Для тебя я стану плохим - Тори Майрон

И он таки происходит. Но не в комнате, а во мне, в каждом атоме тела, когда Лана внезапно поддается вперёд, обнуляя между нами расстояние, и касается моих губ своими.

Легонько, нежно, будто проверяя свои ощущения на наш поцелуй. А мне и проверять ничего не надо. Телом я предсказуемо превращаюсь в статую, а душой воспаряю на седьмые небеса. И с этой колоссальной высоты тут же падаю в самое пекло. Не потому, что Лана отстраняется, а наоборот… она с тихим стоном углубляет поцелуй, проникает языком внутрь, запуская этим действием огненную лавину по всему кровотоку.

Если бы я сейчас стоял, то непременно вновь рухнул бы наземь от шока и невероятного осознания, что Алана сама меня целует. Сама! А я непонятно каким образом отмираю и отвечаю ей – робко, неумело, не зная, как правильно, но я сталкиваюсь с языком Ланы так, как тысячи раз мечтал об этом. Ласкаю его, смакую, наслаждаюсь мягкостью любимых губ, проглатывая в себя сладкие стоны, от которых меня трясёт, в горле пересыхает, сердце отплясывает ламбаду.

Это нереально! Прекрасно! Слишком сладко, чтобы было правдой.

Алана точно в хлам пьяная, раз целует меня сейчас. В трезвом уме она бы никогда не сделала это. Стопроцентно.

Мне бы отстранить её от себя, не пользоваться её состоянием, но не могу я. Это выше моих сил. А Лана лишь усложняет мне задачу быть джентльменом с ней.

Не успеваю я ничего осмыслить, как она уже оказывается сверху. Сидит на мне, расставив колени по обе стороны моих бёдер и плотно прижавшись к паху промежностью. Стонет со мной в унисон от бури невероятных ощущений, сотрясающих нас обоих мелкой дрожью. Умещает мои руки на свою обалденную попку и, продолжая целовать, торопливо расстёгивает пуговицы на моей рубашке.

С ума сойти можно! В мозгах не укладывается происходящее, а изнутри меня так мощно колбасит, что в глазах всё начинает рябить и расплываться.

Меня бросает то в жар, то в холод, дыхание рвёт, крышу сносит, когда наш поцелуй из нежного незаметно превращается в страстный, простреливающий похотью все участки тела. Когда неосознанно начинаю сминать её бёдра. Активно, с упоением, вжимая Лану в себя так сильно, что даже сквозь джинсы ощущаю, насколько у нее горячо между ног.

И если я ещё пытаюсь удержать нить с реальностью, то Алана, по ходу, совсем с катушек слетает. Она отбрасывает куда-то мои очки, за ними тут же следует рубашка. До крови прикусывает мне нижнюю губу, касаясь ладошками разгорячённой кожи. Изучает шею, плечи, руки и вдруг толкает меня в грудь.

Причем довольно сильно толкает. Я заваливаюсь спиной на кровать и смотрю на неё снизу-вверх. Дыхание вновь обрывается, мышцы превращаются в камни, но Лана, будто не замечает, что я пребываю в состоянии, близко граничащим с паникой. Всё её внимание устремлено на мой торс.

– Обалдеть! Ты точно не с этой планеты, Кларк, – блеет она, перебирая пальцами кубики на прессе, а затем шустро освобождается от платья и сразу на меня налетает, не дав возможности ни ещё больше смутиться, ни посмотреть на её шикарные формы, ни хоть что-либо сообразить.

Да и как сделать это, если полуголая девушка моей мечты с жадностью нападает на мой торс губами. Целует, посасывает кожу, оставляет свои следы на мне зубами и ногтями. Спускается ниже и ниже, рисуя языком влажные полосы.

Боже! Что происходит? Как до этого дошло? И что она собирается делать?

В голове оглушительным звоном гудят эти вопросы, и особенно громко последний, когда Лана руками достигает ремня, скользя языком чуть ниже пупка.

Но мне и не нужно задавать его вслух. Я и так догадываюсь о её грандиозных планах, которые стопудово закончатся ещё в самом начале.

Я ведь уже на грани. А если она коснется моего члена губами, то всё – позора будет не миновать. Я обкончаюсь в первую же секунду. Да ещё и Алане в рот.

Об этом я, конечно, тоже мечтал миллион раз, что уж тут скрывать, но предпочитаю, чтобы эта моя фантазия сегодня так и осталась не исполненной.

– Л-лан, н-не надо, – хрипло прошу я, пытаясь её остановить, но она меня не слышит, ловко справляясь с ширинкой.

Ещё бы пару секунд – и Алана налетела бы на член ртом, погрузив меня в трёхсекундную нирвану, но я сам же лишаю себя прежде неизведанного кайфа.

Как?

Так, как я никогда не думал, что позволю себе сделать по отношению к Лане, но более быстрых вариантов избежать конфуза я не нахожу: за волосы её хватаю и под аккомпанемент женского вскрика резко тяну с себя на кровать.

– Я же сказал, что не надо! – опёршись руками по обе стороны от её лица, без запинки бросаю я Лане в ответ на её недоумённый взгляд.

– Но почему?

Потому что не хочу показаться в твоих глазах ещё большим лохом, чем я есть.

– Просто не-не надо… – не без разочарования хриплю я, глядя на её опухшие губы, в которых было бы так здорово оказаться.

– Но я хотела сделать тебе приятно.

– Т-ты и т-так это де-делаешь.

– Но я хочу сделать больше, – шепчет она, обхватывая руками мою шею, а бёдра – ногами. – И чувствую, что ты тоже этого хочешь, не отрицай. – Надавливает пятками на ягодицы, толкая меня ближе к себе.

Член сквозь боксёры и Ланины кружевные трусики вбивается в центр её бёдер, каменея ещё больше. Я аж жмурюсь от боли, пронизывающей всё ниже пояса. Хрипло выдыхаю, пытаясь сохранять здравомыслие.

– Хочу, – тихо признаюсь я возле её губ.

Хочу больше всего на свете в данную минуту.

– Н-но т-ты се-сейчас очень пьяна, Л-лана.

– Тебя это отталкивает, да?

– Н-нет. Меня в-в-в тебе ни-ничего не-не от-отаклива-вает. Я про-просто не-не хочу, чтобы ты за-завтра просну-снулась и на-начала о чём-то жа-жалеть.

– Не буду, – уверенно отвечает она, срывая с моих уст горькую усмешку.

– Бу-будешь, а я не-не хочу эт-того.

– А я не хочу, чтобы ты так много думал. Я хочу тебя. Очень. Пожалуйста, не отталкивай меня. Только не сегодня. Не отталкивай, Кларк, – с грустью и каким-то душераздирающим отчаяньем просит Алана, гипнотизируя зеленью своих глаз и даже не догадываясь, что творится у меня сейчас внутри от её слов.