Станьте моей помощницей - Лена Поллина

— Простите, это конечно не мое дело. Но я хотела узнать, что произошло между Вами и Гелей?

Машка перемешивает сахар в чае противно брякая ложкой, а я недовольно морщусь от этого неприятного звука и пытаюсь понять, о ком она говорит

— Не понимаю Вас, Мария! О ком Вы говорите?

Я продолжаю изучать бумаги.

— Между Вами и Ангелиной Беловой, новенькой сотрудницей шоу-рума? Простите- это не мое дело! Но я за нее жутко переживаю. Она изо Вас плачет, падает в обморок. А на днях сказала, что Вы за ней бегаете, потому что она Вам не дала!

На этих словах мои глаза округляются! Всегда стараюсь сохранять хладнокровие и держать лицо! Но тут не могу с собой совладать…

Слишком неосторожен я был в своих действиях! Понимаю. Не снимаю с себя ответственность за это. Но эта мелочь тоже хороша…

Про себя отмечаю, что имя Ангелина Карамельке внешне очень подходит.

Внимательно смотрю на Машу. Стараюсь вложить во взгляд и в голос больше холода.

— Мария, моя личная жизнь не касается никого из сотрудников! У нас слишком много работы и у Вас не должно оставаться времени на сплетни! Если все же Вы его находите, я в скором времени поспешу это исправить.

По глазам своего секретаря вижу, что мои слова более чем плотно уложились в ее черепную коробочку и на несколько дней мне гарантирована тишина не только в командировке, но и на рабочем месте, в приемной.

Сегодня утром я видел Карамельку. Чуть не столкнулся с ней у лифта. Но трусиха рванула к лестнице. И правильно сделала. Значит цель у нас с ней одна — свести все встречи к минимуму. Не нравится мне своя реакция на нее. Я догадался, что она цепляет меня своей непокорностью и тем, что она не бегает за мной. Влюблена, хочет — да. Но я прекрасно понимаю, что будет после одноразового секса с сотрудницей. Слезы, истерика, скандал.

Нет! Так я рисковать не могу. А для отношений она несерьезная. Опять же влюбленная мелкая дурочка. Телефон начнет проверять, капризничать, ревновать…

Нет!

Сегодня в приемной у нас очень оживленно. Планирую провести собеседование на должность помощника. Машка уже не справляется. Надо ее срочно разгружать, иначе скоро начнет косячить. А мне ее косяки могут дорого обойтись. Пока разрешил помогать Жанне. Но надеюсь, что это ненадолго. По длине юбки и яркому макияжу чувствую, что эта женщина находится в приемной отнюдь не ради дружеской помощи.

— Андрей Александрович, готовы начать собеседование? У нас сегодня десять кандидаток. Справимся?

Маша осторожно мне улыбается. Надо почаще укорачивать ей язык. Ведь идеальный секретарь.

— Да. Два часа вполне могу уделить.

Маша кивает и выплывает в приемную и я начинаю собеседование.

Уж не знаю, когда я стал такой капризный, но ни одна кандидатка мне не нравится. Чаще ловлю на себе томные взгляды. Понимаю, что шли кандидатки за работой, но при встрече решили, что могут попробовать себя и в другом. Их решений я не разделяю. Таких отсеиваю сразу. И к концу дня из десяти остаются всего две. Не скажу, что идеальные помощники. Робкие, неуверенные и без опыта на должности. Но на втором этапе все решу. Всегда можно обучить и закалить сотрудников. Да и испытательный срок не зря придумали.

— Андрюха. Чувствую ты так не скоро найдешь себе помощницу — в кабинет заходит довольный Илья — Моя королева итак потратила три дня на поиски помощницы для такого ужасно требовательного чудища, как ты.

— Я твоей королеве за это плачу хорошую зарплату- пожимаю руку приятелю, но не очень-то хочу возвращать ему улыбку.

Если честно желание одно: забить ему кадык в горло. С ноги!

— Что, девочек молодых мучал? Ну как? Подобрал себе свежую кровь или дальше Гелю будешь мучить?

Илья устраивается на диване и пододвигает себе вазу с фруктами.

А я оцениваю его слишком фамильярное обращение к Карамельке.

— И давно она для тебя просто Геля?

Чувствую, как раскаляется воздух. Ну блядь хотел же забить на нее. Какого ж я опять начинаю гнать на своего друга?

— Пиздец ты влип, брат. — тянет Илья, откусывая яблоко. — У меня с ней ничего не было и быть не может! Я Олю добиваюсь, если ты не забыл. А на счет Гельки это я так, прикалываюсь…

Прикалывается он! И это его «Геля, Гелька» раздражает еще больше. Между ними явно никаких границ.

Чувствую себя бабой беременной.

Снова напоминаю себя, что с Карамелькой все!

И вообще… Никакая она больше не Карамелька! Ангелина она. Белова.

Молчу.

Не отвечаю.

В дверь кабинета несмело стучат. Машку я поставил на место. Долго теперь кайфовать от ее послушания буду.

— Андрей Александрович, у нас сегодня намечено совещание с коллективом по поводу празднования Дня рождения компании. Всех звать или только руководителей отдела?

Задумываюсь.

— Хлызов проведет вам собрание. Полностью делегирую Вам, Илья Васильевич это мероприятие. Мне некогда этим заниматься.

Илья улыбается.

— Ооооо… Тут сделаю все в лучшем виде! Всех раздену. Сделаю бикини-вечеринку. Машка — беги за стрингами.

Смеется.

Маша устало закатывает глаза, но тоже улыбается.

— И подружек своих захвати. Будет жарко. Геля пусть красные покупает. Ваш любимый цвет ведь красный, Андрей Александрович?

— Одетый! — произношу сухо.

Жует яблоко. Улыбается. Заигрался ты, парень!

— Приличное что- нибудь организуй. А если из тебя похоть уже выливается через край, то хоть голым приходи со своей Гелей. Мне все равно.

Распечатываю договор и складываю его в папку.

— Мария, я на встречу потом сразу в зал. Буду в офисе к семнадцати. Дождись меня, мне нужно будет помочь с таблицами.

— Но Андрей Александрович… — Начинает помощница, но наткнувшись на мой строгий взгляд замолкает.

Так-то лучше!

Илья молчит. Маша молчит. Тишина.

Выхожу из кабинета и выдыхаю. Прививка от Карамельки сделана. Теперь она просто Ангелина. Моя сотрудница, с которой я буду пересекаться очень редко. И упаси Боже она нарушит субординацию!

Глава 11

Ангелина

Прибегаю в участок в половине седьмого. Ненавижу это место! Без того паршивое настроение напрочь пропитывается неприятными запахами этого здания и унынием. Ощущение, что это никогда не закончится. Сколько бы я ее дружков не засадила за решетку она найдет себе новых. Намного хуже прежних.

— Ангелина. В этот раз все намного серьезнее. Мама твоя…

— Прошу не называйте ее так! Мне неприятно.