, специально? Похоже, у тебя есть какие-то соображения на этот счет. Продолжай, а то пока мне не вполне понятно, о чем речь.

Сэм в негодовании сжал челюсти, но тут же понял, что злиться бесполезно. Никто и никогда еще не одерживал победу в споре с его дядей. Максимум, на что можно было рассчитывать, — это ничья.

— Брюс — человек дотошный. На всех материалах проставлены даты. Ты начал собирать информацию о ней, еще два года назад! И с тех пор папка регулярно пополнялась!

— Хочешь сказать, я тоже очень дотошный? — улыбнулся дядя Нед.

— Нет, я хочу сказать, что так нечестно. По всем остальным призерам данные собирались только в этом году и всего в течение месяца.

— Ну и что? Иногда мне нужно больше времени, чтобы принять решение. Возьми себе что-нибудь выпить и присядь. Что тебя беспокоит?

Сэм счел это хорошей идеей, налил виски и вернулся к столу.

— Ты выбирал ее не как других.

— Повторяешься, Сэм!

— Ты выбрал ее специально для меня.

Дядя Нед едва заметно улыбнулся:

— Ну, слава богу. А то я уже начал сомневаться в твоих дедуктивных способностях.

— Погоди, старый сводник, я еще не закончил! Поскольку Пейдж тоже живет в Филадельфии, у Брюса была возможность следить за ней очень пристально, а меня ты послал вручить ей конверт лично.

— Конечно, чтобы вы, наконец познакомились. Я боялся, что все слишком очевидно, но ты до последнего ничего не подозревал! Думаю, твой разум захлестывали эмоции: во-первых, ты злился, что тебе приходится вместо Брюса заниматься этим ужасным проектом, а во-вторых, тебя по-настоящему увлекла моя милая мисс Холидей!

— Вот именно, твоя мисс Холидей. Значит, ты признаешь, что все подстроил? — Сэм покачал головой. — Господи, как я мог не замечать? Ты манипулировал нами обоими все это время!

— Не совсем так, Сэм, — возразил дядя Нед. — Я просто нашел ее и придумал способ свести вас вместе. Дальше все пошло без малейшего вмешательства с моей стороны. И не было никакой гарантии, что я угадал все правильно. Это ведь как лотерея. Но согласись: при твоем образе жизни и круге общения ваши пути никогда бы не пересеклись. Вот основная проблема, решение которой я и нашел.

— А что, если бы я ею не заинтересовался? Просто отдал бы конверт и забыл о ней?

— Но ведь сначала так и было. После первой встречи ты несколько дней ничего не предпринимал. И я уже подумывал, не приступить ли к плану Б и не пригласить ли мне самому мисс Холидей в Бэлфор-Холл в качестве декоратора. Но в тот момент ты, к счастью, начал действовать самостоятельно. В конце концов, именно тебе пришла в голову идея в этом году устроить прием здесь. Это достойная месть за мою маленькую интригу, так что мы, можно сказать, квиты.

— Квиты? Не похоже, чтобы ты сильно мучился и переживал.

— Верно. Особенно после того, как лично пообщался с мисс Холидей. Она восхитительна!

— И почти так же коварна, как и ты, хоть в это и трудно поверить. — Сэм вспомнил последний разговор с Пейдж, полный неожиданных откровений. — Похоже, в каком-то смысле она умнее и сообразительнее меня.

— Правда? Ну, так тем больше она тебе подходит! Кстати, ты и сам хорош: использовал мой проект, чтобы поближе сойтись с мисс Холидей, а заодно, рассчитывал растормошить меня — заставить выйти в люди, появиться на приеме. Чувствую родственную кровь! Значит, мы все не без греха.

Сэм прищурился и с подозрением взглянул на дядюшку.

— Кстати, а куда подевался Брюс?

— Брюс? Запечатлев, как ты стоишь у офиса мисс Холидей, обстрелянный искусственным снегом, он отбыл на Гавайи и находится там до сих пор. Скажем так, его рейс по непонятным причинам был отложен на несколько дней.

— Ясно. Отложен до тех пор, пока я не начал охоту за Пейдж и лично не привел в исполнение твой план Б. Кстати, ты здорово одурачил меня, притворившись, что идея приема в Бэлфор-Холле тебя ужасает. Я действительно поверил.

— Я старался, — скромно потупился дядя Нед. — У меня есть пара подобных приемчиков в запасе.

— Например, намекнуть мне, что ты тяжело болен. — Сэм залпом опустошил бокал и с мягким укором посмотрел на дядю.

— Это был запрещенный удар, признаю. Но ведь сработало: тебя проняло, наконец! Сэм, время идет, и наступит день, когда меня не станет. Я очень люблю тебя и хочу быть уверен, что ты устроил свое счастье.

— И увидеть Сэмюеля Бэлфора Шестого, — тихо произнес Сэм. — Вот этим ты меня и добил. Я понял, что ты говоришь серьезно, иначе ты не согласился бы устроить прием в Бэлфор-Холле, после такого долгого перерыва.

— Я ведь не только сам советы раздавать умею, но и прислушиваться к советам других. Пора отказаться от отшельничества. Морин пришла бы в ужас, узнав, что я буквально заживо похоронил себя в этих стенах. Думаю, она даже сочла бы меня трусом. Ведь твоя тетя была самой решительной и смелой женщиной из всех, кого я знал. Так что Пейдж Холидей в некотором смысле помогла нам обоим, Сэм. Она ведь тебе правда нравится?

Сэм посмотрел на портрет, висящий над камином.

— Она отдала твой подарок детскому приюту.

— Да, я в курсе, — осторожно подтвердил дядя Нед, словно опасаясь, что разговор может переключиться на опасную тему.

— В папке еще есть статья про маленькую девочку из приюта, которая сейчас проходит курс химиотерапии. Два месяца назад Пейдж обрезала волосы, чтобы ребенку сделали парик. Поэтому у нее такая короткая стрижка.

— И это в очередной раз подтверждает, что у нее доброе и бескорыстное сердце. Ты изучил все материалы в папке?

Сэм разглядывал донышко своего бокала и чувствовал себя так же неловко, как в тот момент, когда читал досье Пейдж.

— Она выросла в приюте. Родители неизвестны, была пара неудачных попыток удочерения. Пейдж задавала мне кучу вопросов о семье. Говорила, что семья — это самое важное. А я только смеялся. И даже один раз прошелся по поводу ее скучного детства, сказав, что стыдно не уметь запускать бумажные самолетики... Уверен, это замечание сильно ранило ее, но она и виду тогда не подала. И ни разу даже не заикнулась про твой подарок и про то, куда она его дела... — Наконец он поднял глаза и прямо посмотрел на дядю. — Я просто осел. Знаю, что выставил себя в самом неприглядном свете и перед ней, и перед собой, да перед всеми. Я собирался поступить с ней, как с остальными своими женщинами.