Папа для Тыковки. Вернуть любовь - Яра Саввина

– Нет, – парень стыдливо отвёл взгляд.

– А ты, тёзка? – продолжил Тимофей Кондратьевич.

– Чего сразу я?

– А почему нет? Ты хороший пример, подражание которому приведёт прямиком в колонию. У тебя же было последнее предупреждение. А ты что творишь? Бабка уже все глаза проплакала. Из тебя механик вышел бы отличный. А что в итоге? Пойдёшь на зону вшей кормить?

– Да кто меня возьмёт на работу без образования? – проворчал парень.

– Могу поспособствовать, если дашь слово, что больше не будешь лезть в сомнительные дела.

– Правда? – неуверенно протянул Тимка.

– Кривда, – рявкнул дед. – Разве я врал когда?

– Нет, – смущённо ответил тот.

– То-то и оно, что нет. У каждого из вас голова на плечах есть. Не теряйте её. Используйте с умом свои способности и не видитесь на провокацию тех, кто пытается за ваш счёт потешить своё самолюбие. Вы меня услышали?

– Да, – дружный ответ взвился эхом к тёмным небесам.

– Вот и отлично. Жду вас завтра ровно в шесть вечера у себя, будем калитку чинить, которую вы сломали. Ну и поговорим о том, куда вас можно пристроить на работу. А теперь, по домам, живо, – скомандовал он, и парней будто ветром сдуло.

– Может, зря мы их отпустили? – задумчиво протянул Матвей.

– Нет, не зря, – покачал головой дед. – Если отвадить их от Федьки, ослабить его влияние над ними, из мальчишек могут получиться стоящие люди. Нужно дать им шанс. А уж если не воспользуются… Тогда действовать по-другому.

Глава 21

Выйдя из своего укрытия, я направилась к мужчинам. Факелы уже догорели, оставив после себя едкий запах гари. Если бы не он и не разломанная калитка, по-прежнему освещённая фарами машины, можно было бы подумать, что всё произошедшее мне просто приснилось. Но, увы, реальность такова, что проблемы существуют и только набирают обороты.

Не думала, что Лариса Павловна настолько мстительная. Всегда казалось, что она умная и рассудительная женщина. Но казаться и быть таковой – это далеко не одно и то же. В чём успела уже убедиться. Маска высоконравственной женщины треснула, открывая её истинное лицо.

Почему-то казалось, что без её ведома сын бы не стал проворачивать подобное. Скорее бы сам отправился с друзьями, чтобы развлечься. Но Федька не пошёл. Подбил друзей и остался в стороне. Слишком продумано для такого, как он. Впрочем, без доказательств ничего нельзя утверждать. А с этим у нас как раз проблемы.

В голове мелькнула запоздалая мысль о том, что если бы не приезд Рокотова и бессонница Медведевых, всё могло бы закончиться совершенно иначе. Но развить её и впасть в панику мне не дали.

– О, соседка, – первым меня заметил Матвей, – решила подышать свежим воздухом перед сном?

– Угу, – нервно хохотнула я. – говорят, это успокаивает нервы.

– И как? Успокоилась? – поддел Данила.

– Что-то не особо, – призналась я.

– Ничего, Тёмыч тебе в этом поможет. Правда, брат? – съехидничал Матвей, толкнув в плечо Рокотова.

– По мере своих сил, – настороженно улыбнувшись, ответил тот.

– Ладно, на сегодня приключения закончились, пора расходиться по домам, – произнёс Тимофей Кондратьевич. – Идёмте, внучки. Рокотов, ты с нами? Так и быть, найду для тебя койко-место. Ну и накормлю кашей.

При упоминании многострадальной каши, младшие Медведевы дружно заржали. Неужели ещё не выкинули подгоревшую? Или была вторая попытка кашеварить, которая тоже не увенчалась успехом? Пожалуй, надо завтра встать пораньше и в благодарность приготовить им что-нибудь на завтрак.

– Я останусь, – глядя на меня, ответил Артём. – Если Софья не против.

– Героев выпроваживать нельзя, – с нажимом выдал Матвей, подмигнув мне. – Героев накормить нормально надо, а не дедовой стряпнёй.

– Но-но, поаккуратнее со словами, – усмехнувшись в усы, проворчал Тимофей Кондратьевич. – Моя стряпня – это закрытая тема и при посторонних не обсуждается.

– Кстати, по поводу твоего «кулинарного шедевра»… Я думал, ты его уже того, – посмеиваясь, обратился Матвей к пожилому родственнику, – утилизировал.

– Забыл, – вздохнув, признался сосед, значит, второй попытки кашеварить всё-таки не было. – Видимо интуитивно чувствовал, что пригодится, чтобы накормить гостя. Нежданного, – с нажимом добавил он.

Тимофей Кондратьевич покосился на Артёма, даже не думал скрывать своё истинное отношение, похоже считая, что в своём праве.

– Так что, Сонь, ты не против, если я останусь? – уточнил Артём, кажется, и вовсе не слушая болтовню Медведевых.

– Не против, – ответила, стараясь, чтобы голос не дрожал от волнения.

– Если будет приставать, гони его в шею, – на прощание дал совет пожилой сосед. – А то знаю я этих Рокотовых. Яблоко от яблони…

– Дед, не ворчи. Они сами разберутся, не маленькие уже, – попенял его Данила.

– В том-то и дело, что не маленькие, – вздохнул старик. – Были бы маленькие, надавал бы по задницам и расставил бы по углам, чтобы поучить уму разуму.

– Нам это не сильно помогало, – фыркнули Медведевы, с улыбкой переглянувшись.

– Это вам только кажется. Вон какие молодцы выросли, не чета некоторым. Ладно, чего уж теперь сожалеть о том, что не изменить… Доброй ночи, соседка.

– Доброй ночи. И спасибо вам большое, – опомнившись, поблагодарила я.

– Не за что, – отмахнулись мужчины, направляясь дружной толпой в мой сад к дыре в заборе между участками.

Кстати, может, действительно предложить Тимофею Кондратьевичу сделать там калитку? Хорошая идея. Надо обдумать.

Оставшись наедине с Артёмом, я ощутила нарастающее между нами напряжение. Разговора не избежать. По этому поводу надеждой я себя не тешила. Но с чего начать даже не знала.

– Может, выпьем чаю? – предложил Тёма. – Только машину закрою.

– Да, конечно. Пойду пока в дом, а ты как освободишься – заходи.

Я была рада небольшой отсрочке. В отличие от Рокотова, который с лёгкостью контролировал свои эмоции, похвастаться подобным умением я не могла. Не рядом с ним. Не тогда, когда сердце грохочет в груди, разгоняя по телу кровь. Причём, вовсе не от страха.

Прошлое внезапно накрыло с головой. Воспоминания, эмоции, чувства… Которых, казалось, давно уже нет. Но тогда отчего кружится голова? Отчего сбивается дыхание, и подрагивают пальцы?

Сделав глубокий вдох, приводя мысли в порядок, я направилась к дому.

Усилившийся ветер срывал с веток пёстрые листья, бросая их под ноги, завывал в кронах фруктовых деревьев.

Я любила это время года, когда золотом и багрянцем расписана природа. Но эта пора слишком скоротечна и могла закончиться в любой из ближайших дней, когда ударят первые морозы. Так что надо ловить момент и наслаждаться ею уже сейчас, а не ждать удобного случая, который может не представиться.

Но ведь с жизнью точно