Босс Яна-Несмеяна - Вера Рэй

— Я хочу, чтобы ты погладила мою футболку? Как это у тебя утюга нет? У нормальной секретарши должно быть все! – Действительно! Я закипала, подобно воде в отпаривателе.

— Сбегай вниз… Там курьер мне пиццу принес… Ты где так долго шлялась? Пицца совсем остыла… Две минуты, говоришь? Да за две минуты можно с голоду умереть.

— Это что за внешний вид? Я должен смотреть на тебя и вдохновляться на нормальную работу. А глядя на твой унылый черно-белый прикид, мне хочется повеситься. Надень завтра что-то более приятное глазу…

— Серьезно, ты считаешь эти синие брюки привлекательными? Где юбка?

— Езжай в автосервис и привези мне мою машину. Что значит, у тебя прав нет? Значит, немедленно сделай. – Уже бегу подавать документы в автошколу.

— Эй, как там тебя? Яна? Что за имя такое дурацкое?

Да, порой мне на самом деле хотелось ему врезать. Но я терпела…

Я забыла, как это работать в спокойствии и не вздрагивать чуть ли не каждую секунду, слыша из телефона противный голос моего временного начальника.

Я забыла, как это – улыбаться. За пару дней этот энергетический вампир высосал из меня всю кровь.

Правда, были и другие дни, когда этот недочеловек был в хорошем настроении. Он пытался флиртовать со мной, травил глупые шутки, надеясь обратить на себя мое внимание. Но при виде него единственное, чего хотелось мне – не видеть его, чтобы на его месте был добрый, хоть и строгий Михаил Петрович.

Потому на его шутки я не реагировала, его ухаживания пыталась игнорировать, и вообще, лишний раз старалась не смотреть на этого человека.

В один из таких моментов он и психанул. Видимо, ему не нравилось, когда люди его не замечали. А я с трудом заставляла себя лишний раз на него взглянуть, чтобы выслушать его очередное «хочу».

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Хорошая сегодня погода, не то, что вчера.

— Угу…

— Вчера ливень был, такси, зараза, поймать не удалось. А машина моя в ремонте, - опять меня упрекнул. Сделаю вид, что меня это не задело.

— Плохо.

— Пришлось на общественном транспорте ехать. Меня там чуть не задавили эти ненормальные люди. Вот куда им всем надо в такой дождь? Почему им дома не сидится? – наверное, потому что остальные привыкли работать, а не сидеть на шее отца, как некоторые. - Скажи мне, Яночка, как ты каждый день справляешься?

— Нормально… - такие разговоры, когда он пытался меня заболтать, меня особенно раздражали. Хотелось, чтобы он скорее отстал… Чтобы скорее закончился этот день, чтобы скорее домой.

— И все же под дождь попал. Весь до нитки промок, даже до трусов. Представляешь, а чистого белья дома, как назло не оказалось… - в этот момент он начал неистово смеяться. А я смотрела на него, как истукан, не понимая, что здесь смешного. Мои брови были нахмурены, щеки надуты. Единственное, о чем я думала - когда этот мажор перестанет трепаться! –Так что, Яночка, сегодня я без труселей. - Одна его бровь задергалась вверх-вниз, а я сделала громкий вдох, так ничего ему и не ответив.

Серьезно? Этот человек, который за пару дней меня достал так, как никто раньше за всю жизнь, считал, что эта информация мне нужна?

— Понятно.

— Ну вот что ты за человек такой? Только угу, хорошо, плохо, понятно. Как мой отец с ума не сошел только. Здесь же даже поговорить не с кем! Один, - это он про Дениса Станиславовича, - вечно разговаривает на каком-то непонятном для меня языке, будто использует какой-то шифр. Все эти бэнчмарки, дедлайны и прочая лабудень. А ты?! Ни тебе доброго слова не услышишь, ни привета, ни ответа, ни улыбки! Ходишь вечно с кислой миной. Что я тебе сделал? – еще спрашиваешь, эксплуататель добрых женских ручек! – Злюка… Принцесса НесмеЯна! Вот ты кто…

— Царевна…

— Что?

— Там царевна Несмеяна была… - огрызнулась я.

— Ну вот, а я о чем?!… Ты… просто… невыносимая!

Это был последний раз, когда мы с ним нормально «общались». С тех пор он так же, как и я его, пытался меня игнорировать. Даже почти не давал своих дурацких поручений, не приставал со своими глупыми анекдотами и не делал «тупых» намеков, что мы могли бы встретиться после работы.

Правда… Это был последний день моей работы в фирме. Потому что на следующий день Влад выгнал меня с позором, обвинив в краже денег из сейфа Михаила Петровича… А я мало того, что этих денег ни разу «в глаза» не видела, так я даже понятия не имела, что у Михаила Петровича в кабинете был сейф.

Самое обидное, что я даже не смогла ему ничего возразить. Его обвинения стали для меня настолько неожиданными, настолько обидными, что ком в горле передавливал голосовые связки, и я не смогла сказать ни единого слова. Зато смогла как страус, забиться головой в песок, и убежать, пряча свои слезы и стараясь не обращать внимания на смешки коллег. Такой униженной я себя не чувствовала ни разу до сих пор.

Но Влад, сам того не ведая, тем самым дал мне толчок что-то изменить в этой жизни. И, возможно, только благодаря ему я нашла свое призвание и сейчас занимаюсь любимым делом. Пытаясь что-то доказать Владу-гаду, я решила провести собственное расследование.

Стараясь не показываться ему на глаза, я все же вновь приехала в офис, чтобы поговорить с коллегами, охранниками, может кто-то что-то видел.

Оказалось, Влад ежедневно уходил вместе со мной, но уже через час возвращался вместе с каким-то человеком. Это мне показалось подозрительным, потому я стала копать глубже. Охранник за небольшое вознаграждение согласился назвать мне имя незнакомца, потому что он не имеет права никого пропустить, не проверив паспортные данные.

Ну а дальше по имени я нашла объявление в оказании услуг по разблокировке заблокированных сейфов. Вероятнее всего, Влад сам украл деньги из сейфа, и теперь пытался спихнуть всю вину на меня. С этой информацией я пришла уже к Михаилу Петровичу.

Он долго извинялся передо мной за Влада. Оказалось, мой начальник был в курсе этой истории, и деньги из сейфа забрали по его поручению. Он надеялся тем самым проучить сына. Но, по всей видимости, Владу об этом не известно до сих пор.

В тот