Между нами пламя - Кира Сорока

Вскрикнув, я ухожу под воду. Она заливается в рот, нос и даже уши. Я тону...

Распахиваю глаза. Судорожно глотаю воздух, ощущая приступ удушья. Не сразу понимаю, где нахожусь. Не сразу вспоминаю события этой ночи.

Яркий солнечный свет бьёт в глаза, заставляя зажмуриться. Переворачиваюсь набок, стираю испарину со лба.

Сон... Это просто сон, вызванный вчерашним инцидентом. Я чуть не утонула. Но Егор меня спас. И, возможно, теперь попросит что-то взамен. Ведь добрые дела он просто так явно не делает.

Под подушкой вибрирует телефон. Нехотя достаю его, держа глаза закрытыми и продолжая плавать в своём сне. В воспоминаниях о том, каким заботливым может быть Грозный... И каким козлом может стать буквально через секунду.

Вчера он тоже был одновременно и плохим, и хорошим... Я видела, как он нервничал и беспокоился обо мне. Мне ведь не показалось это?

Ведь если всё было правдой, не такой уж он плохой парень. Мне очень хочется верить, что Егор совсем не плохой, а его отвратительное поведение – это просто маска.

Телефон снова вибрирует, и я всё-таки открываю глаза. Сообщения в вотсапе. От Егора. Какие-то фотографии... Вглядываюсь в них, и в тот же миг ядовитая желчь подкатывает к горлу. Отрезвляющая реальность бьёт наповал.

Фото были сделаны в этой самой комнате...

«Теперь ты готова сотрудничать, мышь?» – гласит сообщение от Грозного.

Я резко сажусь. С ужасом вглядываюсь в снимки.

Не может быть... Этого просто не может быть!

Отбросив телефон, обнимаю себя за плечи. Слёзы льются рекой.

Я даже не помню, как сюда попала!

Господи... За что?

Даже не откидывая тонкую простыню, я знаю, что сейчас на мне лишь бельё. Потому что на фото я тоже в одном белье. И я там не одна... Судя по фотографиям, на этой кровати побывало как минимум ещё двое...

Телефон снова вибрирует. Растирая слёзы по щекам, хватаю его. Вновь сообщение от Грозного.

«Фотки я удалю, когда ты сделаешь то, что от тебя потребуется».

Сжимаю смартфон так сильно, что костяшки пальцев белеют. Отшвырнув гаджет, выпутываюсь из простынки и спрыгиваю с кровати. Моя вчерашняя одежда – шорты и майка – валяется на полу.

Нет, я совершенно не помню, как я раздевалась…

Желчь вновь подкатывает к горлу. В ярости пинаю шорты и бросаюсь к шкафу. Выдёргиваю из него первое, что попадается под руку – сарафан. Быстро надеваю его и вылетаю из комнаты.

Несусь по лестнице на третий этаж. Распахиваю дверь одной комнаты, второй, третьей... Грозного здесь нет. Возвращаюсь на лестницу и спускаюсь вниз, перепрыгивая через ступеньки. В гостиной пусто. Ни персонала, ни его. У бассейна тоже никого.

Чёрт возьми! Где ты?!

Выхожу в сад, оглядываюсь по сторонам. Под навесом стоят мотоцикл и БМВ. Ни машины, на которой уехала Юлиана, ни каких-то других... Я обхожу дом, проверяю беседку и все известные мне уголки сада. С каждой секундой во мне всё больше нарастает гнев...

Так никого и не обнаружив, возвращаюсь в дом. Захожу в столовую и вижу Веру.

Наконец-то...

– Доброе утро, – говорит она с усталой улыбкой.

Неудивительно. Видимо, Вера совсем не спала и всё утро убирала после стада этих мажоров.

– Доброе утро, – мне с трудом удаётся говорить спокойно. – Вы не видели Егора?

– Он только что поднялся наверх.

– Спасибо, – роняю я и вновь бегу к лестнице.

Слышу шаги на втором этаже. Успеваю заметить, как Грозный заходит в мою комнату и закрывает дверь.

Козёл! Сволочь! Ненавижу!

Врываюсь следом. Егор развалился на моей кровати. На его лице играет самодовольная ухмылка. Замираю в центре комнаты, не сводя с него глаз. Меня трясёт, словно в лихорадке.

– Встань! – отчеканиваю я.

– Кто-то явно разозлился... – нараспев произносит парень. – А вчера ты была такая покладистая, мягкая... Явно под чем-то...

Пол начинает ускользать из-под ног.

Под чем-то? Под чем, чёрт возьми?!

Перед внутренним взором начинают вспыхивать кадры из вчерашней ночи. Вот я танцую с Дашей, общаюсь с Никитой... Драка, кровь... Потом я тону... Егор вытаскивает меня из воды... Его взволнованное лицо...

А что было потом? Почему я отключилась, а сейчас ничего не помню?!

Слёзы вновь брызгают из глаз. На смену злости приходят опустошение и бессилие...

На фотках рядом со мной в моей постели не Егор. И не кто-то из его близких друзей... На них запечатлено, как я развлекалась с какими-то двумя незнакомыми парнями. И какой-то третий нас фотографировал.

– Не реви! – брезгливо морщится Грозный и всё-таки встаёт с моей кровати. – За ошибки приходится платить. И ты заплатишь.

Он подходит ко мне и с вызовом смотрит в глаза. На меня вновь накатывает ярость.

– Ошибки? – со всей силы бью его по плечу. – Ошибки, да? Какие ошибки?! Это твои друзья отмороженные что-то со мной сделали! Чем-то опоили, и я...

Бью парня в грудь. Но, видимо, я так слаба, что он даже не двигается с места и не меняется в лице. Вновь замахиваюсь, но Егор перехватывает мою руку и дёргает на себя. Обхватив за талию, прижимает меня к своему телу и рычит в лицо:

– А может, ты просто устала быть скучной, а? И наконец-то расслабилась?

Меня сейчас стошнит. От самой себя...

Боже... Тим! Что он обо мне подумает?

Отталкиваю Егора обеими руками.

– Отпусти... Отпусти меня, урод!.. Я прямо сейчас обращусь в полицию! Пусть проверят меня на наркотики. Пусть поищут у твоих дружков эту дрянь. Пусть проверят каждого, кто был на вечеринке!

– Вечеринке? Какой вечеринке? – ухмыляется Егор. – Кто сможет подтвердить, что здесь была вечеринка?

– Да хотя бы Вера!

– Что? Горничная? Ну попробуй, спроси у