Потерянные Наследники - Кэсси Крауз

Адриан

Футбол всегда отлично прочищал мне мозги, помогал отключиться от реальности, как Агате — сушка волос феном, так что в очередной раз я возвращался с поля уже за полночь.

В квартире стояла гробовая тишина. Либо Агата тусовалась где-то, либо уже уснула. Тайлер вылез меня поприветствовать из темноты коридора, щурясь на ярком свете. Хвост работал активнее маленького почти спящего тельца, так что в конечном счёте Тайлер так и повалился в мою спортивную сумку, которую я бросил у входной двери. Из комнаты Агаты послышалась шумная возня и жалобное бормотание, из чего я сразу понял, что в ее сны снова вторглись кошмары. Я немного постоял на пороге, думая, стоит ли ее разбудить, но Агата довольно быстро затихла, так что я прикрыл дверь и поплёлся в ванную, где сам едва не отрубился под напором горячей воды.

Но когда я выполз в коридор, закрепляя на боку полотенце, от меня не могли ускользнуть изменения, произошедшие в квартире за время моего отсутствия. Во-первых, дверь в гостевую спальню, располагавшуюся рядом с моей, была открыта, хотя обычно мы запирали комнаты, которыми не пользовались. Во-вторых, в воздухе не успел раствориться мягкий цветочный запах, и это были точно не Агатины духи, к которым мои ноздри так-то привыкли за столько лет. Наконец, в-третьих, из под кухонной двери скользила полоска света. Решив, что сестра позвала ночевать Эллину, которая грешила тем, что безбожно жрала по ночам, но при этом готовила крышесносящую паэлью, я потянулся туда.

Но меня ждал сюрприз. На моем стуле, закинув длинные стройные ноги на спинку соседнего, сидела Алина в пижамных шортах и майке. Она смотрела какое-то кино без звука и наворачивала МОЙ йогурт. У стула возлежал Тайлер с упоением потрошивший кислотно-розовый помпон, отодранный от чудовищных махровых Алининых носков, имевших такую расцветку, будто на них срыгнула радуга. Они были ещё хуже, чем шапка, за оскорбление которой я уже схлопотал по лицу. Именно так я думал, стараясь не таращиться на ее голые ноги и маленькую грудь, храбро просвечивающую через тонкую ткань.

— Какого хрена ты тут делаешь?! — Хрипло поинтересовался я, стараясь смотреть Алине в лицо. Она медленно сняла со спинки стула ноги и поджала их под себя, пристально глядя на мой голый торс.

— Я вернулась со смены и не могла пойти в душ, потому что ты оккупировал его почти на час!

— У нас вообще-то две ванные. И хватит увиливать! Что ты делаешь в моей квартире?!

— Там нет душа, только ванна, я… считай, у меня страх перед ванными, в детстве я поскользнулась в одной и разбила голову, — Алина поднялась с моего места и приблизилась ко мне, оставив между нами расстояние в несколько шагов. Она продолжала бессовестно сканировать глазами мое тело, даже те его части, что надёжно скрывало полотенце.

— Хватит пялиться, я и так знаю, что ты меня хочешь, — ухмыльнулся я.

— Тогда убери глаза от моей груди, — шепнула Алина и, медленно облизнув ложку, вышла из кухни. Глядя ей вслед, я понял, что так и не понял, как она оказалась в нашей квартире. Тайлер подхватил останки помпона и почесал за своей носочной королевой, а я облокотился о столешницу и начал заваривать чай.

Знакомое напряжение по всему телу жутко отвлекало, но я не собирался уступать этой непонятной девчонке, чью сексуальность не затмевали ни нелепые носки, ни убогие шапки. Невообразимым образом мы оказались с ней под одной крышей. И она тоже хотела меня, иначе ее соски не стояли бы торчком, когда она водила взглядом по границе моего полотенца.

Я бы мог немедленно бросить все, догнать ее и затащить в свою спальню, сегодня она бы мне не сопротивлялась. Но впервые в своей жизни я повёл себя иначе, оставшись на кухне. Почему-то мне не хотелось торопиться.

***

На следующее же утро с двух сторон мне на уши присели Эллина и Агата, требуя вспомнить, как я дал свое согласие устроить вечеринку. Тем более теперь, по их мнению, повод был потрясающий: переезд в наш дом Свята и Алины.

Честно говоря, я этого ждал. Рано или поздно, кому-то из них в голову точно пришла бы идея, что вечеринку пора, наконец, устроить. Мы давно не развлекались большой компанией, давно не готовились к тусовке и давно не стимулировали своими денежными средствами процветание алкогольной промышленности.

Вот только я отлично помнил ту последнюю нашу вечеринку. Тогда я ещё не знал, что сделаю Нине предложение. Все присутствовавшие в ту ночь в нашей квартире до сих пор думали, что я ничего не видел. Как после семи минут в раю со Святом, пьяная Нина затащила в темноту кладовки Костю. Я видел. Но был таким дураком, что не поверил. Как не верил и последующие полгода.

Мы выдержали пятимесячный траур после похорон моей веры в женщин, и вот теперь опять мы с Максом шатались по гипермаркету со списком покупок и Лехой, барменом, на телефоне.

— Я понял, я понял, — кивал Макс, скользя глазами по стеллажам с выпивкой, — ну это-то само собой, — хмыкнул он, сгружая в тележку ящик пива. Ром, водка, тоник, джин, это мы берём. Скажи, что тебе для коктейлей взять? Мм… шнапс, бейлис, секунду, я узнаю. Друс, Лёха спрашивает, Агата голубую лагуну будет?

Я улыбнулся. Ну конечно она будет. Макс стал ещё довольнее, когда к нашему списку добавилась бутылка блю кюрасао.

О том, что сестра и Эллина приехали из универа и уже находились где-то поблизости, можно было судить, даже не глядя по сторонам. Агатина подруга была до того шумная, что весь магазин был в курсе ее порванных в тот день колготок, о которых она сокрушалась в таких выражениях, будто только что вышла из колонии раньше срока за примерное поведение. Они поравнялись с нами, Агата скучно чмокнула меня в щеку и, вверив Эллина тележку, нагруженную на треть всякими женскими штучками из соседнего отдела, поплелась в сторону мясного. Томас, как истинный телохранитель, следовал за ней по пятам с таким важным видом, будто из хлебного отдела могла неожиданно вылететь какая-нибудь булка и сбить мою сестру с ног, придавив к земле лишним весом.

Бесцветное настроение Агаты не понравилось не только мне. Макс подцепил Эллину за рукав и спросил, что случилось. На что девушка закатила глаза и что-то шепнула тому на ухо. Ну обалдеть! Как было нужно, так эта девчонка снисходила до едва заметного шевеления губами, хотя в обычное время о состоянии ее подноготной были в курсе все в радиусе ее голоса. На мой вопросительный взгляд Макс, с какой-то стати вдруг помрачневший, объяснил, что дело в Томасе. Что-то они с моей сестрой не поделили. Макс выискивал среди покупателей Агату, мотаясь из стороны в сторону обеспокоенным взглядом, когда я наконец допёр до сути происходящего.

— Макс, вы ведь уже пытались, почти четыре года назад…

— Может, тогда просто было не то время? — Хило улыбнулся он в ответ.