Ритуал - Шантель Тессье

Я устраиваюсь поудобнее на кровати, кладу левую руку ей на голову. Я наваливаюсь на нее всем своим весом, проталкивая третий палец в ее тугую пизду. Мой член дергается от предвкушения оказаться внутри нее. Быть там первым. Владеть ею.

У нее перехватывает дыхание, и я нежно целую уголок ее губ.

— Прекрасно.

— Раят, — она стонет.

— Да, Блейк. Это я, — говорю ей, и она хнычет. Даже под действием наркотиков и в полубессознательном состоянии она знает, что это я прикасаюсь к ней.

Я начинаю грубо трахать ее пальцами, пока мой большой палец играет с ее клитором. Ее тело раскачивается вперед-назад, заставляя ее сиськи подпрыгивать, а кровать скрипеть. Она вскрикивает, когда ее киска сжимается, и она кончает на мои пальцы.

Что-то в том, что я имею ее вот так — полностью контролируя ее тело, — очень мощно. Осознание того, что она с готовностью приняла то, что я дал ей, не зная, что это такое. Она жаждет, чтобы ею владели, чтобы ею управляли, чтобы она была моей!

Я останавливаюсь, и ее глаза остаются закрытыми. Поднеся пальцы к ее рту, я провожу ими по ее приоткрытым губам, размазывая по ним ее влагу, как глазурь.

— Скоро, малышка, — говорю я ей, прежде чем засунуть их себе в рот и вылизать дочиста. Пробуя этот гребаный мед, которого я жаждал после того, как она отдалась мне в моей спальне.

Оттолкнувшись от кровати, я сажусь между ее дрожащих ног. Наклоняюсь, берусь за воротник безразмерной рубашки и разрываю ее посередине.

— Я сожгу это, — говорю я себе, вытаскивая ее руки из нее, зная, что я на шаг ближе к тому, чтобы владеть ею и стереть все следы Мэтта.

Потянувшись в задний карман, достаю карточку и кладу на ее тумбочку. Теперь я жду.

ГЛАВА 12

БЛЕЙКЛИ

ИЗБРАННАЯ

Я перечитываю белую открытку в своей руке, оставленную на моей тумбочке в понедельник вечером после его визита.

Подняв глаза на собор, я впиваюсь зубами в нижнюю губу и нервно покусываю ее. Это именно то, о чем можно подумать — большой и средневековый, с высокими стенами и шпилями на вершине. Он стоит в глуши, в стороне от двухполосной дороги. Это напоминает мне что-то из страшного фильма, где дети приходят в здание с привидениями, чтобы исследовать его. Только все они оказываются мертвы в разных комнатах от ударов тупым предметом, а злодей размазывает их кровь по стенам.

Ладно, может быть, в последнее время я посмотрела очень много фильмов ужасов.

Над главным входом возвышается старый белый крест. По обесцвечиванию видно, что когда-то он стоял вертикально, но в какой-то момент упал. Ветер слегка раскачивает его взад и вперед, издавая скрипучий звук, что только усиливает неприятный фактор. Это не может быть страшнее, если бы это было сделано для съемок фильма.

Сегодня на улице холодно. Мое тело дрожит, а зубы стучат, пока я стою в черном мини-платье с низким вырезом, которое едва прикрывает мою задницу, и красных туфлях на каблуках от Гуччи. Я переношу весь свой вес на мыски ног. Иначе они утонули бы в мягкой земле.

Я накрасилась: дымчатые тени, толстая подводка и красная помада. Наверное, я похожа на дешевую проститутку, которая ходит по улицам в поисках Джона. Но мне не заплатят за то, что я собираюсь сделать. Нет. Я собираюсь добровольно отдать это. Отдаться человеку, который, я знаю, будет этим пользоваться. Злоупотреблять.

Снова посмотрев на карточку, я переворачиваю ее, чтобы увидеть, что на ней напечатана Церемония Ритуальной Клятвы и адрес, который мне пришлось гуглить. Это было ровно в тридцати минутах езды от кампуса, в глуши. Ниже было написано — как только избранная примет свой долг, она будет обязана служить ему.

Я становлюсь частью «ритуала» Лордов. Знаю, это кажется таким же жутким, как и звучит, но мне нужно что-то новое в моей жизни. Сколько я себя помню, мне чего-то не хватало. И Раят помог мне понять, чего именно.

«Разве ты никогда не хотела сделать что-то для себя?»

Его вопрос в библиотеке заставил меня задуматься. С самого раннего возраста у меня были мечты о том, чего я хочу в будущем, но мои родители рушили их одну за другой. Я хотела поступить в Стэнфорд, но это был не вариант.

— Баррингтон — вот куда ты поедешь, — моя мама сказала мне это, когда мне было двенадцать. Никаких возражений.

Мне нравится Баррингтон, не поймите меня неправильно, но это просто был не мой первый выбор. Я хотела хоть раз побыть нормальной. Я всю жизнь ходила в частную школу, так что Баррингтон ничем не отличается. Это уединенное место в центре Пенсильвании. Она для богатых детей — элиты. Тех, у кого криминальное прошлое длиной в милю, от которых откупились папочки, а судьи замяли дело. Что может пойти не так, если собрать их всех в одном месте? Это парни и девушки, рожденные и воспитанные для того, чтобы однажды возглавить бизнес своей семьи. Степени — это формальность. Нужны похвалы на бумаге, даже если по окончании университета им просто вручат миллиардную империю.

Думаю, еще один фактор, который привел меня сюда, в эту глушь, к этому собору — мне скучно, блядь, до безумия. Каждый день всей моей жизни был распланирован для меня. Виды спорта, которыми мне разрешалось заниматься, оценки, которые я должна была получить. Мужчина, за которого я выйду замуж.

Это было мучительно утомительно. Вам когда-нибудь хотелось просто отключить все это? Не думать о следующей секунде своей жизни? Отправиться в незапланированное путешествие? Устроить свидание на одну ночь с симпатичным парнем, которого вы пролистали мимо на своей странице? Социальные сети заставляют вас думать, что у вас есть вся эта свобода, но это не так. На самом деле нет. Вы застряли за устройством, наблюдая за тем, как другие воплощают свои